Я вам не Сталин! Я хуже. Часть1: Перезагрузка системы (СИ)
Следующая большая его потребность — в алюминии, необходимом для производства самолетов.
В-третьих, необходимы пулеметы калибра приблизительно 12,7 мм и, в-четвертых, винтовки калибра примерно 7,62 мм. Он сказал, что ему нужны тяжелые зенитные орудия для обороны городов».
Оставшееся до обеда время, я молча сидел за столом в президиуме Совнаркома и внимательно слушал – в основном междоусобную грызню наркомов, изредка встревая и для порядка давая «по ушам» особо рьяным спорщикам…
Пока посмотрев на часы, не дал приказ закругляться:
- Ну, всё товарищи: объявляется перерыв на обед, который – дело святое, поэтому не смею вас задерживать. Встретимся перед ужином, на вечерней планёрке, где обсудим с вами итоги дня… Ну, а теперь приятного аппетита.
Обернувшись к сидящему рядом Мехлису:
- А теперь, Лев Захарович, как и условились, приступаем к операции «Дочь еврейского народа».
Тот, по-пионерски шутливо отсалютовав:
- Всегда готов!
Встав, обратился к женщине в зале:
- Товарищ Жемчужина!
Заметно неприязненно, исподлобья посмотрев в мою сторону, та:
- Слушаю, товарищ Сталин…
- Полина Семёновна! Подойдите ко мне, если Вас не затруднит, конечно.
Её не затруднило и вскоре вдова Молотова, оказалась подле нас с Мехлисом.
Женщина типичной еврейской внешности, в строгом костюме и с тремя орденами на груди, источающая аромат дорогого парфюма, с хорошо уложенной причёской и ухоженными руками, на вид возрастом…
«Где-то за тридцать».
Слегка поклонившись, со всей галантной учтивостью – так идущей любому уважающему себя деспоту, говорю:
- Полина Семёновна! Приглашаю Вас отобедать со мной и убедительно прошу не отказывать в столь ничтожной просьбе…
Вижу что боится и оттого колеблется, весело подмигнув и по-гусарски расправив рукой усы:
- Приставать и домогаться не буду – ибо не так давно сочетался законным браком, и… Хм, гкхм… Блюдю супружескую верность. Да к тому же обед будет происходить не «в номерах» - а в людном месте и в присутствии товарища Мехлиса.
Улыбнулась, хотя и несколько криво:
- А я то уж надеялась…
Посмотрев почему-то куда-то влево-вверх, как будто надеясь обнаружить так какие- скрижали от царя Солоомона, та недоверчиво спросила:
- …Всего лишь пообедать?
Как кот перед тем как слопать хозяйскую сметану, делаю загадочный вид:
- Во время обеда я сделаю Вам предложение, от которого уверен – Вы не сможете отказаться.
Подумав, она наконец-то решилась:
- Хорошо, я согласна, Иосиф Виссарионович… Выслушать(!) ваше предложение.
Навряд в мыслях у Полины Жемчужиной было, что товарищ Сталин будет её сексуально домогаться и даже возможно изнасилует – со всеми положенными в таких случаях деспотическими извращениями… А вот то, что во время обеда травануть чем – так это запросто. Ибо уже стали похаживать слушки об моей причастности к гибели Политбюро и Съезда, причём – с весьма нелицеприятными подробностями…
Вот она и смотрит на меня волком, считая так или иначе виновным в смерти своего мужа.
«Муж и жена – одна сатана», говорит народная мудрость и к чете Молотовых – она подходит как ни к кому лучше.
Про покойного Вячеслава Михайловича враги и друзья говорили:
- Железный нарком!
Ну или – «Железная башка», в зависимости от обстоятельств и настроения. По некоторым свидетельством, перед его упрямством – переходящим в упоротую упёртость, даже сам Реципиент пасовал и не раз.
Про Полину Семёновну тоже можно сказать:
- Железная леди!
Жемчужина, вовсе не сидела наслаждаясь бездельем на шее у своего сверх- влиятельного мужа, вовсе нет!
Это была умная, энергичная и деловитая женщина.
Проработав сперва в партийных органах, она последовательно была директором парфюмерной фабрики «Новая заря», управляющей трестом парфюмерии, начальником Главного управления парфюмерно-косметической, синтетической и мыловаренной промышленности, заместителем наркома пищевой промышленности…
Наконец – пик карьеры: в 1939-м году Жемчужина была назначена наркомом рыбной промышленности и вроде бы даже - по настоянию самого Вождя51!
Ещё один «сталинский выдвиженец», короче…
Точнее – «выдвиженка».
Правда, уже через год её с наркомов «попросили» и ныне от «Железной леди» осталась лишь одна тень: в данный момент Полина Жемчужина - начальник Главка текстильно-галантерейной промышленности Наркомата лёгкой промышленности РСФСР. В «реальной истории», чёрная полоса в её жизни продолжится и, феврале 1941-го года - она будет выведена из состава кандидатов в члены ЦК ВКП(б)…
Ну а потом, уже после войны – широко известная и достаточно мутная история с израильским послом Голдой Меир, арест, ссылка и так далее…
Однако, у нас уже не «реальная история» - а альтернативная!
Естественно, когда её пригласили на совещание Сталина с наркомами союзного значения, она была удивлена и заинтригована. Я за ней следил: всё время она просидела крутя головой, не понимая – зачем она здесь… И получив всего лишь приглашение на обед, по всему видать – была несказанно разочарована и даже несколько напугана: что же это такое затевается насчёт неё?
Но женское любопытно взяло вверх над страхом.
***
Обедали в том же Сенатском корпусе - в совнаркомовской столовой, где у Реципиента оказывается - был свой отдельный кабинет.
Хотя – слишком громко сказано: всего лишь огороженный лёгкими перегородками участок помещения у окна - где из всей мебели (не считая столика и четырёх стульев, конечно) был лишь единственный роскошный фикус в небольшой деревянной бочке на подоконнике.
Даже руки перед едой и то – пришлось мыть «на общем основании»!
Практически в полном молчании, лишь эпизодически отдавая дань уважения работникам кухни совнаркомовской столовой, поглотили первое, второе и вдогонку салат… Вижу: Жемчужина – всё больше и больше просто звереет от любопытства и, наконец - когда унесли пустые тарелки, у неё против воли вырвался крик души:
- И это – всё то «предложение», которое Вы хотели мне сделать, Иосиф Виссарионович? Да лучше б Вы…
Она замолчала, а я за неё продолжил:
- …Затащил в подсобку и надругался над Вами? Только в том случае, если Вы будете слишком настойчивы, Полина Семёновна.
Та хлопнув по столу кулаком – аж вошедшая с самоваром подавальщица, его не уронила в испуге:
- Это возмутительно! Вы – просто издевались надо мной!
Соскочила с места и было дёру…
Но положение спас Мехлис, укоризненно посмотрев на меня:
- Полина Семёновна, успокойтесь! У нас, у рррусских, все серьёзные предложения делаются за самоваром…
Когда та уселась на место, укоризненно качая головой уже в её адрес:
- …Неужели столько времени прожив среди нас, Вы этого не знаете?
Та, сев на место и смущённо поправив находившуюся в полном ажуре причёску:
- Извините, Иосиф Виссарионович…
Кивком давая понять, что инцидент исчерпан:
- Отработаете, товарищ Жемчужина. А пока давайте уж начнём чаепитие, пока самовар не остыл.
***
Тщательно перемешав сахар в стакане с горячем чаем, вынув и положив рядом с блюдечком ложку, делаю первый обжигающий глоток и, с прищуром глядя на единственную в нашей компании с Мехлисом женщину:
- Полина Семёновна… У меня к Вам даже не одно – а целых два предложения и оба довольно заманчивые.
Восклицает недоверчиво:
- Целых два?!
Подтверждающее кивнув:
- Совершенно верно – целых два. Но на выбор.
Та, поднеся к губам стакан в серебряном – с ещё царскими вензелями подстаканнике: