На одной волне (СИ)
— Вы хотите сказать, что её нерастраченная любовь проснулась и рвётся наружу?
— Ты очень умный человек, Костя, — парторг внимательно посмотрела ему в глаза. — Не по годам умный, но учитывая твой интеллект и прочие факторы, всё вполне логично… так что ты решил?
— Я не собираюсь по приезду на нашу площадку хватать её за руку и бежать в ЗАГС, но и отталкивать тоже не буду. Пусть всё идёт своим чередом — если поступить так, к чему вы подталкиваете, будет обратный эффект.
— Это ты сейчас о чём? — не поняла Куницина.
— Наше с Катей кратковременное знакомство и такая же скоропалительная свадьба добавят домыслов снизу доверху — скажут, что я делаю карьеру через постель племянницы парторга.
— Блин… — теперь остановилась она. — Блин! А ведь ты прав, Костя… Чёрт, как я упустила этот момент… мы же с тобой по краю обрыва ходим….
— О чём я вам и говорю, — кивнул он. — Давайте дождёмся сдачи заказа, а уж там будем строить новые планы, в том числе и личного порядка.
Получив тайм-аут на личном фронте, Иванов переключился на конструкцию приёмо-передающей техники — надо же было с чего-то начинать. Те конструкции, пользующиеся сейчас популярностью, он отмёл сразу — аляповатые и громоздкие, да к тому же не каждой категории радиолюбителей они по плечу. С другой стороны нужно создать что-то концептуальное, что серьёзно заинтересует радиолюбительское сообщество любого уровня. Контесмены[7] и охотники за DX[8] предпочитают одним из параметров динамический диапазон[9], да и избирательность[10] — тоже не маловажный фактор. Делать несколько конструкций ради удовлетворения потребностей всех направлений радиолюбителей, работающих в эфире — дело неблагодарное. Поэтому надо брать за основу какую-то конструкцию профессионального уровня и претворять её в жизнь. Плагиатом тут и не пахнет — миры-то разные. Впрочем, для делающих первый шаг в эфир можно остановиться и на второй конструкции, что попроще.
Вот этим сразу после обеда и начал заниматься Константин. Достал бумагу-миллиметровку[11] и приступил к созданию принципиальной схемы будущего трансивера. За этим занятием его и застал Михаил, зайдя к нему в кабинет.
— О, смотрю, ты времени даром не теряешь! — оглядел он схему. — Что, уже мою книжку прочитал?
— И даже немного больше — подкинули тут кое-какую литературу — кивнул ему Иванов.
— Что решил собирать?
— Только не то, что вы коллективно копируете, — усмехнулся Костя. — Габариты — во! — развёл он руками, — а толку, как от козла молока.
— Да чтобы ты понимал! — сразу завёлся Мишка. — Эту конструкцию повторило уже столько народу! Да у нас в городе только на ней и до этого публиковавшейся ламповой работают.
— Ладно, я спорить не хочу, но посмотрим, кто прав, а кто… — Иванов с иронией посмотрел на друга.
— Вот это что у тебя? — Шмелёв ткнул пальцем в небольшой прямоугольник на схеме. — ЭМФ? [12] Так у него обвязка неправильная.
— Нет, не ЭМФ, а кварцевый фильтр.
— Чего-о-о? — удивился он. — И где ты такой купишь? Или закажешь кому?
— Почему сразу покупать у кого-то, — поморщился Костя. — Сам сделаю. Аппаратуры у нас море, детали тоже есть, так почему бы самому не напрячь извилины?
— Что за шум, а драки нет? — в комнату зашёл Шиловский. Увидев на столе расстеленную схему, он скосил на неё глаза. — О! Тоже решил трансивер собрать? Смотрю, Мишаня тебе заразил. И по какой схеме хочешь?
— Ещё один! — фыркнул Костя. — Ни по чьей. Сам спроектирую и соберу.
— Да ладно!
— Прохладно!
— Смесители какие будешь прикручивать? — с ухмылкой спросил Шиловский.
— Сан Саныч, он уже вместо ЭМФа какой-то кварцевый фильтр собрался делать, — проинформировал с усмешкой Шмелёв. Тот сразу посерьёзнел и почесал затылок.
— По Чебышеву?
— Угу.
— Да там возни — вагон и маленькая тележка. Так ты не ответил на мой вопрос — смесители будут обычные? Диодные?
— Нет, на мощных полевых транзисторах, чтобы увеличить динамику аппарата.
— Хех! — мотнул головой Шиловский. — Ты хоть в макете пробовал собирать? У нас в городе один «Кулибин» уже пробовал — хрен что получилось.
— Почему? — поинтересовался Костя.
— Потому что измеритель АЧХ должен быть калиброванный и высокоточный. Такие только на рембазе в номерном цеху есть, а оттуда взять даже на час ничего нельзя.
— Разберёмся, — усмехнулся Иванов.
24 апреля 1982 года. Старая площадка приборостроительного завода. Без четверти двенадцать местного времени
Несмотря на выходной день, на старой площадке радиозавода было многолюдно. Присутствовали не только начальник цеха и две сборщицы, одной из которых была Катя, но даже парторг и сам директор. Сегодня радиозавод сдавал военный заказ. Приёмная комиссия состояла из трёх человек — представительного вида старичка в пенсне а-ля «Антон Павлович Чехов», и пары молодых парней, чуть-чуть старше Константина. Они зашли с местными в цех, разглядывая всё вокруг, Костя пригласил их в свой кабинет и на деле показал качество изделия, взяв из коробки несколько плат на выбор.
— И что, не было «возбуда»? — недоверчиво поинтересовался один из молодых заказчиков.
— Плату видите? — обратил их внимание начальник цеха. — Она немного изменена, но без отступления от утверждённой схемотехники.
— Ничего себе! — мотнул головой второй. — А нам пришлось заказывать партию транзисторов с низким статическим коэффициентом передачи тока. Тогда более-менее всё заработало.
— Видишь, Миша, я был прав, — усмехнулся Костя.
— Это вы о чём? — внимательно посмотрел на него старичок.
— Я с самого начала предположил именно этот вариант, когда госкомиссия утвердила, по сути, сырое изделие, но с представленным ей действующим образцом. А вы не подумали, что будет на любом радиозаводе, когда изделие начнут массово собирать?
— У нас сроки поджимали, — попытался оправдаться один из молодых приёмщиков.
— Но перед ними за заказ брались ещё два объединения, — сняв пенсне, укорил его старичок. — И после недельных мучений в обоих случаях нам отказали. Ваш завод был третьим — решающим, после отказа изделие вернули бы на доработку, и плакала наша годовая премия. Я так понимаю, что это вы нашли выход из создавшегося положения?
— Совершенно верно.
— Что заканчивали, молодой человек? — спросил он у Иванова.
— Рязанский радиотехнический. Факультет конструирования.
— Достойный выбор альма-матер. А у вас нет желания перейти к нам? — попытался он сделать заманчивое предложение.
— Не-э-э… — протянул Костя. — Опять подписки, расписки и прочее. Хватит, сыт этим по горло ещё в армии, — он резанул себя по горлу.
— А где служили? — поинтересовался один из молодых.
— Спецназ ГРУ.
— Ого!
— Тогда, молодой человек, я вас понимаю, — погрустнел старичок. — Хотя долг платежом красен — вы нам помогли с изделием, просите чего душа пожелает, но… в разумных пределах, — усмехнулся он.
— Мне лично нужны кое-какие компоненты. Там не очень большой список и небольшое, я бы сказал, штучное количество.
— Список при вас?
Костя полез в карман, достал вчетверо сложенный лист писчей бумаги и протянул его старичку.
— Вот.
— Так, посмотрим… — он снова нацепил на нос пенсне и углубился в чтение. Ему хватило минуты. — Ну что ж… ничего из области фантастики, остальное вполне решаемо. Если не секрет, что собрались ваять на этих компонентах?
— Высокоуровневый смеситель с большим динамическим диапазоном.
— Вы — радиолюбитель? — один из молодых приёмщиков, до этого перешёптывавшийся с Михаилом, мгновенно переключил на него своё внимание.
— Пока только радиоконструктор, но это дело поправимое. В мае у меня заканчивается десятилетняя подписка из Конторы, и я смогу получить позывной.
— А как собираетесь решать проблему двойного преобразования частоты? — не отставал он.
— Зачем двойное — будет одно, и вместо ЭМФа поставлю кварцевый фильтр.
— От какой техники планируете, а то попробую вам помочь? У меня брат в столице живёт, тоже радиолюбитель. Они там несколькими группами пытаются также перейти на кварцевые фильтры, но пока их параметры не позволяют пустить в серию такие аппараты.