Капкан для «Барбароссы» (СИ)

Потом в деревне затрещали мотоциклетные двигатели. Один из мотоциклов двинулся по берегу, пытаясь объехать заболоченный западный край пруда просёлком, а второй рванул прямо по плотине. Но Юдин его не видел: закрывал чёртов курган. И мотоцикл показался перед ним всего в сотне метров, когда младший политрук вылетел из-за кургана на деревенскую дорожку.
Видимо, пулемётчик заметил его на какую-то секунду позже, так как Виктор успел вскинуть автомат и «отстучать» длинную очередь в мотоциклистов. Хватило и пулемётчику и водителю, поскольку трёхколёсный аппарат резко вильнул и опрокинулся. А Юдин, чтобы не попасть под огонь пулемётчика второго мотоцикла, прикрываясь курганом и крошечной рощицей западнее её, пробежал мимо уничтоженного экипажа и через полминуты чуть не выскочил на деревенские огороды. Ещё метров триста бега по лесу прочь от деревни, и он, споткнувшись о какую-то кочку, рухнул лицом вниз буквально в десятке метров от огородов следующего хутора.
Мотоцикл продолжал трещать где-то возле опушки, у которой погибли люди Юдина. Останавливался, переезжал на пару десятков метров, давал очередь-другую, снова переезжал, снова останавливался… Пока, наконец, не добрался до убитых младшим политруком. А вот тут уже пулемётчик дал себе волю, расстреляв по округе не менее двух лент. Потом затрещали уже два мотора, и мотоциклисты укатили куда-то по дороге, соединяющей деревушки.
  
Глава 36
 
Крепость загрохотала оставшейся артиллерией и миномётами, едва опустился сумрак. Южнее им вторили уцелевшие орудия 6-й дивизии. Приказ артиллеристам дали не жалеть боеприпасов, стрелять в максимально возможном темпе. А через полчаса, когда запасы снарядов, выложенных у орудий, стал иссякать, через ров Волынского укрепления хлынула волна красноармейцев, сминая немцев, толком не успевших закрепиться на занятых днём позициях. Непрерывный людской поток стремился к Ковельскому шоссе и железнодорожной ветке на Ковель, по которым от станции и села Мухавец держали оборону полки 6-й дивизии, развернувшие фронт почти на 180 градусов.
Несколько тысяч бойцов, падая от вражеских пуль, двигались с неотвратимостью сошедшей лавины, сминая всех, кто выжил под шквальным артиллерийским огнём. А сзади из нагоняли новые и новые группы, уходящие прочь от осаждённой Крепости. Два часа с начала прорыва, и позади уже осталась речка Каменка. Ещё час, и вышедшие из крепости, соединившись частями 6-й дивизии, пройдя по дороге мимо Заболотья, ворвались в Семисосны, захваченные немцами утром. Теперь между деревенскими хатами мечутся фигуры в серой форме.
Вторая колонна, где сплошь бойцы 6-й дивизии, марширует по Ковельскому шоссе, а отдельные группы защитников Крепости идут напрямик через лес: мимо речки Паднева они по-всякому не промахнутся. А там и до точек сбора, крупных сёл Малые Радваничи, Большие Радваничи и Франополь недалеко.
К восходу солнца основные силы едва успели дойти до реки Рита, а небольшие группы всё тянулись и тянулись, кто по дорогам, кто через лес.
В Больших Радваничах майор Гаврилов наконец-то представился комдиву Попсую-Шапко.
— Товарищ полковник, 44-й стрелковый полк 42-й стрелковой дивизии и остатки 459-го стрелкового полка той же дивизии под моим командованием прибыли в ваше распоряжение. До прорыва из Крепости численность личного состава подразделений, находящихся под моим командованием, составляла 2854 человека. На данный момент численность неизвестна, поскольку отдельные группы продолжают прибывать к точке сбора. Но по предварительным оценкам потери личного состава во время прорыва не превысили 10%.
— То есть, на две с половиной тысячи бойцов и командиров, находящихся под вашим командованием, мы можем рассчитывать?
— Так точно, товарищ полковник. Данными о численности остальных войск, участвовавших в прорыве, располагают руководители обороны Крепости майор Дородных и полковой комиссар Фомин.
— К сожалению, товарищ Фомин погиб во время прорыва, но командир 84-го полка майор Дородных передал мне эти сведения. И я могу сказать, что после подхода всех отставших численность личного состава дивизии будет не ниже довоенной численности. С артиллерией и техникой, правда, очень тяжело: часть орудий пришлось взорвать из-за отсутствия тягачей.
 
— При отходе мы тоже взорвали почти все орудия, поскольку их невозможно было вывезти из Крепости. За исключением зенитных и противотанковых.
— Вот что, товарищ Гаврилов. Совместно с полком товарища Дородных организуйте рубеж обороны по правому берегу реки Рита. Немцы скоро начнут наше преследование, двигаясь со стороны Бреста. Возможно, уже сегодня, сбив оставленные нами заслоны по Западному Бугу, организуют переправу через реку. Ваша задача продержаться на рубеже Риты до темноты, после чего за ночь отступить в район Бельска, где в течение суток подготовить новый рубеж обороны. Все мосты через Риту, находящиеся поблизости, взорвать, пробивающиеся из Крепости разрозненные группы и отступающие с запада заслоны разрешаю принимать под ваше командование.
Я же со 125-м и 333-м полками отойду ещё на 10-12 километров восточнее на рубеж реки Осиповка и заблокирую дорогу от Ковельского шоссе на Кобрин. Отходить на восток будете через наши боевые порядки.
Передам вам с Дородных по два десятка противотанковых ружей и по батарее «сорокопяток». Уцелевшие противотанковые пушки и переданные противотанковые ружья вернёте, когда будете двигаться к Бельску. Соединившись через два дня в районе Бельска и оценив положение дел в дивизии, будем решать, как действовать дальше: то ли по-прежнему отходить «перекатами» на восток, то ли собрать силы в кулак и ударить в полную силу. И куда двигаться определимся.
Немцы «проснулись» лишь к середине дня. Видимо, выясняли, какие потери понесли за ночь, с каких именно позиций их выбили прорвавшиеся из «котла» полки Красной Армии, формировали группы, которые будут преследовать выскользнувших из мышеловки советских воинов. За это время переправились за Риту все, кто вырвался из Крепости, и сотни две отставших от основных сил 6-й дивизии красноармейцев и командиров.
Разведгруппы из Семисосен и со стороны Ковельского шоссе подошли почти одновременно. Почти одновременно, попав под пулемётный огонь заслонов, оставленных на окраинах Малых Радваничей, и отошли с потерями.
Ещё часа через два загрохотала артиллерия, разнося избы в этой деревне, а потом на неё двинулась пехота при поддержке бронетранспортёров и лёгких танков.
Заслоны Гаврилов уже отвёл, и противник, ворвавшийся в пылающую деревню, не встретил никакого сопротивления. Зато когда пара танков попыталась сунуться к взорванному мосту через реку, их мгновенно подожгли «сорокопятки», укрытые на огородах Больших Радваничей. Потеряли немцы и три бронетранспортёра и ещё один танк, попытавшиеся подойти к реке в других местах.
А когда отступили на западную окраину, прячась за дымом пожарища и случайно уцелевшими домами, майор приказал отвести противотанковые средства подальше в тыл. И вовремя, поскольку минут через пятнадцать на Большие Радваничи обрушились гаубичные снаряды.
Того, что через реку сможет переправиться бронетехника, командир полка не опасался: не получится у них этого без наведения новых мостов. Другой разговор — прячась за постройками, она сможет поддержать огнём пехоту, форсирующую Риту. Вот и вернул расчёты противотанковых ружей на позиции, как только утих артобстрел.
Так и вышло. Серые коробки с крестами, опасаясь выходить на открытое место, лупили из пулемётов и малокалиберных пушечек из-за сараев и хат, и противотанкистам пришлось немало потрудиться, чтобы отыскать эти бронированные огневые точки, а потом заставить их замолчать.
Первая атака захлебнулась, уцелевшие немцы отходили под огнём полка, и Гаврилов уже готовился к возобновлению артобстрела. Однако случилось иначе. Уцелевшая бронетехника и пехота по опушке леса сдвинулась на север, пытаясь обойти 44-й полк севернее. Но Дородных встретил их из Франополя не хуже, чем Гаврилов. Запылали танки и бронетранспортёры, а пехота начала отползать под защиту леса. Так что новый артналёт был не на Большие Радваничи, а на Франополь. И атака пехоты тоже. Причём, среди поддерживающих пехоту танков майор заметил в бинокль силуэты пары средних «четвёрок», вооружённых короткоствольными 75-мм пушками. Вспыхнули они, правда, получив по паре снарядов из «сорокопяток» ничем не хуже своих лёгкий чешских собратьев.