Последний Эсхатон (СИ)
— Я запуталась. Какая в таком случае роль Первородных? Почему они обладали Вечным сердцем? Кто они на самом деле?
— Те, кого вы называете Первородными — являются одной из первых рас, что появились в нашей Вселенной. Они нарушили естественное движение нашей родительской Вселенной, и фактически поделили её на двое. Именно поэтому я и говорю, что эта Вселенная — есть продолжение моей Вселенной.
Эмелис ощутила себя брошенной и обманутой. Систем стало ещё больше. Коллизия приобрела новый масштаб.
— Но теперь ты собираешься взять дело в свои руки. Устранить меня как переменную, достать Вечное сердце и попытаться лично вмешаться в будущее?
Сол не стал лгать, и даже по-своему усмехнулся.
— Верно. Вот только устранять вас в общем я не собираюсь. Мне ни к чему ваше убийство или уничтожение. Я привязался к вам, ваша Светлость, — признался он. Тогда его мотивы стали лишь ещё более запутаны.
— Эта машина должна переместить Вечное сердце из меня… в тебя. В механический разум. Это даже звучит глупо.
— Увы, не глупо. Я тоже могу быть сосудом, оцифровав силу первородного артефакта. Это возможно.
— Тогда почему ты вместо того, чтобы поглотить Вечное сердце ещё в Эсхатоне, занялся моим спасением?
— Дело в том, что оно, в общем-то, не слишком сильно хочет, чтобы я стал его сосудом. Мыслящая плоть, скорее всего, ему приятнее, но это не значит, что меня оно отвергнет полностью. Просто нам нужно заставить его принять новые реалии. Сделать меня высшей машиной. Лишь живая машина способна полностью управлять всем потенциалом первородного артефакта, хоть и узнал я об этом слишком поздно. Однако завладеть первородным артефактом я хочу вовсе не из плохих намерений. У вас нет оснований мне доверять, но всё же я рассчитываю на ваше содействие, дорогая Эмелис.
— Я отказываюсь. Многочисленно отказываюсь. Ты становишься ещё более похож на психа.
— Я ожидал такого ответа. Ну, повлиять на ваш выбор я не могу. Пойти против него тоже. Быть может, вы всё-таки сможете построить для нас всех более лучший финал, если сможете. Но если вы измените своё мнение, я приду к вам по первому зову.
Сол обернулся к ней, и девушке даже показалось, что он улыбнулся. Хотя физически не мог.
— Ты обязан прояснить мне ещё множество деталей… — встрепенулась она.
— Увы! Времени больше нет. Империя прознала о вашем местонахождении из-за введенного внутрь вас чипа. Помните его? Внутри «Разрыва» его ввели вам под кожу. Внутри чипа находился небольшой маячок. Империя, к слову, уже смогла пробить защитный купол «Минтаки». Вам пора уходить.
Снаружи прогремел ужасный взрыв, что заставил стены трястись. Точно, чип!..
— А теперь пробит первый слой корпуса этой станции. Полезайте в машину, и тогда я спасу вашего отца и всю станцию. Либо можете не содействовать мне и решать проблему сами, как вы уже привыкли.
— Дьявол…
Эмелис всё для себя уже решила. Плану Сола девушка следовать не хотела. Она выбежала из этого странного здания, и взглядом начала искать поблизости своего отца. Его, как она и опасалась, не было поблизости. Их разговор с Солом затянулся и отец ушёл в неизвестном для девушки направлении ещё даже до того, как прогремел взрыв на станции. Началось вторжение, и уже где-то рядом она слышала приближающиеся шаги. Слишком идеальные. Слишком синхронные. «Светлая гвардия».
Она побежала в противоположную сторону, хотя она и так понимала, что скорее всего её уже окружают. Пока она бежала, на костюм внезапно поступило чье-то сообщение, а через секунду и входящий звонок. И сообщение, и звонок принадлежали разным людям, но сначала она приняла звонок из-за его срочности, кто бы это не звонил.
— Эмелис! Империя пробила все ступени защиты станции! Они играют по-крупному, и даже используют личный корабль Императора! Именно он и нанёс первый удар, разорвавший все наши системы создания силовых щитов. Немедленно беги ко мне, я уже засекаю, как «Светлая гвардия» направляется к тебе. Вывожу схему станции и ближайшие к тебе угрозы. Мы спасёмся и улетим отсюда!
— Отец… Я не намерена бежать! — выпалила она.
— Но что ты собралась делать? Тебя ведь убьют! Эмелис, быстро ко мне! Мы ели-ели держим внутреннюю оборону, но что мы вообще можем сделать против «Светлой гвардии»? Они уничтожат нас, и нам только и остаётся, что бежать!
— Нет, отец, я дала себе клятву больше так не делать, — ответила она, и сбросила звонок.
Она твёрдо решила, что должна встретиться лицом к лицу с Императором во второй раз. Обязательно нужно спасти эту станцию от захвата. Без плана ей будет очень трудно, но ведь и Уробороса она одолела без плана, так ведь?
Повсюду была слышна стрельба и взрывы. Сопротивление не сдавалось даже перед лицом такого сложного врага, как «Светлая гвардия». Да и на своём пути она встречала множество растерянных, но не сломленных людей с оружием, они занимали позиции и повсюду затаивались. Погруженная в свои мысли, она даже и не заметила, как на карте внезапно появились два красных огонька, что стремительно приближались к ней. Она, в общем то, на карту и не смотрела, одержимая идеей одолжить у ополчения какой-нибудь тяжелый военный корабль, и нанести хотя бы небольшой вред «Голиафу II», или, по крайней мере, пробраться внутрь и устроить саботаж. Да, план вырисовывался у неё в голове, но она осеклась, забылась что ещё не добралась даже до Порта, чего уж говорить о саботаже на корабле Императора.
Все её планы были мгновенно разрушены тяжелым ударом белой руки в область живота. Она упала на пол и не сразу поняла, что «Светлая гвардия» всё-таки сумела её настигнуть. Стоило вытащить чип из рук прежде, чем предпринимать какие-либо действия. Она просчиталась.
Двое стояли как палачи, возвышались над девушкой и направляли на неё свои автоматы. Навряд ли оружие могло бы убить вечный дух Эмелис, однако «Светлая гвардия» успешно учится на своих ошибках. Поэтому они и не стреляли в нее, и решили применить грубую силу.
Один из них приложил свою ладонь к виску, как будто что-то и кому-то передавая. В то же время второй гвардеец скрутил Эмелис, и надел на неё тугие наручники. В них внезапно началась стрельба: это ополченцы увидели, как гвардейцы связывают Эмелис. Однако со стрелками гвардия разобралась быстро и жестоко, выпустив пару энергетических снарядов прямо им в головы.
— Вы монстры! Твари! — закричала Эмелис, сплевывая кровь со рта. Костюм не смог компенсировать силу удара члена «Светлой гвардии».
Девушке завязали глаза, и внезапно она почувствовала, как что-то её укололо, словно тоненький шприц впился ей в плоть в плече. Она, конечно, пыталась сопротивляться, брыкалась, но ничего против настолько крепких рук сделать не могла. Она начала погружаться в сон, сон без сновидений, и даже уже такой родной бездонной пропасти. Она просто заснула, и больше не могла двигаться, хотя она всё ещё могла слышать окружающий мир. Баталии снаружи. Бойню внутри.
Она услышала, как открывается ближайшая дверь в другой отсек, а следом гремит взрыв запрещенной во всей Империи гранаты, обезвреживающей всю электронику в определенном радиусе, выводя её из строя, заставляя даже импланты внутри человеческих тел разрываться и оставлять после себя определенную травму для их носителя.
— Ну, собаки, получайте! — завопил глубокий мужской голос, смутно напоминающий голос… капитана Картера! А рядом с ним был кто-то ещё, хотя голоса другого человека она уже не смогла услышать. Зато она почувствовала, как через три секунды к ней кто-то подбежал и перевалил её на своё плечо. Затем она окончательно погрузилась в сон.
Во сне она осознала себя человеком, запертым в темнице. Сделать она ничего не могла, и даже закричать ей не удавалось. На её запястьях и лодыжках располагались кандалы, а помещение, внутри которого она была, было плохо освещено, и в нём не было совершенно ничего. Что в неё ввели?
Глава 14: Тихий Лес
Сколько прошло времени с тех пор, как в неё ввели укол? Час? Два? День? Она не знала. Кроме ощущения идущего времени она потеряла и ощущение пространства вокруг себя, потеряла всякие органы чувств, и перед её глазами блистала самая настоящая пустота. Не черная пелена бездны, а именно пустота, в которой, казалось, нет даже и её самой. Темница оставалась её единственным врагом и собеседником одновременно. Как такое возможно? Может быть, она умерла?