Адские гончие

– Может сломать тебе твою музыкальную руку? Она, конечно, заживёт, но возможно уже не будет так хороша? – ядовито осведомилась Курихара.
– Не нужно. Я всё поняла, – сквозь зубы отвечала Кимико.
– Ну, вот и отлично! – Мари выпустила её руку и села на место.
– Не понимаю я этих музыкантов! – она презрительно пожала плечами.
– Вы же сами были певицей! – растирая повреждённую руку, спросила Кими, с трудом сдерживаясь, чтобы не расплакаться от обиды и бессилия.
– Певицей?! Да у меня даже слуха нет! – пожала плечами Курихара.
– Гораздо забавнее как ты, стала музыкантом! Тебя и твоего Шиничи называли японскими Бони и Клайдом! Говорят, о вас даже мангу сделали!
– Как он умер? – тихо спросила Кимико.
– Как?! Как все умирают на виселице? Шейные позвонки ломаются, человек обделывается и умирает! А он всего лишь человек! Почему тебе так нравится изображать из себя человека? Хочешь забыть о том кто ты на самом деле?
– Я бы и рада, но не получается! – тихо отвечала Кими.
– Приступы? Они часто у тебя бывают?
Кими молчала, не глядя на Мари.
– В таком состоянии ты становишься опасной для окружающих. Это всё твоя грязная кровь! В тебе слишком мало азиатской крови! В этом причина того что происходит с тобой! Предполагаю, что ты стала сильнее с тех пор, как вы грабили магазины вместе с Шиничи, и, следовательно, ты теперь гораздо опаснее! Молчишь? Эй, Кеничи!
Один из мужчин в костюме поднялся и подал Мари плотный пакет и небольшую коробку. Курихара бросила пакет на стол перед собой.
– Это дипломатические паспорта! Ваш багаж не будут досматривать! То, что нужно будет передать, я пришлю тебе перед отъездом!
– Кому я должна передать это? – тихо спросила Кимико.
– Они найдут тебя сами! Просто расслабься и наслаждайся жизнью! Кстати у меня для тебя подарок! – Мари осторожно поставила коробку на стол.
– Это лекарство, которое поможет тебе быстро снимать последствия твоих приступов! Пользуйся им экономно и хватит надолго! Сможешь и дальше успешно притворяться человеком! Ты же так это любишь! Позже я дам тебе ещё! Купи шприцы, ты же умеешь ими пользоваться? Прощай! – Курихара встала, тут же подскочили и её телохранители.
– Зачем ты таскаешь их за собой? Ведь они тебе только мешают? – негромко спросила Кими, глядя в стол.
– Зачем? Это мои единственные друзья! – отвечала Курихара.
– Они же люди, разве нет? Просто жалкие человечишки? – Кими впервые прямо посмотрела в глаза Мари.
– Не твоё дело, грязнокровка! – сквозь зубы прошипела Курихара и, сделав знак своим людям следовать за собой, направилась к стоявшей в тени машине. Кимико осталась одна, некоторое время она смотрела затуманившимися глазами, на коробку, стоявшую перед ней на столе, шаги Мари и её спутников затихли в отдалении, мимо неё ласково прошуршали шины чёрного «Лексуса», Кимико аккуратно взяла коробку и пакет и встала. Через секунду темнота, окружавшая кафе со всех сторон поглотила её худенькую фигурку.
* * * * * * * * * * *
В свете прожекторов и мигалок, выхваченный из темноты болезненными лучами раненый мужчина стоял на коленях, на входе в супермаркет, прикрывая собой девочку, почти ребёнка. Осколки стекла из разбитых витрин плотным ковром устилали собой ступеньки вокруг них.
– Фуджимитсу Шиничи, брось оружие и сдавайся! – усиленный через громкоговорители голос полицейского ударил их по ушам.
– Кими, отдай мне пистолет! – не поднимая головы и не оборачиваясь, проговорил мужчина.
– Нет, Шиничи! Мы ещё можем…
– Всё кончено! Просто отдай мне пистолет! – негромко проговорил он, не оборачиваясь. Она расплакалась, жалобно и по-детски, в его протянутую руку лёг ещё тёплый ствол пистолета.
– Всё кончено! – тихо повторил он, его чуть качнуло, когда он поднимался на ноги.
– Я сдаюсь! – закричал хриплым срывающимся голосом.
– Со мной ребёнок! Заложница! Не стреляйте! – он отбросил пистолет в сторону и, подняв обе руки, застыл на месте, ветер с океана коснулся его лица, и ему вдруг отчаянно захотелось увидеть, как ледяные волны набегают на каменистый, неприветливый берег. Девочка, сидевшая за его спиной, плакала, её слёзы смешивались с его кровью на серых бетонных ступеньках широкой лестницы. Через секунду подоспевшие спецназовцы скрутили мужчину и девочку, положив их обоих лицами в пол.
 
– Она не причём! Не трогайте её! – полузадушено повторял мужчина.
Она проснулась, и села на своей постели. В её маленькой комнате не было ничего кроме футона брошенного на пол и небольшого количества вещей сваленных кучей в углу. Выделялась только школьная форма, аккуратно висевшая на крючке, рядом с входом в ванную комнату, усилители, звуковой пульт и несколько дорогих гитар стояли вдоль пустых стен. Пару секунд девушка приходила в себя, осматриваясь вокруг себя безумным взглядом.
– Шиничи! – прошептала она, падая на футон.
В следующий раз её можно было заметить выходящей из своего многоквартирного дома в школьной форме с сумкой на плече, с волосами собранными в хвост на затылке. На площадке первого этажа она столкнулась с пожилой женщиной, которая ласково улыбнулась ей.
– Доброе утро, юная госпожа Миучи! В школу опаздываешь?
– Да, госпожа Сузуки! Я побежала!
Кими не позавтракала и была голодна. «Надо что-нибудь купить по дороге!» – подумала она.
* * * * * * * * * * *
Когда Кимико зашла в женский туалет, первое что бросилось ей в глаза, была небольшого роста худенькая девочка похожая на белочку. Её школьная юбка задралась, она сидела в мутно жёлтой луже, её простенькие хлопчатобумажные трусики намокли. Над ней стояли две хулиганского вида девицы.
– Обоссалась, сучка! Как теперь Тадео делать тебя женщиной? Ты специально что ли? – засмеялась одна из них, пиная девочку ногой. Когда Кими зашла обе девицы посмотрели на неё с угрозой, ожидая, что та поспешно выбежит из туалета, но Кимико не обращая на них внимания, подошла к раковине и начала мыть руки.
– Эй ты, рыжая! Вали отсюда! – обратилась к ней одна из девиц.
– Это наша территория! Нам плевать, что ты старшеклассница! Я сейчас придёт Тадео, и он из тебя всё дерьмо выбьет! – добавила вторая с вызовом.
Кимико закрыла воду и посмотрела на девиц так, что те невольно сделали шаг назад.
– Больше всего я ненавижу таких ёб-тых малолеток, как вы! – спокойно сказала она, тщательно вытирая руки одноразовым полотенцем.
– Что вам тупым сучкам, сделала эта девочка?
– Не твоё дело, стерва! Она наша и мы что хотим с ней, то и делаем! – отвечала девица повыше.
– Хорошо, – примирительно отвечала Кими.
– Зовите своего Тадео. Вы, кажется, хотели забрать девственность этого ребёнка? Я предлагаю вам сделку! Я уже давно не девочка, но я предлагаю её девственность и моё тело в обмен на ваши мохнатые щели, если я уделаю вашего Тадео!
– Вот идиотка! Тадео размажет тебя, а потом отымеет! – засмеялась одна из девиц. Сидевшая на полу в луже собственной мочи девочка посмотрела на Кими взглядом затравленного маленького зверька, но в этих «щенячьих» глазах было что-то такое, что заставило Кимико вздрогнуть.
– Как тебя зовут, ребёнок? – обратилась к ней Кимико, скинув школьный пиджак и достав из его кармана платок, она начала бинтовать им свою правую руку, основную руку.
– Ханесаки Аяне, – тихо отвечала девочка.
– Вот идиотка! Зачем ты вписалась за эту жалкую сучку? – засмеялась одна из девиц.
– Без причины! Мне просто скучно! – пожала плечами Кими.
– К тому же вы обе меня раздражаете!
Дверь распахнулась, и в туалет ввалился огромный, похожий на шкаф, старшеклассник-переросток, неопрятно одетый с сигаретой в зубах, его, не заправленная в брюки рубашка, торчала из-под мятого пиджака.
– Где девка, которую я могу трахнуть? – вместо приветствия, заявил он с порога. Остановившись в дверях, он с удивлением переводил взгляд с сидевшей на полу Аяне, на разминавшую предплечья Кими. Старшеклассница засучила рукава и стала видна яркая цветная татуировка, изображавшая дракона, протянувшего свой хвост от кисти правой руки, до самого предплечья.