Я выбираю Элис

Коринн, владелица «Книжного магазина „Ежевика у Горного маяка“», обучала меня минут пять. После этого ей, в связи с хронической усталостью, фибромиалгией и множественным расстройством, вызванным аллергией на бытовую химию, пришлось уйти. К сожалению для Коринн как владелицы книжного магазина, у нее непереносимость книг и почти всего, что есть в ее в магазине, включая покупателей, а также предметы народного декоративно-прикладного искусства, расставленные в углу (от дубленой кожи она задыхается, а от одного вида перьев начинает опухать).
К счастью для Коринн, ее муж — врач, и у них куча денег, поэтому они построили для нее какой-то особый огромный экологичный дом с использованием редких твердых пород дерева, импортного мрамора и специальных органических красок, которые Коринн прекрасно переносит.
Мама всячески демонстрирует Коринн свою поддержку и обеспокоенность всеми ее болезнями, но на самом деле маму просто бесит, что Коринн работает от силы час в неделю, а она (моя мама) вынуждена заниматься в магазине всем подряд и до сих пор является всего лишь помощницей менеджера. Я ее прекрасно понимаю.
Сегодня Коринн надела один из своих прозрачных нарядов. У нее целая коллекция не выделяющих никаких вредных испарений пластиковых комбинезонов, раскрашенных в разные цвета: пурпурный, розовый, зеленый и так далее. Под комбинезонами она носит стопроцентно натуральные органические хлопчатобумажные пижамы. Мама говорит, что это не пижамы, но уж я-то ночное белье ни с чем не перепутаю.
Пижамы явно стоят долларов двести пятьдесят за пару, а комбинезоны по крайней мере пятьсот — их для Коринн изготовили в подразделении экологичных материалов НАСА. Она надевает свои пластиковые костюмы, только когда чувствует себя особенно плохо, то есть практически всегда.
Кроме того, Коринн носит что-то вроде мусульманской паранджи с белой шляпой с обвисшими полями. Она служит в качестве стопроцентно натуральной маски воздушного фильтра. Во всем этом Коринн похожа на какую-то аферистку международного масштаба или одну из санитарок из «Вскрытия пришельца» [26].
Видимо, посетители «Книжного магазина „Ежевика у Горного маяка“» привыкли к проблемам Коринн, потому что стараются держаться от нее подальше. Если кто-то подходит к ней слишком близко, чтобы, например, задать какой-нибудь вопрос, она начинает тяжело дышать, вытягивает перед собой руку и просит отойти назад. Затем, прикрывая и без того спрятанный паранджой рот тыльной стороной затянутой в перчатку руки, яростно жестикулирует, точно какой-нибудь дорожный полицейский-бедуин из будущего, призывая одного из сотрудников магазина на помощь. Понятное дело, Коринн старается не появляться в магазине, когда там бывают покупатели. В основном она показывается по утрам, чтобы посчитать наличность в кассе, и по вечерам, чтобы забрать из нее выручку.
Коринн показала, как пользоваться кассовым аппаратом и отсчитывать сдачу, и где туалет для персонала (рядом с туалетом для менеджеров магазина, которым, однако, имеет право пользоваться только Коринн, поскольку туалетная бумага из органического хлопка и биоразлагаемое сверхчистое стопроцентно натуральное мыло стоят так дорого). После этого она проворно выскочила из магазина в направлении дома, этой, как она его называет, благословенной тихой гавани, и за мое обучение взялась Маргарет, самая опытная из студентов — сотрудников магазина.
Видите ли, Маргарет очень компетентна; кажется, она действительно знает, что делает. В колледже она изучает так называемое родиноведение. Маргарет сама из коренных и очень тесно связана со своим культурным наследием. Если уж совсем начистоту, Маргарет кажется мне чуть ли не агрессивно цельной. Она непреклонно позитивна и политична, в том смысле, что нацелена на поиск беспроигрышных для всех решений.
Когда мама только начинала работать в магазине, она каждый раз, придя домой, торжественно читала нам евангелие от Маргарет. Так что я не думала, что мне она понравится. В конце концов, у моей матери вкус, в общем, не очень. А маме Маргарет не просто нравится, она относится к Маргарет, как будто у той прямая связь с Господом. Маргарет объясняла маме, в чем разница между коренными народами Америки, индейцами, коренными американцами, аборигенами, а также то, кем и когда каждый из этих терминов может использоваться. Такого рода вещи крайне важны для моей мамы. Забавно то, что она не в состоянии запомнить, о чем ей рассказывает Маргарет, поэтому наши споры на эти темы вечно заканчиваются тем, что мама злится, расстраивается, становится косноязычной и в конце концов заявляет: «Тебе имело бы смысл самой поговорить с Маргарет, я это объяснить не в состоянии». Причем не только мама боготворит Маргарет. Все ее боготворят. Папа говорит, что она просто пользуется своим статусом представительницы меньшинства, на что мама обвиняет его в цинизме и даже расизме.
 
С какой бы неприязнью я обычно ни относилась к хорошим, позитивным людям, должна признать, что Маргарет вовсе не плоха. Например, у нее отличное чувство юмора. Она провела меня по всем отделам магазина и отпустила несколько шуток по поводу наиболее дурацких из имеющихся там книжек. Она даже обратила внимание на мои волосы:
— Классная стрижка. Сдается мне, что не здесь тебе ее сделали.
А еще она сказала про мое итальянское домашнее платье, что оно крутое.
Мне почти не приходилось общаться с покупателями, отчасти оттого, что я сама их избегала, отчасти оттого, что всем хотелось поговорить именно с Маргарет. Большинство покупателей были волосатиками, и довольно многие носили большие сумки. Подозреваю, что они в «Ежевике у Горного маяка» подворовывали. Все эти покупатели казались мне довольно неблагонадежными, поэтому я внимательно за ними следила, кроме тех моментов, когда им нужна была помощь. Тогда я притворялась, что не вижу их.
Самым прикольным в этот день было появление в магазине одного молодого белого парня с громадной копной волос, все старавшегося произвести на Маргарет впечатление своими глубокими познаниями в области коренных народов Америки. Он то и дело хватал всякие штуковины в отделе народных ремесел и громко произносил их названия, сперва на английском, потом на каком-то языке коренных индейцев, звучавшем как комбинация гласных и мягкого «к». Затем смеялся сам с собой как очень уверенный в себе, знающий человек, надеясь, очевидно, что Маргарет внимательно следит за его выходками. В конце концов, когда этот любитель экспонатов проходил под развешенными в той части магазина образцами «ловцов снов» [27], говоря при этом на кьюуа-кьюзлуаа, или как там этот язык называется, он своей копной зацепился за висящий ниже всех образец. Эти ловцы снов свисают с протянутой под потолком рыболовной лесы, и тот, за который парень зацепился, оказался неподатливым и не отпустил его. Наоборот, ловец снов потянул его за волосы назад, парень жалобно (по-английски) вскрикнул, и все вокруг, включая Маргарет, обернулись, чтобы взглянуть на этого несчастного, пойманного за собственные волосы. Мне было почти жаль его. Почти.
По моим ощущениям, эта часть рабочего дня, несомненно, была самой приятной. Чтобы вызволить парня, Маргарет пришлось отрезать одну из его полуметровых косичек. Маргарет уверила его, будто люди запутываются в «ловцах снов» постоянно и что его косичка отныне будет символом снов, исполненных особой духовности. Так что любитель экспонатов вышел от нас, ощущая себя вовсе не идиотом, а прямо-таки истинным представителем коренных народов. Должна признать, что Маргарет — настоящая профи.
Потом она над этим смеялась, но без всякого злорадства. Ее совершенство побуждает меня мешать всем этим хиппи воровать. Одно дело красть у Коринн, но обдирать Маргарет я не позволю. Если она утратит иллюзии, это нанесет удар по ее моральному состоянию, будет разрушительно для ее окружения и все такое. Я хочу внести свой вклад в укрепление отношений между представителями различных рас у нас в городе.