Я вам не Сталин! Я хуже. Часть1: Перезагрузка системы (СИ)

Поговорили и, «об жизть» в том числе и о бабах.
Нормальный мужик оказался, хотя и слега туповатый – что можно отнести к профессиональной болезни, связанной с военной службой… На предприятиях за вредность дают молоко, а военным чтоб лучше соображалось - надо давать бесплатно сахар и, заставлять жрать его в присутствии комиссара - чтоб не обменивали на бухло и не перегоняли на самогон.
Пожалуй, чуть позже я распоряжусь.
***
Наконец прощаясь, встаю и на ходу, разминая затекшие стариковские ноги, даю последние наставления по этой теме:
- Неделя на сбор и формирование личного состава бригады, ещё неделя на апгрейд техники… Танки предназначенные в специальные – могут и должны уже с заводов приходить без башен и крыш боевого отделения. Позаботься об этом, Федоренко.
- Хорошо, тов…
- Через три недели – кровь из носа, должны начаться первые тактические учения, треть из которых – должна приходиться на тёмное время суток.
- Раз воинская часть «нового строя» - значит и его тактика должны быть новой. Поэтому главная задача товарищей командиров бригады: написание уставов, наставлений и методичек по тактике.
Федоренко уверенно:
- Командиры в «Высшем военном училище моторизации и механизации РККА» вашего имени – грамотные, они справятся.
Остановившись напротив него:
- Я не сомневаюсь в этом, генерал. Если начну сомневаться - у «Автобронетанкового управления» будет другой начальник.
Походив ещё, продолжаю:
- Затем, не позже чем через месяц-полтора, мы с тобой начнём формировать другие бригады из командиров прошедших переподготовку в учебных частях при танковых заводах. Думаю, на первое время их должно быть не менее пяти.
Про себя:
«Чтоб успеть обкатать новую тактику в Весенней войне с «финиками» и заодно показать Адику, что мы не такие уж и лошки – как ему это из его Фюрербункера кажется».
- Затем, уже в начале лета, мы с тобой поставим формирование танковых бригад на конвейер…
«А это уже – сюрприз для фрицев!».
Наклонившись, возбуждённо шепчу:
- Представляешь, Федоренко: на конвейер!
Нет, он не представляет – по глазам вижу. Ох, уж эта генеральская тупость…
Тогда подняв руки и задрав голову верх, я кричу:
- НА КОНВЕЙЕР!!!
Вновь наклоняюсь над ним:
- Форд поставил на конвейер автомобиль, Кайзер – морские суда… А мы с тобой, Федоренко – ТАНКОВЫЕ БРИГАДЫ!!! Представляешь? В итоге: ты – маршал, а я - всего лишь генералиссимус…
Показывая рукой район промежности:
- …И оба - вот до сюда в орденах!
Возможно, я показался ему буйно-помешанным, поэтому он сжался на стуле и поспешно:
- Представляю, тов… А где будет этот, как его… «Конвейер»? Полигон в Кубинке слишком мал – больше бригады там не разместится.
Мгновенно успокаиваюсь:
А действительно – где?
Конечно, Кубинка для этого слишком мала, это так – на первое время…
И опять пришла на ум подсказка из Драбкина:
«Вообще, вы знаете, что в Горьком и Гороховецких лагерях располагалась мощная танковая группировочка? Там работало целых три танковых училища, да еще три учебных полка по подготовке специалистов. Мотоциклетный полк по подготовке младших специалистов, полк по подготовке на иностранные машины и полк по подготовке на самоходки».
- …Где-нибудь в Гороховецких лагерях, Федоренко. Так что заранее позаботься об этом заранее, товарищ Начальник Главного управления Танковых войск РККА, чтоб потом не пришлось суетиться-догонять.
Тот записывает, но потом подняв голову и глядя мне в глаза:
- Конечно, я сделаю всё, что Вы прикажите… Людей мы найдём и обучим – за это я ручаюсь. Но где взять столько новейших танков для этого «конвейера бригад нового строя»? Заводы и с нынешним то планом по выпуску бронетехники не справляются…
Наставив на него указательный палец, я:
- Ты задаёшь очень правильные и своевременные вопросы, Федоренко! Поэтому, позаботься об том, что бы в ближайшее же время – через неделю не позже, в Кремле состоялось совещание представителей Харьковского и ленинградского Кировского танковых заводов.
 
Федоренко, подумав, предложил:
- Тогда может с участием и командиров войсковых частей – уже ознакомившиеся с новейшими танками? Я просто засыпан их письмами по поводу качества…
- Не можно, а нужно! Сегодня, какое число, напомни?
- Двадцать пятое января, тов…
Торжественно, не без пафоса заявляю:
- Можешь, Федоренко, отметить сегодняшнюю дату – как самое знаменательное событие в истории танковых войск, претендующее на День танкиста!
- Отмечу, тов… Обязательно отмечу.
Посмотрев на часы и став из-за стола - давая тем самым знать, что аудиенция закончена:
- Давай до свидания, Федоренко! Через недельку встретимся с тобой на совещании с представителями Харьковского и Кировского танковых заводов и, имеющих к ним претензии командиров-танкистов. Тогда же и, предоставишь мне воочию личной состав первой танковой бригады «нового строя».
ВСЁ!!!
На сегодня рабочий день закончен:
«Домой, домой – пора домой…».
Глава 20. Васька «У-Двас» - предводитель «ночных ведьмаков».
Ветеран ВОВ, Клименко Виталий Иванович из сборника Артема Драбкина «Мы дрались на истребителях»:
«Почему я пошел в летчики? Время такое было. Чкалов, Леваневский, Ляпидевский, Каманин, Водопьянов, Громов – герои! Хотелось быть похожим на них. Кроме того, из моей слободы Замостье города Суджа Курской области, где я родился и жил, ребята постарше уходили в летные училища. Бывало, приедут в отпуск – в красивой форме, в таком, понимаешь, реглане… Завидно! Я и решил, что пойду только в авиацию, чтобы получить реглан, форму и освоить современный истребитель! Вот с этими мыслями по путевке комсомола в 1937 году я поступил в Роганьское летно-штурманское училище».
Заместитель Верховного Главнокомандующего генерал армии Г.К. Жуков, секретарь ЦК ВКП(б) Г.М. Маленков и командующий ВВС РККА генерал-лейтенант А.А. Новиков, в докладной записке на имя И.В. Сталина (Сталинградский фронт, сентябрь 1943 года): 
«Наши истребители даже в тех случаях, когда их в несколько раз больше, чем истребителей противника, в бой с последними не вступают. В тех случаях, когда наши истребители выполняют задачу прикрытия штурмовиков, они также в бой с истребителями противника не вступают и последние безнаказанно атакуют штурмовиков, сбивают их, а наши истребители летают в стороне, а часто и просто уходят на свои аэродромы… Такое позорное поведение истребителей наши войска наблюдают ежедневно».
Константин Симонов «Разные дни войны. Дневник писателя, 1942-1945 годы»:
«…Летчик (У-2. Авт.) несколько раз закладывал крутые виражи над самой землей, словно желая что-то увидеть, разворачивался и летел дальше. И только на третий или четвертый раз я уловил в его действиях некую последовательность, отнюдь меня не успокоившую. Оказывается, свои виражи с разглядыванием он делал как раз над перекрестками дорог, и я в конце концов понял, что он, потеряв ориентировку, по карте, а может, и вообще забыв взять ее с собой, ориентируется теперь по надписям на дорожных указателях!
Не хочу брать грех на душу, утверждая это, но все же вряд ли тут были повинны только те сто пятьдесят граммов, которые выпил летчик наравне со мной».
Нет, я не Сталин, я другой!
Не «сова» как он, увы… А совсем другой птиц - «жаворонок» и мне конкретно в лом работать по ночам.
У каждого свои недостатки, верно?
Девяти часов вечера ещё не было, как распрощавшись в своём кабинете с Начальником Главного управления Танковых войск – генерал-лейтенантом Федоренко, там же пообщался по делам с Поскрёбышевым, позвонил профессору Виноградову и отчитавшись ему об состоянии своего здоровья, я вызвал генерала Косынкина и поехал на Ближнюю дачу.