Катастрофа в две полоски (СИ)
Лера
Ох, что же снова так дрожат коленки!
До дома Мирона мы буквально домчали в считанные минуты. По крайней мере, мне так показалось. Потому что, чем ближе к цели, тем больше просыпалась паника и волнами накатывал страх.
А что, если Мир меня видеть не хочет у себя дома?
А может, я зря еду?
И вообще, как я ему скажу, что мы как бы… жених и невеста? Не выскажет ли все, что обо мне думает, Троицкий прямо на месте? При всех. Вот же позорище будет!
Хотя не-е-ет, тогда шансы на его сотрудничество с Пал Олеговичем снова скатятся к нулю. Поостережется. Хотя бы ради фирмы. Это вот после… вполне может быть. Услышу я все, что обо мне думают. В красках и с обилием эпитетов. А до того момента буду уповать на веру Мира в дело.
И вообще, что я сразу о плохом? Будем думать о хорошем и надеяться на лучшее. Оставить панику, Совина!
Но как я себя ни успокаивала, помогло это слабо. И в тот момент, когда Павел Олегович позвонил в дверной звонок, а мы вшестером: я, Сонька, Павел и три его дизайнера – замерли на крыльце в ожидании, пока нам откроют, у меня задрожало все. Даже коленки. Да что там коленки! Волоски на загривке дыбом встали от перенапряжения.
Это ведь сейчас нужно будет играть пару. Да еще и влюбленную пару!
Спокойно, Лера. Вдох-выдох.
Секунда.
Вторая.
С той стороны двери слышится шум.
Еще мгновение и она открывается. Я замираю, не живая, не мертвая. На пороге появляется Мирон.
Он сегодня не в привычном костюме и рубашке, а в джинсах и светлой футболке. Такой простой и такой домашний. Волосы взлохмаченные, а на лице печать усталости. Щеки покрывает однодневная щетина, к которой невыносимо, до колик в ладошках, хочется прикоснуться. Мое дыхание перехватывает.
Словами не объяснить, какой ураган пронесся в душе, когда взгляд Мира пробежал по Соньке, удивленно рассмотрел замершего рядом со мной Броневицкого с командой и, в конце концов, сфокусировался на мне.
Сердце спикировало в пятки. К горлу подкатил ком, и я с трудом сглотнула. Только сейчас в полной мере осознав, как сильно, оказывается, я по нему соскучилась. Казалось бы, прошел всего день. Жалкий день! А будто пролетела целая жизнь между нами.
– Кхм… Мирон Александрович, – первым приходит в себя Пал Олегович, протягивая Миру руку. – Рад снова с вами встретиться, надеюсь на продуктивное сотрудничество и слаженную командную работу!
Мирон, как мне кажется, нехотя переводит взгляд с меня на Броневицкого и, натянув на лицо вежливую улыбку, кивает, пожимая протянутую ладонь.
– Рад, что у нас все-таки получилось уладить конфликт, Павел Олегович. Боюсь, утром я был несколько несдержан в словах и погорячился. Приношу свои извинения.
– Да бросьте, я тоже хорош. Может быть, конфликт так и повис бы в воздухе, если бы не ваша невеста. Так что можете сказать ей “спасибо”, – кивает с улыбкой Броневицкий.
Я все.
Я сейчас провалюсь сквозь землю от стыда и неловкости, что почти осязаемо повисла между участниками сцены.
Мирон растерялся, что неудивительно. Замешкался. Откашлялся и переспросил:
– Простите, кому сказать спасибо?
– Да ладно вам, Мирон Александрович, – хохотнул Павел Олегович, – я все знаю, – добавил шепотом, подавшись чуть вперед к Троицкому. А потом еще и взял и ка-а-ак подмигнул. У-у-уй...
– Знаете, значит? – до сих пор не врубался Мир, которого срочно надо было спасть, пока мой шитый белыми нитками сценарий не развалился по листочку.
– Мир, дорогой! – пропела я, натягивая улыбочку и заставляя Троицкого посмотреть на меня.
Что ж, твой выход, Валерия.
Я вдохнула полной грудью, как перед погружением под воду, и шагнула к растерянному мужчине. Обняла бывшего босса за талию, тихонько закипая от близости желанного мужчины. А потом, вконец обнаглев, встала на носочки, потянула его на себя за шею, заставив наклониться, и поцеловала в щеку. Легкий чмок, что был чуть дольше положенного и что прошиб от макушки до пят приятным теплом, когда губы коснулись колючей щеки. Но расплываться лужицей было некогда, и, пока все замерли, офигев от такой сцены, я, собрав всю волю в кулак, быстро прошептала Миру на ушко:
– Просто подыграй мне!
Мирон
Мой мозг отключился еще на том моменте, когда губы Леры коснулись моей щеки. А когда горячее дыхание опалило ухо шепотом, произошла полная потеря в пространстве.
Что сделать? Что она сказала? А Броневицкий чего там ляпнул? Невеста?
Пока я пытался включить потекший мозг, Лера прижалась ко мне под бок и затараторила что-то типа:
– Ситуация требовала решительных действия, и мне пришлось рассказать Павлу Олеговичу про нашу скорую свадьбу. Надеюсь, ты не против? – надула свои сладкие губки Совина, жар которых я до сих пор ощущал на своей скуле, и посмотрела на меня снизу вверх, так доверчиво прильнув всем телом ко мне.
Если до этого мозг сбоил, то сейчас он был просто в ауте! А управление с верхней головы плавно перетекло в нижнюю, воспрявшую духом в непосредственной близости памятной попки.
Писец ты, Мир.
Я машинально положил руку на плечи девушки, чуть не ляпнув, что если она поцелует меня еще раз, я буду готов не просто ее женихом прикинуться, но и прямо сейчас повести ее в ЗАГС, пока, будто по щелчку, меня не включили. А до разумной части меня не дошло, что я только что услышал.
– Свадьба? – переспросил, я как удод.
– Да, Мир. Свадьба! – терпеливо повторила Совина.
– Наша?
– Совершенно точно, – кивнула девушка, кажется, начиная терять терпение, – наша с тобой свадьба. Процесс связывания двух судеб посредством росписи и получения свидетельства о браке между двумя любящими друг друга людьми, – протараторила Лера, скрепя зубами.
Костян у меня за спиной хохотнул. Броневицкий с любопытством за нами наблюдал, а рыжеволосая подруга Леры фыркнула и нахохлилась. Видать, ей такой тугодум, как я, был мало симпатичен, и по ее мнению, в женихи подруге точно не годился. Да я и не набивался, так-то!
– Ну же, любимый, хватит прикидываться, – усмехнулась Лера, ощутимо ущипнув меня за бок. – Все равно все уже все знают.
– Значит? Кхм… свадьба, получается? – прошипел я Лере, поджимая губы. – Да, не думал я, что так скоро все о ней узнают, – улыбнулся собравшимся зрителям. Ну, или попытался, во всяком случае, зыркнув в сторону Совиной, сжавшейся под моим взглядом. Посылая этой лисе мысленный вопрос: неужели нельзя было предупредить хотя бы СМСкой! И вообще, с каких щей свадьба? Откуда она взялась?
– Шило в мешке не утаишь, – похлопал меня по плечу Павел, – поздравляю заранее со скорым радостным событием, Мирон Александрович!
– Заранее нельзя, а то сглазите, – пропищала Лера, вжимая еще сильнее голову в плечи. Стыдно? Прекрасно!
Я, конечно, на хрен перестаю рядом с ней мыслить адекватно, и управление всеми частями тело уходит в части, что ниже пояса, но такой финт! Просто так, мимо, он точно не пройдет.
Нет, надо было удумать такое ляпнуть! С учетом того, что, помимо ребят из моей фирмы, тут дизайнеры из компании Броневицкого – это значит, что при всем моем огромном желании, всех не заткнуть, и слухи пойдут уже завтра.
Нет, само собой, против отношений с Совиной я ничего не имею. Даже наоборот, хрен я ее теперь отпущу от себя надолго! Но свадьба! Свадьба, мать ее с кольцами и ЗАГСом!
– Так, – вступил Костян, развеивая повисшее молчание. – Павел Олегович, рад снова вас лицезреть! Что ж, раз такое важное и ответственное дело собрало нас всех вместе, я предлагаю не терять драгоценное время и начинать разрабатывать план дальнейших действий. Как считаете?
– Согласен, Константин. У нас непозволительно мало времени, чтобы еще распылять его попусту.
– Прошу. В гостиную. Там мы организовали рабочую зону.
– Проходите, Павел Олегович, чувствуйте себя, как дома, господа! – кивнул я, стальной хваткой прижимая дернувшуюся было и пикнувшую от удивления Совину к себе, – располагайтесь вместе с командой. Костя, введи ребят в курс дела. А мы с невестушкой отлучимся на пару минут. Соскучились друг по другу… невыносимо просто!