На одной волне (СИ)

— Значит, братец и тут пошёл на нарушение инструкции, — задумчиво проговорила Ира. — Ладно, с этим разберёмся потом. Катюш, давай не будем пороть горячку. Раз медики сказали, что опасности нет, значит, её точно нет. Но я так поняла, что он убил человека при самозащите? Верно?
— Угу. Опустившуюся и спившуюся… я даже не знаю, как её назвать — ведь она моя ровесница. Милиция, когда составляла протокол, назвала её год рождения. Поэтому я и знаю, сколько ей было лет. Она сама на него бросилась, ударила исподтишка, а теперь, как я слышала, Костю хотят привлечь к уголовной ответственности! Я же ему специально об этом не сказала в больнице! — она перешла на крик отчаяния. — Чтобы он не волновался.
— Так, спокойно. Возьми себя в руки. В таком деле поспешность и горячность — самые главные враги.
— Что же нам делать?
— Дождаться утра. Раз Костик с тобой так далеко зашёл, значит, кое-что рассказал о нас.
— Да.
— Тогда я тоже открою тебе небольшую тайну — я про профессии юрист. Оденусь завтра с утра посолиднее и заявлюсь сначала в больницу, а потом и в отделение милиции. А пока ты мне всё тут покажешь и расскажешь. Мы ж с тобой теперь родственницы, — подмигнула Ира.
— Да всё, что угодно!
— Но сейчас нам придётся совершить жуткое нарушение инструкций — нужно попасть в мой мир и кое-что прикупить из медикаментов для Кости. Мне потребуется человек, который купит это всё, а я буду его страховать. Хочешь спросить, почему не я сама? В городке, в котором я жила последнее время, появилась какая-то нездоровая активность. Тебе Костя рассказывал, почему мы здесь? Отлично. Так вот из-за этого, возможно, за мной организована слежка. Я сейчас переоденусь сама, потом переодену в стиль нашей моды и тебя, — Ира придирчиво оглядела невестку. — Комплекциями мы похожи, но ростом ты меня выше… хм… тогда я тебе подкину кое-что из своих вещей свободного покроя, а потом мы ещё пробежимся по магазинам и очистим кредитку до дна.
— А кредитка — это что?
— У нас в ходу электронные деньги. Кредитка — это специальная карта, связанная с учётом их накопления и расходов. На такой карте и лежат все наши сбережения. Всё, пошли, время не ждёт — нужно успеть до утра, так что ночь у нас с тобой будет яркая, но напряжённая.
За эту ночь Катя стала полностью своей для обоих Ивановых. Они с Ирой сроднились по-настоящему — пусть у невестки не то образование, что у золовки, но интеллектом она точно не обижена. Было даже два момента, где обе показали стальную выдержку, не дав завязаться потасовке с одурманенной наркотиками молодёжью лет 16–18. В эту ночь Катя почерпнула знаний об этом мире будущего на порядок больше, чем рассказывал ей Костя. Сначала посетили круглосуточную аптеку, а потом прошлись по магазинам женской одежды. К утру кредитка была пуста, но шесть увесистых пакетов девушки перетащили в новый мир, где занялись распаковкой и сортировкой. Поспать им пришлось всего по паре часов, но дело молодое — организм работал как часы. Едва наступило восемь утра, Катя растормошила Иру, предлагая начать активную деятельность по спасению своего жениха и по совместительству её брата.
Ещё через час обе девушки заявились в больницу. Но если Катя особо не привлекала внимание окружающих, то Ира… Имидж приезжей модницы сразу притягивал к себе взгляды окружающих. В регистратуре больницы они долго не задержались — дежурная сразу вызвала главврача, который и проводил девушек в палату к Константину.
Молодой человек уже не спал — подъём в больнице в 6:00 по местному времени. Увидев сестру и невесту вместе, он сначала улыбнулся, а потом, когда Ира достала шприц-тюбик, сразу посерьёзнел.
— Что это?
— Пришлось возвращаться к нам и бежать в круглосуточную аптеку, — пояснила сестра. — Зато Катюха теперь видела всё, — усмехнулась она. — И в шоке от той клоаки, в которой мы живём.
— Ира, ты что, водила Катю на ту сторону?? — опешил он.
— Обстоятельства вынудили, братец, — усмехнулась она. — Давай, переворачивайся и заголяй задницу.
— Как я не люблю уколы… — буркнул он.
 
— Жить захочешь, будешь «джигу» танцевать… вот так… всё, можешь обратно переворачиваться. За сутки метаболизм организма удалит все «побочки» и затянет швы.
— Ну, что тут у нас? — в одноместную палату зашёл главврач в сопровождении немолодого человека в милицейской форме.
— Вы кем приходитесь арестованному? — нахмурил брови тот.
— Согласно статье 24 процессуального Кодекса, человек не может быть арестованным, если его здоровье находится в опасности, — отчеканила Ира. — Я — его сестра, юрист по образованию, а это моя будущая невестка. Значит, так, — эти слова она произнесла командирским тоном, видя, что служитель закона собрался что-то сказать — девушка решила не упускать инициативу из своих рук. — Вы вообще не должны расследовать это дело.
— Почему? — выпучил глаза следователь.
— Потому что у Константина есть обязательства перед Конторой, причём серьёзные. В городе есть их представитель?
— А не много ли ты на себя берёшь? — усмехнулся он. — Пришла тут вся такая расфуфыренная и командует ещё…
— Молчать! — почти выкрикнула Ира. — Я сейчас доберусь до телефона и позвоню в столицу своим друзьям. Через двое суток они разберут по кирпичику законов вашу местную милицейскую богадельню. А потом настанет черёд Конторы. Представляешь, что будет с тобой после этого, и главное — после итогового разговора с твоим начальником? Я не для того всю ночь в скором поезде просидела, чтобы выслушивать угрозы от малограмотного специалиста органов. Небось, только техникум закончил? А у меня «вышка» — юрфак МГУ!
— Ого… — опешил главврач. — Михалыч, ты бы лучше не пёр на рожон, — посоветовал он следователю.
— Давайте расставим все точки над «и». В чём обвиняют моего брата? — Иванова ковала железо, пока оно горячо.
— Покушение на убийство Фёдора Мартакова и убийство Антонины — его сестры.
— Екатерина была свидетельницей этой ссоры, — она кивнула на будущую невестку. — Так что я в курсе всего и со всеми подробностями. А как вы классифицируете хранение пострадавшим холодного оружия? И это не обычный столовый нож, в запале взятый в руки! Как быть с тем, что Фёдор первым покушался на убийство? Вы по чьему заказу так расследуете дело? — Иванова перешла на повышенный тон.
— У них мать — заведующая трестом общепита, — сообщил главврач.
— Отлично! — злорадно ухмыльнулась Ира. — Ей тоже достанется, будьте уверены! Это ещё Контора не знает, а там вообще разговор коротким будет! Ну что, будем договариваться или как?
Однако договориться не удалось. Виной этому стала мамаша опустившихся отпрысков, одной из которых уже ничего не нужно. Но злость за потерянную дочь, хоть и ведшую беспутную жизнь, затмила разум директору общепита. Тогда Ира просто прошла к телефону и в справочнике нашла номер отдела Конторы. Через полчаса прибыл их сотрудник — тот самый куратор Кости. Незаметно обменявшись опознавательными знаками «филина», они несколько минут предметно поговорили, после чего тот отбыл в местный отдел внутренних дел. А через час оттуда прибыл заместитель начальника. С извинениями. Окончательным результатом этого противостояния между Ивановыми и Мартаковыми стало снятие всех претензий к Косте — по факту он действовал в рамках самообороны, а Мартакова-старшая схлопотала внеплановую проверку со стороны ОБХСС. Так сказать, для профилактики. И ей настоятельно посоветовали не ворошить это дело, если не хочет серьёзных проблем или вообще слететь со своего места.
С главврачом нашли понимание без проблем. Ира сразу известила того, что вколола брату сильнодействующий стимулятор, которым её ссудили друзья — московские медики, и настояла, чтобы ничего больше брату не кололи и не пичкали никакими таблетками. Ну, разве что, витамины не помешают. Поняв, что у девушки серьёзных знакомств в Москве, как грязи после ливня, он не стал упорствовать и даже разрешил отпустить Костю домой после трёхдневного наблюдения в стационаре.