На одной волне (СИ)

— Не волнуйся, Боря, только хорошие. Вить, а сколько трансиверов у нас сейчас скопилось на складе?
— Ни одного, — усмехнулся тот.
— Не понял… — опешил Иванов.
— А так, Костя. В пятницу снова приезжали делегации, только уже организованно, то есть по спискам. Давали только один аппарат в руки, но и за то были благодарны. Сорок четыре аппарата ушли за два часа. Из них восемь нашим ветеранам. Приезжал зам Щепетнова с доверенностью для получения. Эти аппараты предназначены для не ходячих радиолюбителей — участников Великой Отечественной. Кстати, Павел Жарков поможет установить и настроить им аппаратуру и антенны. Его воспитанники активно включились в этот процесс. И вот ещё что… Павел присутствовал на прошлом круглом столе и попросил меня прозондировать почву о целевом направлении в радиотехнические институты своих воспитанников. Тех, кто побывал у нас в гостях, и жаждут работать здесь.
— Знаешь, а это мысль… — задумчиво проговорил Костя. — Тогда я попробую договориться с руководством РРТИ[38] о квоте на целевое направление. Будем учить их тем специальностям, которые нам необходимы.
— Я поговорю с Каланчиным и думаю, что найду у него поддержку, — проинформировала его парторг. — Это ж какое нужное дело — новая плеяда молодых специалистов, которые после окончания ВУЗа придут сразу работать к нам. И не нужно никого искать.
— Теперь по антеннам… Костя, я предполагаю, что Ленинградское объединение обиделось на отношение к корреспонденту из Москвы и всячески тормозит с отправкой дюралевых труб и листового проката. Не знаю, как они взаимосвязаны, но пока пришла лишь треть от необходимого нам. А последних ходоков-снабженцев от нас вообще завернули — типа есть общая очередь, ждите.
— Кто там у них главный?
— Как мне сказали, Корольков Анатолий Дмитриевич. Наш начальник снабжения сам попытался дозвониться до него, но в приёмной только узнали кто звонит и сразу положили трубку.
— Ну и чёрт с ними. Сегодня же кое-кого попрошу перенаправить нас на другой завод. И заключить целенаправленный договор с определённой квотой на продукцию. Ещё вопросы?
— Константин Сергеевич, пробный вариант электрогитары успешно прошёл испытания, — сообщил Туманов. — Ирина Сергеевна сама опробовала и дала от вашего имени не только задание на изготовление ещё двух экземпляров, но и указание Котову о проектировании нашего собственного ЭМИ.[39]
— И как успехи? — перевёл он взгляд на Вениамина.
— Есть подвижки, но уровень не тот, — Котов даже поморщился. — Получается что-то из разряда любительского или такое громоздкое, что во! — он развёл руки в разные стороны. — Сами понимаете, что большие размеры и главное — вес устройства станут серьёзной проблемой для музыкантов.
— За пару дней я разберусь с текучкой и на время подключусь по твоему направлению, — пообещал ему Иванов.
Маленькая интерлюдия. Тем временем. Рабочий кабинет Андропова в Кремле
Юрий Владимирович прибыл в свой кабинет чуть раньше обычного. Просто захотелось навести порядок в документах — с постоянной болью в пояснице много не наклонишься, а сейчас он как будто скинул лет двадцать.
Первым посетителем стал не кто иной, как сам Пельше. Тот, безусловно, был в курсе начавшегося приступа у главы государства, и по информации врачей дела обстояли совсем плохо. Но каково же было его удивление, когда он увидел жизнерадостного и полного сил Андропова. Пельше так и замер, во все глаза разглядывая генсека.
— Доброе утро, Арвид Янович, — поздоровался с ним Андропов. — Что ввело вас в ступор?
— Здравствуйте, Юрий Владимирович. Да вот, смотрю на вас и не верю, что у вас был приступ.
— Был да сплыл, — усмехнулся тот. — Сейчас самочувствие такое, что горы готов сдвинуть.
— Наверное, кто-то из наших врачей предложил новую методу?
— Не из наших и не из врачей, но предложили. Именно поэтому моё здоровье кардинально изменилось в лучшую сторону.
— Позвольте узнать, что за метода?
— Она пока в стадии обкатки, поэтому говорить о её внедрении слишком рано. А у меня просто не было выхода — пришлось рисковать, но результат того стоил.
 
— Да уж… — мотнул головой Пельше.
— Тогда перейдём к делу. С какими новостями прибыли?
— Новостей немного, но они есть, — с этими словами Арвид Янович положил красную папку на стол. — По пленуму нужно определиться с повесткой дня, и ряд кадровых перестановок, которые необходимо провести незамедлительно.
— Что-то серьёзное? — Андропов поднял на него глаза.
— В двух регионах Средней Азии обнаружены приписки по сдаче хлопка. Наверх рапортовали о перевыполнении плана, а на деле даже трети не выполнили, однако премии получали исправно.
— За такое под суд однозначно, — кивнул Андропов, подписывая документ. — И я добавлю один пункт в повестку дня пленума.
— Это какой же? — удивился Пельше.
— Арвид Янович, нужно выделить средства на строительство радиозавода в одном из городов в средней полосе РСФСР.
— Это как-то связано с вашим выздоровлением? — догадался тот.
— В какой-то мере да, но самое главное — там есть полезные ископаемые, необходимые для производства электронных компонентов. Налицо большая экономия средств.
— А персонал?
— Какая-то часть имеется, остальное доберут.
— Но вы же понимаете, что это потребует согласования в нескольких министерствах?
— Арвид Янович! Вот поэтому я дал разрешение на проведение эксперимента с артелями. Хватит утрясать, согласовывать и визировать! Долой бюрократизм! Будем считать, что этот эксперимент плавно перетёк в нечто более фундаментальное.
— А как же мнение других товарищей из ЦК?
— Думаю, что этот пункт на пленуме поддержат все, причём единогласно, — усмехнулся Андропов.
— Я так не думаю, — покачал тот головой.
— А кто будет против, продолжит лечиться в обычных больницах на старом оборудовании.
— Значит, это связано с вашим выздоровлением?
— Не буду скрывать — да, но не только из-за этого. Там открываются такие перспективы, что дух захватывает.
— И в чём подвох?
— В том, что у нас появился новый Ломоносов. Ни больше, ни меньше.
— Вот даже как? — опешил Пельше. — А можно узнать его имя и фамилию?
— Иванов Константин Сергеевич. Но предупреждаю сразу, не пытайтесь организовывать за ним слежку — по моему указанию у него теперь негласная охрана, так что ваши сотрудники сразу попадут в руки «Девятки» [40] и «Пятнашки» [41]
— Но «Девятка» предназначена для руководства страны? — опешил тот.
— В связи с несколькими открытиями в радиоэлектронике статус этой инициативной группы радиоинженеров повышен до нашего.
— Но мне будет нужно проверить их на благонадёжность, — попытался возразить Пельше.
Андропов открыл сейф и вытащил оттуда вчетверо сложенную газету.
— О главном конструкторе уже пишут в областной газете. Вот, прошу, — он положил её перед Арвидом Яновичем. — Третья страница, вся полоса.
— Ого! — тот удивлённо поднял брови. — Вы позволите взять её хотя бы на время? Чтобы ознакомиться с материалом?
— Берите, только верните — мне вскорости нужно будет писать рекомендацию этому молодому человеку. Такие люди обязаны быть членами партии. Именно на них держится наш авторитет.
— А этот человек беспартийный?
— Был комсомольцем, но по возрасту вышел.
— Юрий Владимирович… — замялся Пельше — … Я понимаю, что иногда вхожу с вами в некое противостояние, но раз вопрос касается идеологии, тут уж моя ипостась, — развёл он руками. — Хотя бы вкратце, что он такого совершил или изобрёл, что даже Генеральный секретарь ЦК КПСС обратил на него столь пристальное внимание?
— Арвид Янович, вы Арбузову доверяете?
— Павлу Валентиновичу? Который у нас заведующий кремлёвским санаторием? Конечно!
— Позавчера он приезжал ко мне на дачу и взял анализы… Так вот, я сейчас абсолютно здоров — моей почечной болезни больше не существует.
— Что? — Пельше уставился на генсека немигающим взглядом.