Гостья с сюрпризом
– Из северных фьордов? – торговец кивнул собственной догадке. – Уж больно вы беленькая.
– Да, из них… фьордов.
– А муж ваш, небось, на Совет приехал.
– Именно так, на… Совет.
– Эх, жаль, драки ушли, они бы вас мигом в город донесли. Ну ничего, сейчас что-нибудь придумаем. Цила! – проорал вдруг скобянщик. – Поди сюда! Тут госпоже плохо! Проводи ее к гостинице при Ратуше!
К прилавку подбежала та самая хрупкая темноволосая девушка-зеленщица, которую Юля чуть не сбила с ног. Только теперь ее корзинка была пуста. Девушка уставилась на Юлю, округлив глаза, и вдруг засуетилась: подхватила ее под локоть и заботливо помахала рукой на покрытое потом лицо.
– Цила – хорошая девушка, она вас проведет, – пообещал скобянщик.
Делегировав проблему, он с явным облегчением вернулся к торговле.
… Цила повела Юлю по узким улочкам. Мимо потянулись невысокие, в один-два этажа дома, яркие и аккуратные. Юля шла очень медленно, пользуясь передышкой, чтобы обдумать ситуацию.
Тарахтение попутчицы немного отвлекало, но Юля старалась краем уха к нему прислушиваться. Любая информация о новом мире могла ей пригодиться.
Пока она узнала только то, что по всему городу ходят патрули драков – уж больно воры обнаглели, пользуясь магическим затишьем. Что такое «затишье» Юля уточнять не стала, это было бы слишком подозрительно. Одно то, что в этом мире есть магия, немного сбивало с толку.
Боль постепенно отпускала, вернее, Юля к ней привыкла. В голове мелькнула неприятная мысль: он наверняка попала в лютое средневековье, в котором ей уж точно не предложат таблетку нурофена.
Хорошо, что она понимает местный язык, словно все вокруг говорят по-русски. При этом мозг настойчиво напоминал: это не русский, просто сработал какой-то странный механизм лингвистической адаптации, возможно… та самая магия?
Девушка-зеленщица ласково уговаривала Юлю потерпеть. Мол, скоро они доберутся до улицы Гиацинтов, а там госпожа наймет себе телегу, чтобы спуститься с холма. А когда спустится, возьмет экипаж, чтоб уж не на телеге к гостиницы подкатить, а в соответствующем статусу транспорте, потому как при такой слабости…
– Знаешь что, Цила, – перебила ее Юля, попросив жестом остановиться и присев на скамеечку у какой-то лавки, – есть одна проблема: голова у меня болит так, что все из нее вылетело. Убей не помню, в какой гостинице живу… и, кажется, даже имя мужа забыла… и свое.
Возможно, это был перебор, но перечисление последствий амнезии произвело на зеленщицу нужное впечатление. Цила ахнула и посмотрела на подопечную с еще большим сочувствием.
– Да как же так, госпожа?! Ох и беда-то!
– Увы, – Юля криво улыбнулась и поморщилась. Напрасно она обрадовалась раньше времени – боль никуда не делась, голова запульсировала вновь. – Издержки долгой дороги.
– Ох и странно вы говорите, – пробормотала девушка, – сразу видно, издалека приехали. Вот что! Я живу недалеко, отведу вас к себе. Придете в себя, отдохнете, глядишь, все и вспомните.
– Добрая душа, – улыбнулась Юля, – даже не знаю, как тебя благодарить.
Цила только махнула рукой, мол, ерунда какая. И почему-то выразительно покосилась на татуировку Юли, которую опять обнажил задравшийся рукав плаща.
До дома зеленщицы, приткнувшегося в живописном уголке склона, рядом с небольшой площадью и речушкой, было полчаса пешего пути. Юля даже присвистнула, оценив нарядное, пряничное здание, утопающее в кустах и цветах.
– Какой прелестный домик! – воскликнула она.
Цила почему-то слегка скривилась и процедила сквозь зубы:
– Да уж. Наследство мое.
Внутри все было, как в исторических фильмах, которые Юля просто обожала… в своей прежней жизни. Помещение, в которое они зашли, одновременно представляло собой гостиную, столовую и кухню. В очаге тлели дрова. Закопченные балки над массивным столом были увешаны пучками трав. В зале пахло приятно и остро: специями, чем-то копченым и жареным. Юля непроизвольно облизнулась.
Цила усадила подопечную на лавку и бросилась к огромному камину. Она раздула огонь и подвесила над пламенем медный котелок.
– Сейчас вода закипит, заварю вам травок. Покажите-ка, что там у вас. Никак ушиб сильный, – девушка поцокала языком, осторожно ощупывая голову Юли. – Шишка огромная, потому и память вам отшибло. Падали?
– Возможно, – пробормотала Юля, спуская платье с плеча. – Я ведь не помню ничего. А посмотри, что у меня со спиной.
– Да вы вся в синяках! – расстроенно воскликнула Цила. – И здесь, и здесь! И на руке! И ноги тоже! Что же с вами приключилась, госпожа?! Не иначе как вас в дороге по камням протащило!
Хотела бы я знать, подумала Юля, а сама только покачала головой. В животе у нее вдруг громко забурчало.
– Я вам ванну согрею, с травами, – Цила решительно тряхнула головой, – а пока отобедайте чем боги порадовали.
… – Как же вы, госпожа, на Цветочный холм из города попали? – задумчиво проговорила Цила, водружая на стол котелок с рагу. Она принялась медленно помешивать варево из кусочков овощей и кролика, а Юля сглатывала слюну, следя за движением медного половника. – Вы же без памяти были.
– Думаю, за сувенирами пошла, а там меня на солнышке и… того, накрыло, – выкрутилась Юля. – Помню только, что муж на Совет приехал… и что мы из Северных фьордов.
И уф! Ей опять повезло. Цила объяснение приняла, важно кивнула и назидательно произнесла:
– Потому что без служанки. Разве можно госпоже, супруге драка, без сопровождающих по городу бродить?
– Нельзя, – послушно подхватила Юля. Супруга драка? Это что-то новенькое!
– Хорошо вам Ван скобянщик попался… да я.
– Это просто замечательно! – искренне согласилась Юля, принимая из рук Цилы тарелку.
Гостеприимная зеленщица и так чувствовала себя польщенной, а после того, как гостья разразилась потоком восхищений в адрес рагу, совсем раскраснелась и разомлела.
– Я думаю, вам пока следует у меня остаться, – заключила она в конце трапезы, разливая по глиняным кружкам подслащенную медом воду. – Как только что-нибудь вспомните, я спущусь в город и узнаю, в какой гостинице остановился ваш муж.
– А вот по этим… – Юля развернула руку с татуировкой, – узорам определить никак нельзя? Кто я? Кто мой муж? Я бы сама, но что-то перед глазами все плывет и двоится.
– Так я только основные символы знаю, – Цила виновато пожала плечами. – А за остальное вам лишь драк скажет.
– Где б такого найти? – забросила удочку Юля.
Цила помялась и посмотрела на потолок:
– Да есть тут один, вот только он вряд ли подскажет. Скверный у него характер. Ну смотрите, – девушка наклонилась через стол, – вот эта линия у вас с детства. Это ваша семья, достойные люди, много линий, каждая линия – поколение. Не высшие аристократы, но уважаемый род. Из другой семьи одаренный драк себе жену бы и не взял. А вот линия брака. Вот эти круги – ваше положение в семье. Но какая вы жена я сказать не могу, может, и первая, а может, и третья по счету – узор сложный, родовой, не для всякого глаза открыт.
Юля как раз пила медовый напиток и слегка поперхнулась. Третья по счету жена драка? Ну привет, новый мир! Срочно искать лавку с хэллоуинскими нарядами, допросить лавочника с особым пристрастием!
Цила вдруг выпрямилась и с опаской посмотрела наверх, даже голову в плечи вжала. Юля тоже подняла глаза и восхищенно ахнула: на балке сидел красавец кот, пушистый, огненно рыжий, с большими острыми ушами. Поняв, что его заметили, котяра выставил вперед лапы, потянулся и мягко спрыгнул на лавку, где сидела Юля.
– Какой красавец, – протянула она и принялась поглаживать кота между ушей. – Ки-и-иса, ко-о-отик.
Цила почему-то сдавленно пискнула и тихо проговорила:
– Это Трюфель. Вы с ним поосторожнее. Тварь та еще. Моего дяди кот, характер точь-в-точь такой же отвратительный. Лучше уберите руку-то.
– Почему? – удивилась Юля. – Смотри, как он ласкается.