(не)моё чудовище (СИ)

Но паники нет. Не так уж я этого качка и боюсь. За эти дни я поняла, что ни на алкаша, ни на дикаря он не похож. И говорит же грамотно, и к себе расположить умеется. В конце концов, заботу проявлять он тоже умеет. Ну не верю я, что он вот так просто возьмет и…
И что - “и”?
Понимаю, что от неправильных мыслей вздрагиваю. Мне ведь нисколько непротивно то, как близко стоит этот человек. От него и пахнет приятно, и сам он, если не брать в расчет бороду, вполне себе симпатичный, а разглядеть давно успела.
Особенно глаза. Цвет у них такой… привлекательный. Необыкновенный. И взгляд умный. Я маньяков на своем пути, конечно, не встречала, но мне кажется, что люди с такими глазами не “маньячат”. И против воли не насилуют.
А если… “по воле”?
Ой, чур меня, чур… Самойлова, ты серьезно рассматриваешь такой вариант?
И… как же, блин, он все-таки пахнет! Навеяло чувство дежавю. Было ведь так уже. Он, я, стол, сторожка. Но сейчас мы не в сторожке, и не вечер совсем. Вижу я вокруг все ясно и особенно - Льва Марковича. И пытливое лицо вижу, и нос прямой, и лоб мощный. Видный такой лоб, характерный.
- Я, наверное, домой уже пойду… Отвезете? - спрашиваю я как бы невзначай и ладонью давлю. Как бы намекая - дистанцию, милсударь, соблюдаем!
Но ситуация зафорсировала по-своему. Не без участия Льва, само собой. Обхватив меня за талию, он легко, словно пушинку, усаживает меня на стол, а сам между бедрами вклинивается. Стол высокий, поэтому наши лица, хоть и не совсем, но оказываются на одном уровне.
- Лев Маркович, - настороженно говорю я, - А что это вы творите?
- Может, на “ты” уже? И можно просто “Лев”, - с ухмылкой заявляет мужчина.
И так горячо мне стало! Дыхание бородача меня прямо-таки опалило, но страшнее другое. Я по-прежнему совершенно не испугалась, но сильное волнение прямо в грудь стукнуло, и сердце забилось с бешеной скоростью. И голова закружилась, и комок к горлу подступил. Чтобы справится с этим неожиданным недомоганием, я на секундочку прикрываю глаза. И в эту же секунду мужчина все-таки целует меня.
Не то, чтобы неожиданно, но я все же вздрагиваю. Удивленно распахиваю глаза и тут же встречаюсь с ртутным взглядом мужчины. Он смотрит внимательно, изучающе и даже немного насмешливо. Аж взбрыкнуть захотелось.
Что я и попыталась сделать. Что есть силы оттолкнувшись руками от каменной груди, я откидываюсь назад и разрываю поцелуй. На руки с моей талии молниеносно перемещаются на спину, притягивают к мужскому торсу, и наши с Львом губы снова соприкасаются.
Борода немного колется, конечно. Но губы у него мягкие и само прикосновение неприязнь не вызывают. Наоборот. В теле становится тепло и хорошо, а в животе тугой узел натягивается - верный признак возникающего возбуждения.
Я удивляюсь. Быстро-то как! А ведь ничего особенного не произошло - такое прикосновение можно назвать практически случайным.
Но потом мужчина подключает язык - слегка проводит им по губам, приоткрывая мой рот, и осторожно исследует уже изнутри.
Вот тут и я поплыва.
Желание острым уколом толкнулось изнутри, опаляя знакомым ощущением. И одновременно - неожиданной пряным и сладким, как будто в первый раз. Оно и понятно. Новый мужчина - новые ощущения. Так всегда. Все-таки Паша - не мой первый, так что есть с чем сравнить. Плавали - знаем.
Но страннее всего то, что я перехотела как-то отбрыкиваться. Поцелуй был мне приятен, как приятны были и другие прикосновение. Ведь пока Лев целует меня - по-прежнему мягко и аккуратно, будто только продолжая наше знакомство, просто… немного на ином уровне, - его пальцы бегают по моему телу.
Расстегивают до конца куртку. Стягивают вниз и с рук.
Забираются под футболку. От прикосновения пальцев к позвонкам снова вздрагиваю и даже мурашками покрываюсь, но поглаживающие движения быстро приводят меня в норму. Ну, как в норму… Возбуждение накрывает с новой силой, отчего я порывисто вздыхаю.
Из-за этого я открываю рот пошире, и поцелуй становится глубже. Откровенней.
 
Развратней.
Но не менее приятней.
А что это с моими собственными руками, а? Это я, что, уже на широкие мужские плечи их положила? И одной ладонью затылок обхватила, зарываясь в густые мягкие волосы?
Мм… Плохо, Самойлова, плохо.
Отзывается твое тело, ой как отзывается. Млеет, плавится, как масло на сковороде. И возбуждением наполняется, как будто год мужика не знала.
И в трусиках так… некомфортно стало. Влажно. Горячо. Аж заерзала.
Снова вздыхаю.
Или это стон?
Ой, мамочки…
Куда тебя несет, дура?!
  
27. Лев
 
Не ожидал, что Самойлова так быстро откликнется. Я уж подумал, что поспешил, поторопился.
Но уж больно соблазнительно выглядела девушка. Она пыхтела и дышала, будто не лошадь по манежу бегала, а она сама. Глазки сверкали, щечки раскраснелись - чудо, а не картинка. И чего, спрашивается, она так разволновалась?
Но взгляд так и притягивает.
Да что уж взгляд…
Руки тоже тянутся, куда не надо.
И в штанах как-то туго и неуютно.
Надо было получше вырываться, крошка. А еще лучше - оплеуху отвесить. Я бы в миг протрезвел.
Но нет - сопротивление Ники мимолетно и почти незаметно. И дело не в моих размерах и бесполезности трепыханий. Я с легкостью улавливаю ее собственное возбуждение от совсем невинного поцелуя. Дыхание девушки сбивается так быстро и сама она расслабляется так ественно и споро, что останавливаться уже просто немыслимо.
А она сладкая, эта девочка. И мягенькая, не чета тощим моделькам с выпирающими ребрами. И очень отзывчивая. Вздрагивает от каждого касания, даже самого легкого и аккуратного.
А ведь хочется же сжать как следует! Да пожамкать, пожамкать посильнее. И в собственное тело вдавить, чтобы запах личный отпечатался. Оставить, так сказать, метку.
Дико звучит, конечно. И практически неприлично.
Но я, оказывается, тот еще собственник. Хотя и не замечал раньше такого за собой. Но все дело, наверное, в женщине рядом, не так ли? Какие-то умеют вызывать что-то более, чем обычную заинтересованность, а какие-то - нет. Самойлова вот, странно, но вызывала.
Удивительно. Но приятно.
Приятно до спазмов. До судорог в пальцах. До незнакомого покалывающего ощущения в груди и животе. Про пах я и вовсе промолчу. У меня уже давно и верно стоит и готово к активным боевым действиям.
Ника хоть и маленькая, но между ее ногами я чувствую себя очень комфортно. И прижимать к себе - ожидаемо уютно и правильно. А уж когда она, поддавшись возбуждению, руками меня обхватила, я и вовсе почти с катушек слетел.
И хотя я знаю, что она уже давно не девочка, остатками разума понимаю - нехорошо как-то трахаться в такой обстановке. И дело не в случайных свидетелях. Витька не дурак - намек понял хорошо. Да и Степаныч не лыком шит - понимает, с какой целью я привел сюда девушку.
А вот сама Самойлова такого не заслужила. Но то, что она считает меня простым парнем, приятно льстит. Значит, ее возбуждаю именно я, а не мои счета. И даже бородатая морда теперь ее не смущает.
Уверен, мои способности равнодушной ее тоже не оставят.
Но ведь не прямо сейчас!
Поэтому - я первым разрываю наш контакт. Держу девушку за плечи и внимательно оглядываю ее раскрасневшееся и немного смущенное лицо. Приподняв густые ресницы, Самойлова неуверенно и вопросительно смотрит в ответ. А потом краснеет еще сильнее и поспешно отводит взгляд. А потом и вовсе скидывает мои руки и спрыгивает со стола на пол.
Выглядит она не то расстроенной, не то обиженной. Разозлилась, что я остановился?
А она смелая, получается.
- Домой отвези! - требует она решительно, - Все! Нагулялись!
Я ловко ловлю ее за ладонь и резко вжимаю в себя. Ей и до этого было понятно, что у меня в штанах стояк, а в таком положении и подавно. Ее щеки снова вспыхивают, но она смело задирает голову вверх, а я, наоборот, смотрю вниз. И улыбаюсь, как дурак.