Пошлость между нами (СИ)

В полной тишине мы доехали до моего дома.
— Пойдем, — Макс помог выйти мне из машины, и я увидела в его руке свою сумочку.
Он отдал мои вещи, и я нашла ключи. Мы дошли на мой этаж, я открыла засов и повернулась, чтобы попрощаться.
— Спасибо за всё, Максим. Я очень ценю.
— Сейчас покажешь, как глубоко ты ценишь, — сказал мужчина.
— Что? — нахмурилась я.
Макс дёрнул ручку и открыл дверь за моей спиной, затаскивая меня внутрь..
— Надеюсь, минет ты делаешь так же хорошо, как бегаешь, Нина.
  
19
 
Глава 19
Я едва не упала на пол, когда Максим впихнул меня в квартиру. Мужчина удержал меня за руку. В полумраке коридора я видела, как горят его глаза, и нервно сглотнула. И тут послышалось рычание сбоку от нас. Я повернула голову и увидела Макса.
— Малыш, — высвободилась из захвата Зорина и села на корточки. — Я так скучала, мой хороший.
Пёс принялся гавкать и облизывать мне лицо. Я засмеялась и обняла его.
— Мой сладкий, мой Максик, я так скучала по тебе.
Мы обнимались с собакой и совсем забыли о юристе.
Внезапно мой малыш напрягся и настороженно подошёл к Зорину, который тоже опустился на корточки около собаки. Собакен начал активно обнюхивать мужчину.
— Макс? Ты назвала пса в честь меня? — насмешливо спросил адвокат.
И я только сейчас поняла, насколько они похожи! Макс человек был похож на моего лабрадора. Я фыркнула и встала на ноги.
— Не льсти себе. Это Максимилиан Шильцов.
Макс начал гладить собаку, а тот завалился на спину и разрешил чухать себе пузо. Даже глаза закрыл и стал подёргивать лапкой. Предатель.
— Так как у тебя с оральными талантами? — не отрываясь от пса, спросил Зорин.
— Я ночь провела в обезьяннике! Я хочу кушать и спать. Мне нужно выгулять пса и помыться, я не собираюсь делать тебе… — я не смогла произнести это слово и всплеснула руками.
За кого он меня принимает? Какое право имеет требовать?!
— Ты сейчас пойдёшь помоешься, а я погуляю с собакой. Потом сделаешь мне минет, я закажу завтрак, и нам нужно будет серьёзно поговорить.
— Я не буду… — начала я опять.
— Будешь, — Максим поднял на меня взгляд, и я едва не вздрогнула от бушевавших в нём эмоций. — Я вчера ублажил тебя языком, а ты бросила меня с горящими яйцами. А с утра позвонила и сказала, что задержана за проституцию. Я мог тебя бросить там, но не сделал этого. Так что заткнись и покажи, как ты благодарна.
Когда он так говорит, то я выгляжу не в лучшем свете.
Я пробормотала ругательства и вручила Зорину поводок для Макса. Они ушли на прогулку и забрали с собой ключи, а я поплелась в душ. Платье я сразу отправила в мусорное ведро, больше никогда не хочу его видеть. А сама встала под горячие струи душа. Мне казалось, что я провонялась полицейским участком, я терла кожу до красноты мочалкой, а потом скрабами. Не знаю, сколько провела в душе, но, когда вышла, Максы уже пришли и ждали меня в зале. Я схватилась за ворот халата, Зорин лишь хмыкнул. Козёл. В горле почему-то пересохло, а дыхание сбилось.
Макс медленно встал и взялся за пряжку ремня. Мои глаза расширились от этого действия.
— Не здесь! — практически прошипела я.
Мужчина вздернул бровь.
— Ты собрался заниматься этим на глазах у собаки? Ты вообще нормальный?
— Он же лижет свои яйца при нас, — заметил Зорин.
Да, Максимилиан действительно сейчас был этим занят.
— Этим занимаются в спальне! — процедила сквозь зубы и пошла в комнату.
Услышала смех юриста за спиной, а потом его шаги.
— В спальне, без света и под одеялом? — слышу насмешливый голос.
Я хожу из стороны в сторону, пытаюсь взять себя в руки. Макс закрывает за собой дверь, и я вздрагиваю от этого звука. Резко поворачиваюсь, чтобы высказать всё, что я о нём думаю. Но слова застревают где-то в горле, потому что Зорин снял с себя футболку, и я уставилась на его пресс. Он не был качком, наоборот, поджарым, и живот у него тренированный, с ярко выраженными мышцами, такой хочется трогать. А дальше его длинные пальцы принялись за пряжку ремня, а затем потянули молнию на джинсах вниз. Они упали по ногам на пол, и я увидела очертания его мужского достоинства сквозь тонкую ткань белых боксеров. Это был второй пенис, который я видела живьём. И хочу сказать, что ни в какое сравнение с моим бывшим не идёт. Зорин даже и не думал стесняться, опустил трусы, и я увидела его дружка во всей красе. Толстый, длинный, увитый венами, налитый кровью с розовой головкой. Я резко почувствовала желание ощутить его в себе… Во рту и южнее…
 
Ох.
Я боюсь смотреть на Максима, потому что чувствую, как моё лицо пылает от стыда. Мужчина берётся за свой ствол и проводит по нему пальцами.
— Подойди ко мне, встань на колени и открой рот, — хрипло приказывает.
Я хотела взбунтоваться, но это было до того, как я увидела его практически в том, в чём мать родила. Этот юрист великолепен. А я возбуждена так сильно, что меня трясти начинает. Мозги превратились в кисель, и я ловлю себя на том, что хочу ему подчиниться. Я наблюдала за собой, словно со стороны. Потому что не понимаю, почему сделала всё, что он сказал! Когда опустилась на колени, Зорин резко выдохнул.
— Возьми в руку, — приказал.
Протягиваю подрагивающие пальцы и обхватываю за основание, мои руки слишком маленькие, и я не могу обхватить окружность полностью. Его кожа такая горячая и нежная на ощупь. Мужчина кладёт ладонь мне на голову и легонько массирует кожу, его прикосновение похоже на изысканную ласку. Я кусаю губы. Мне никогда не нравилось заниматься оральным сексом, и практиковали мы его не часто. Но что-то мне подсказывает, что с Максимом всё будет по-другому.
— Оближи член, бабочка, — очередной приказ.
Пульс стучит в висках так сильно, что начинает кружиться голова. Я замираю на секунду, как перед прыжком в воду, а потом делаю выбор. Подаюсь вперёд и обхватываю тугую головку ртом. Я чувствую солоноватый вкус смазки на языке, и мне не хочется тут же пойти и вымыть рот. Мне это нравится. Его вкус, запах, приказы.
— Руки убери, работай только ртом.
Я провожу языком по всей длине и вновь беру в рот, стараюсь, как можно глубже. Ладони Зорина сжимают мои волосы сильнее, надавливают, и он вгоняет член ещё глубже. Я едва не задыхаюсь, когда он ударяет по задней стенке горла.
— Такая послушная, — гладит по щеке. — Горло расслабь и дыши носом.
И он начинает трахать мой рот. Толкается глубже, резче, я пытаюсь расслабиться и с удивлением понимаю, что мне это нравится. Чтобы не упасть от напора, хватаюсь за его ноги, царапаю ногтями пресс. Чувствую, как его член набухает во рту всё больше. Я так возбуждена, что, если он дотронется, взорвусь на мелкие кусочки. Чувствую, что он уже на грани, дышит тяжело и часто, а я принимаю его в себя глубже.
Макс дёргает меня за халат, оголяя грудь, а затем вытаскивает член из моего рта и кончает мне на грудь. Я пытаюсь отдышаться, вытираю рот рукавом, а Макс в этот момент растирает сперму по моей груди, словно клеймит. Это так грязно, что я сомневаюсь в своей нормальности, потому что мне это нравится.
— Ты насосала на завтрак, — усмехается этот козёл.
Я ударяю его по животу, а он помогает мне встать на ноги. Сделала заказ, что хочу.
— Блин, мне опять нужно в душ.
— Пока ждём заказ, можем трахнуться, — предлагает очередную пошлость.
Я закатываю глаза.
— Чтобы быть тебе ещё чем-то обязанной? Нет, спасибо, — признаюсь, я этого хотела!
Но как только увидела этот взгляд победителя… Нет, не дождётся.
— Тогда позавтракаем и поговорим, — говорит серьёзно, одеваясь.
— О чём?
— О будущем, Нина. Твоём и моём.
  
20
 
Я вновь привела себя в порядок, это заняло больше времени, чем планировалось. Я наконец-то надела трусики, спортивный костюм и вышла на кухню. Мне не хотелось думать о том, что произошло, сделаю вид, что ничего не было.