На одной волне (СИ)
Маленькая интерлюдия
Катя возвращалась на Лесную, 21 с двумя сумками. Миша ещё усмехнулся, заметив, что для мужчины этот список на порядок меньше. Она показала ему язык и с тем и покинула отчий дом. Девушка успела на текущий рейсовый автобус, мысленно заметив, что всё складывается как нельзя лучше. Ноги сами несли её к дому любимого человека, когда дорогу преградила лохматая особа, одетая не пойми во что.
— Ты чё тут второй день ошиваешься, а? — заявила она на повышенных тонах.
— Я теперь здесь живу, — спокойно ответила ей Катя.
— Я ж всех на улице предупредила, чтобы с ним никто дружбу не водил! Мой он, ясно тебе?
— С чего бы это? — начала заводиться Шмелёва.
— С того, что у него деньги водятся, а мне детей поднимать надо!
— Ты уже с утра так наподнималась, что на ногах еле стоишь, — парировала ей девушка. — Винищем за версту разит.
— А это не твоё собачье дело! Не выйдет у тебя окрутить его — я первая успела.
— Тоже мне нашлась крутильщица! — фыркнула Катя. — Ты на себя в зеркало давно смотрела?
— Ах ты, тварь! — Мартакова — а это была она, ринулась на соперницу.
Завязалась потасовка. Опыт, как говорится, не пропьёшь, да и Катя не страдала алкоголизмом, а потому прежняя практика уходов и блоков в баскетболе от противников сейчас пригодилась.
* * *Костя заметил конфликт, когда та самая соседка — мать троих деток — вечно полупьяная и клянчащая у всех соседей деньги, вовсю дралась с его Катей. Он мигом бросил лопату и выскочил на улицу.
— Что тут происходит? — спросил он строгим голосом.
— Я тебе говорила, чтобы никого не водил? — взъярилась Мартакова. — Говорила, что ты будешь только мой?
— Да мне пофиг, что ты там говорила! Указывать она мне здесь ещё будет!
Тонька в два шага очутилась рядом с ним и с размаху влепила ему справа в челюсть.
— Когда женщина бьёт мужчину, а не даёт пощёчину, она автоматически становится спарринг-партнёром, как в боксе, — недобро проговорил он и внезапно отвесил ей леща.
— Сука! — заверещала она. — Ты бабу ударил, да?
— Ты — не женщина, ты — ОНО, — мрачно подытожил Константин.
Фёдор Мартаков как раз был в гостях у сестры, а точнее — пришёл в поисках спиртного. Увидев через окно её перепалку с каким-то парнем, он не преминул в неё ввязаться. Уже спеша на помощь, он увидел, как парень дал ей хорошего леща. Злость у Фёдора вскипела мгновенно. Он сунул руку в карман и достал заточку.
— Сука-а-а! — белугой заревел Мартаков. — Я тя за сестру на перо посажу, падла!
Костя успел перехватить его выпад и поставил заученный блок с дальнейшим захватом кисти. Вывернул руку, и заточка упала, звякнув о камень. Иванов резко развернулся и наотмашь ударил задиру по шее. Тот упал как подкошенный.
— Ой, уби-и-и-ли! — завыла Тонька на все голоса. — Брата моего уби-и-или! Что ж это деется, а! Федя-а-а! Ты как? Живой? — склонилась она к нему.
Костя не чувствуя подвоха подошёл к невесте и участливо поинтересовался:
— Ты как? Она тебя не сильно ударила?
— Нет, она вообще не попала, — улыбнулась Катя. — Я ж бывшая баскетболистка, а нас учили, как уворачиваться от противника.
Они на какое-то время отвлеклись от асоциальных брата и сестры, и это сыграло свою отрицательную роль. Мартакова в гневе подхватила заточку и ринулась на Костю. Пока он брал из рук Кати сумки, Тонька по подлому, сзади, попыталась ударить ему в спину. Метила в почку, но испуганный окрик Шмелёвой: «Костя!», — нарушил её планы. Иванов повернулся в пол-оборота, и заточка прошла лишь вскользь, задев часть мышечных тканей. Жуткая боль вызвала у Константина большую волну злости, и он ударил Тоньку в кадык. Профессиональный удар разрушил трахею, и Мартакова упала, захлёбываясь в собственной крови. Иванов попытался сделать шаг и тоже упал. Катя заметила, как кровяное пятно медленно расползается по его рубашке. Она кинулась к собравшимся у своих калиток соседям. Коллективными усилиями вызвали «Скорую помощь» и милицию.
Часом позже. Районная больница
Костя выплыл из забытья и увидел себя лежащим в медицинской палате. Рядом на стуле прикорнула Катя.
— Катя… — шёпотом позвал он её.
Девушка встрепенулась и бросилась к нем со слезами.
— Костик, мой хороший! Очнулся! А я тут уже всё передумала-а-а….
— Что со мной?
— Рана не опасная, но ты крови много потерял. Врачи сказали, что подержат в больнице минимум неделю. Это при самом благополучном исходе.
— Все дела летят к чёрту, — поморщился он. — Постараюсь выкарабкаться пораньше.
— Ты что? А если осложнения какие? — испуганно посмотрела на него Катя.
— Мне бы до дома добраться… Чёрт!
— Что? — снова испугалась девушка.
— Сегодня же Ира должна прийти через портал. Мы с ней договаривались на прошлой неделе, когда я был там. Сколько сейчас времени?
— Половина восьмого вечера.
— Осталось полтора часа… она в девять должна прийти, а нужно ещё портал с нашей стороны открыть.
— Что же делать?
— Короче, найдёшь в моём шкафу маленькую металлическую коробку. В ней, помимо других вещей, есть коричневый брелок, сделанный по типу пластмассы. Там три кнопки — нажимаешь только жёлтую и никакую другую! Поняла?
— Поняла, — кивнула она. — А когда нажимать?
— Как только на брелке замигает красная лампочка. Катенька! Это очень важно. Смотри, не перепутай — убьёшь мою сестру.
— Да ни в жизнь! — эмоционально мотнула она головой.
— Давай, дуй в наш дом… всё там прибери, что я не успел сделать с этой ссорой… и жди девяти часов вечера. Ну, что так на меня смотришь? Я жив, пусть и не совсем здоров, а сестра может пострадать. Выручай, любимая, — подмигнул он ей.
Последние слова Кости словно разбудили прежнюю Катю — ту, что была до этой драки. Она резво вскочила и, горячо поцеловав его, вышла из палаты.
Маленькая интерлюдия
Ирина считала часы до встречи с братом. Тот мир, в котором она родилась и жила, после поступка отчима и последующих за ним трудностями и проблемами, теперь порядком ей опостылел. Изучая историю другого мира, она всё больше приходила к выводу, что руководители их страны, жившие в ту эпоху, совершили критическую ошибку. После неё начался распад и деградация общества. Сейчас оно было сплошь поражено всевозможными пороками, отчего девушка медленно, но верно начинала ненавидеть его до ярости, а поступок отчима ощутимо подлил масла в огонь. Окончательно разуверившись во всех и во всём, Ира с головой ушла в обучение. Да и Костик много хорошего рассказывал о новом мире. Вот почему она экстерном сдала своеобразный экзамен по своей легенде и почти полностью опустошила выданную ей кредитку, которая пополнялась Костиными продажами с аукционов — чтобы закупить столь необходимые ей мелочи на новом месте, оставив там не очень большую сумму на непредвиденные расходы.
Сейчас она жаждала окунуться в новый мир, прочувствовать его каждым вздохом, каждой своей клеткой. Если там лучше, она навсегда порвёт с миром, из которого пришла. Надо будет — даже кураторов обманет. Она уже придумала, как и что сделать. И Костю уговорит — это тоже обдумано. Вот завтра с утра и поговорит.
Приготовив сумку и баул, девушка нажала кнопку на устройстве включения портала. Серо-голубоватое марево возникло практически сразу. С той стороны почти в тот же миг включили систему перемещения, и Ира бесстрашно шагнула в новую жизнь. Пройдя сквозь вязкую субстанцию, она ожидала увидеть брата, но к ней навстречу вышла незнакомая девушка.
— Ты — Ира? — приветливо спросила она.
— Да, а ты? — удивилась Ира.
— Я — Катя, невеста Кости.
— О, как! А где он сам?
— Ира, Костя попал в беду… — девушка заплакала, эмоционально пересказывая перипетии сегодняшнего дня. — Я бы от него не ушла сюда, но он очень просил помочь тебе пройти портал.
— А у тебя филин есть? — усмехнулась Иванова.
— Какой филин? — не поняла Катя. — Нет у меня никакого филина. Причём тут он, когда Костя в опасности?