Пошлость между нами (СИ)

Сердце стучит где-то в районе горла. Я выбегаю на проезжую часть, мне нужно убираться. Как назло ни одной машины такси. Я смотрю по сторонам, думаю, что делать, и тут возле меня тормозит машина.
— Подвести? — спрашивает средних лет мужчина.
На вид приличный, слегка полноватый. Я знаю, что нельзя садиться в машин к незнакомцам, но…
Я запрыгнула к нему в салон и закрыла за собой дверь.
— Спасибо, — улыбнулась.
— Куда едем?
— А вам куда? — ответила вопросом на вопрос.
Мужчина назвал адрес. Оттуда я смогу дойти пешком.
— Мне как раз туда же.
Мы тронулись с места, а я постоянно оглядывалась назад, думала, что Макс будет преследовать. Боже, какая я дура! Я даже не знала, за что ругать себя: за то, что позволила Максу трогать себя, или за то, что не переспала с ним. И чего я так испугалась? Чувств? Блин, ну после оргазма всех обычно любишь… И как я теперь буду в глаза ему смотреть? Может, мне уволиться, переехать в другой город и тогда всё забудется? Боже, за что мне всё это?
Я даже не заметила, как машина остановилась. Скосила глаза на водителя и заметила, что он за мной наблюдает. Я нервно сглотнула. Выглянула в окно и поняла, что мы именно там, куда он и собирался ехать.
— Сколько? — спросил он.
Я нахмурилась. Он смотрел на моё платье… Странно. Но, может, жене подарок ищет?
— Семь тысяч, — отвечаю я.
Его брови взлетают.
— По скидке пять, — зачем-то добавляю.
Он разочаровано качает головой. Странный.
— Ну, я пошла? — почему-то спрашиваю.
Что-то этот тип меня начинает напрягать. Вижу, как сзади нас останавливается полицейская машина, и расслабляюсь.
— Нет, — достает ксиву и тычет ею мне в лицо. — Капитан Белогородько, вы задержаны.
Медленно перевожу взгляд с документа, на полицейскую машину сзади, а потом на водителя. До меня всё ещё не доходит смысл его слов.
— За что?
— За проституцию.
  
18
 
Глава 18
Меня посадили в камеру. Я была просто в таком шоке, словами не передать. Всё походило на ночной кошмар. Лучше бы дала Зорину, честное слово! Я даже не поняла, как меня приняли и посадили под стражу. Была глубокая ночь и никто ничего не хотел слушать, сказали, всё завтра.
И вот я сижу без трусов, в мини платье в обезьяннике. Здесь холодно и ужасно пахнет. Рядом со мной сидят трое женщин. Я боюсь даже смотреть на них, потому что думаю, что они меня побьют.
— Первый раз? — обращается ко мне одна из них и лопает жвачкой.
— Да, — тихо отвечаю.
— О, помню свой первый раз, — смеётся, показывая чёрные зубы.
— Я тебя раньше не видела, — говорит другая. — Такая чистенькая и незаюзанная. Из элитных, что ли?
Все трое уставились на меня, я поёжилась от повышенного внимания. И что мне на это ответить? Как не обидеть женщин древней профессии?
— А, вспомнила, — первая вновь лопнула пузырь. — Ты из девочек Розы! Точно, я и думаю, лицо знакомое.
— Это та Роза, которая по изврату?
— Она.
И вновь трое уставились на меня.
— И тебе реально нравится? Про вас такие слухи ходят, что вы капец больные там и клиенты такие же.
Женщины начали рассказывать, что именно там делают за деньги, меня чуть не стошнило остатками ужина. Они сами решили, что я одна из девочек Розы, я их не переубеждала.
Ночь тянулась очень долго. Я боялась заснуть и оголить свои нижние девяносто. Ругала себя, на чём свет стоит. Как можно быть такой дурой? Как я вообще так попалась? А если меня реально обвинят?! Боже…
Мои сокамерницы давно спали, привыкли. А я схватилась за грудь и села на скамейке. Сердце стучало так быстро, что я испугалась. Кажется, у меня паническая атака.
Так, Нина, дыши, спокойно.
Никто меня не посадит. Я же не виновата. Я не проститутка. Я законопослушная гражданка, плачу налоги, помогаю старикам… Я не могу сесть за решётку! У меня собака дома.
Не знаю, сколько времени, по внутренним ощущениям часов пять утра. Я не спала и не собиралась. Видела, что дежурный лежит и спит на столе.
— Извините, — позвала я, ноль внимания.
 
— Прошу прощения, — уже громче.
Молодой парень поднял голову и недовольно посмотрел на меня.
— Тихо там, — сказал хриплым ото сна голосом.
— Я хочу позвонить.
— А я хочу жениться на Меган Фокс, — буркнул он.
— Время ещё есть, главное — верить, — улыбнулась я.
— Иди спи, хватит тут нарушать покой!
— Я требую звонок, — гнула свою линию.
Дежурный прищурился и поджал губы.
— Ты что, в голливудском фильме, какой звонок?
— Законный, — сложила руки на груди.
Если честно, то я совершенно не знала, полагается ли мне звонок или нет. Но он прав, во всех голливудских фильмах героям разрешают позвонить…
Я видела, что парень сомневается.
— Не положено.
— Вообще-то я имею право на звонок. Это прописано в конституции.
— Жди утра. Придут главные, и тогда…
— Тогда я скажу, что именно Вы мне отказали, и Вам сделают выговор!
Всё, парень сломался.
— Точно положен звонок? — спрашивает у меня.
А я едва не засмеялась истерическим смехом. Я-то откуда знаю!
— Точно, — кивнула ему.
Парень пожевал нижнюю губу. Он был таким молодым, наверное, только-только после школы полиции.
— Вас сюда, что ли, выпустить? — смерил меня подозрительным взглядом. — Или дать мобильный?
— Мобильный.
Парень подошёл к решётке и передал свой телефон. Я его разблокировала и увидела, что уже семь утра. А потом поняла, что не помню ни одного телефона наизусть! Только телефон родителей. Но я лучше в тюрьму сяду, чем позвоню им. От безысходности я едва не кинула мобильный в стену. А потом вспомнила… Полезла себе в лифчик, парень покраснел и отвернулся, а я достала визитку Зорина.
Уставилась на чёрный треугольник в руке. Как я могу ему позвонить и просить о помощи после вчерашнего… Но что мне ещё делать? Ждать, когда придут и объявят меня проституткой? Я вообще не знала, что делать и как реагировать, мне нужна юридическая помощь. Я хочу домой, помыться и спать.
Сделала глубокий вдох и набрала номер Макса, молилась, чтобы он взял телефон.
— Слушаю, — услышала его хриплый голос.
Сердце пропустило удар, и я сильнее схватилась за телефон.
— Алло, Максим, мне нужна твоя помощь…
Витиевато я рассказала Зорину о том, что сижу под стражей, рассказала, где именно и, заикаясь, за что. Мужчина слушал, не перебивая.
— Скоро буду, — сказал и отключился.
А у меня на губах глупая улыбка появилась. Он не оставит меня в беде. Поможет.
* * *
Его «скоро буду» растянулось на несколько часов. Я не могла больше сидеть на жёсткой скамейке, у меня болела задница. Я уже потеряла всякую надежду. Шагами я мерила камеру, когда открыли дверь.
— Шильцова, на выход, — проскрипел капитан.
— Правда? — уточнила всё же.
— Извините, вышло недоразумение, — процедил сквозь зубы.
Повторять больше не нужно было, я просто пулей вылетела из участка. Я вышла на улицу и закрыла глаза, вдыхая свежий воздух. Свобода!
— Привет, бабочка, — услышала до боли знакомы голос. — Или тебя стоит называть ночной бабочкой?
Я резко развернулась и посмотрела на Максима. Он был в джинсах и худи, я первый раз видела его в таком виде.
— Пойдём, — взял меня за руку и практически запихал в машину.
Я тут же покраснела, вспомнив, что здесь было и чего не было.
— Максим… — начала я.
— Нет. Потом.
— Я хотела сказать…
— Замолчи, Нина, а то придушу.
Ну, я и замолчала. Видела, что мужчина был на взводе. Из-за меня. Я хотела объяснить, почему так поступила. Рассказать о том, что у меня внутри. Я просто испугалась, меня накрыло, и я так поступила… Мне правда жаль. И я так благодарна, что он меня не бросил после всего.
Но я ничего пока не сказала. Решила, что ради своей безопасности помолчу. Я не хотела ни о чём думать, я устала и хочу есть.