Иной. Том 2. Штормовое предупреждение (СИ)

— Логично. Кстати, можно тебя на два слова наедине?
Марина встала из-за стола, и мы вышли в прихожую.
— Слушаю, — сказала она.
— Хочу спросить про кристаллы. Ты обещала их купить.
— Принёс?
— Само собой.
— Пошли, посмотрю, что ты набрал.
Мы отправились в пристройку. Я достал из рюкзака свёрток с кристаллами и раскрыл его на столе. Перед нами тускло засверкали синие энергетические камешки.
— Неплохо. Я куплю, как и обещала, — сказала Марина и полезла в шкаф с инструментами. — Но вначале надо оценить… Где-то тут был измеритель.
Она достала прибор цилиндрической формы с какими-то разъёмами и отверстиями, и стала класть кристалл в боковое углубление по одному. На экранчике высвечивались числа — количество энергии в каждом камне. Её оказалось не так уж и много. В самом насыщенном кристалле содержалось тридцать две единицы, в другом — двадцать, в остальных от трёх до семи. Это никак не зависело от размера камня, но те, у которых ёмкость была побольше, светились чуть ярче.
Марина записала в блокнот все показатели, нашла калькулятор и принялась что-то считать. Затем сходила в дом и принесла кошелёк.
— Я куплю у тебя по семь рублей за единицу энергии — это выгодная цена. Охотники продают за такую же, а нелегалы — за, если повезёт, пять-шесть рублей.
— Я слышал, энергия дороже стоит.
— Разумеется, посредники продают дороже. К тому же у тебя камни, а не чистая энергия. Её придётся извлечь и очистить, прежде чем она поступит на рынок. В товарном виде энергия стоит от сорока до ста рублей за единицу.
Марина отсчитала десять сторублёвых банкнот:
— Сдачи не надо.
В моих руках оказалась сумма, которую обычный курсант заработает примерно за год. Можно сказать, я разбогател, хотя над таким «богатством» оставалось разве что посмеяться. По сравнению с состоянием моей бывшей семьи это были ничтожные копейки. Князь Скуратов даже своему ненавистному отпрыску больше давал на карманные расходы.
Мы не стали засиживаться. Закинули вещи и оборудование во внедорожник и поехали. Марина, как обычно, была за рулём, Ясмин сидела на заднем кресле, возле неё лежали баул и чехол с винтовкой — её личные вещи.
Ясмин разговорчивостью не отличалась. Каждое слово приходилось из неё чуть ли не клещами вытаскивать.
— Ты где стала гибридом? — спросил я.
— В Москве, — ответила она.
— А когда?
— Пять лет назад.
— Прямо в Москве? — уточнил я. — Пять лет назад тут был выброс?
— Недалеко от Москвы.
— Как так произошло?
— Добывали кристаллы.
— Ясмин ходила за кристаллами и энергией в красную зону, — ответила за свою воспитанницу Марина. — Но их провожатый плохо смотрел прогноз погоды. В итоге, вся группа погибла.
— Половина, — поправила Ясмин. — Половина группы.
— Да, половина группы. С тех пор Ясмин отучилась в спецшколе, а сейчас она имеет тридцать девятый уровень, работает у нас в СКИФ и готовится к тому, чтобы отправиться в бета-мир. Надеюсь, сегодня, Ясмин, ты возьмёшь сороковой уровень?
— Я постараюсь, — ответила девушка.
Сила от неё действительно чувствовалась большая. Я так сразу и подумал, что уровень у неё выше моего, но даже не предполагал, что такой огромный. У князя Скуратова, моего бывшего папаши, был тридцать седьмой. Когда-то мне это казалось чем-то недосягаемым. А теперь… теперь сравняться в силе с этим человеком казалось вполне реальным.
— Получать новый уровень с каждым разом всё сложнее и сложнее, — объяснила мне Марина. — Вот у тебя, Кирилл, сколько энергии?
— Три тысячи двадцать шесть единиц.
— Вот. И это девятнадцатый уровень. Для двадцать третьего тебе придётся собрать ещё почти три тысячи, а для тридцатого понадобится восемнадцать.
— Ого, солидно!
— Поэтому имей ввиду, работать придётся много, отдыхать некогда.
— Сколько у тебя уже было воспитанников?
— Три. Двое из них — вы.
— Всего трое за сто лет? — удивился я.
— Не «всего трое», а целых трое. Я же тебе говорила, положительные гибриды — явление крайне редкое.
Мы почти доехали до Одинцовской части. Свернули на грунтовую дорогу там же, где и прошлый раз. На неделе шли дожди, и сейчас колея, разбитая гусеницами и вездеходными колёсами, находилась в ещё более плачевном состоянии, чем прежде. В этой водянистой каше даже обычный внедорожник бы застрял, а наш Бэйдзин лишь слегка пробуксовывал местами.
 
Вдали я заметил бронетранспортёр, что полз через поле. А на юге уже несколько раз сверкнули вспышки. Шторм не прекращался.
— До сих пор сверкает, — сказала я.
— Да. Шторм идёт уже неделю, — повторила Марина.
— И как? Получается сдержать иных? Ты что-нибудь знаешь об этом?
— Пока события разворачиваются по худшему сценарию. Защитники отошли за Румянцево, есть жертвы. Но думаю, к Москве не подпустят.
— Паршиво. Значит, там тоже будет красная зона?
— Это определить энерголокационная службы. Может быть, красная, может, жёлтая. Так или иначе, защитникам в ближайшее время предстоит много работы.
Это было печально. Владения иных снова могли расшириться, и там, где ещё совсем недавно жили люди, скоро будут бродить «светлячки» и аномалии.
Навстречу полз армейский гусеничный вездеход с эмблемой пограничных войск. Нас остановили, но Марина вышла, поговорила с бойцами, и те не стали нам препятствовать. Вдали прополз ещё один бронетранспортёр, дважды пролетел вертолёт. Военных тут было много.
Мимо проплывали заброшенные деревни, утопающие в земле. Мы миновали оазис с сосновым лесом, а вскоре я заметил вдалеке развалины усадьбы, возле которой мы с Мариной прошлый раз разбили лагерь. Сейчас останавливаться там не стали, поехали дальше.
Иных было не так уж и мало здесь. Синие огоньки были повсюду. Иногда в поле зрения попадали сразу десять-двадцать тварей. Некоторые паслись у дороги, другие — в поле. Но Марина не обращала на них внимания. Сказала, что не будем тратить время на эту мелочь. Там, куда мы ехали, по её словам, нас ждала добыча посерьёзнее.
Машина взобралась на пригорок и остановилась. Впереди поблёскивал небольшой водоём, на берегу которого толпились разваливающиеся избы очередной давным-давно покинутой деревеньки. Я заметил в поле высокую фигуру, напоминающую человека, только гораздо крупнее. Она была похожа на великана, с которым мне пришлось столкнуться в Солнцево.
— Аномалия? — спросил я.
— Да, их тут много. Смотри. Вон вторая, вон третья. Думаю, в развалинах есть ещё, — сказала Марина.
Я пригляделся: возле второй с краю избы и на берегу озера стояли две аномалии крестьянской наружности.
— И что делать будем? — спросил я. — Проедем дальше или перебьём?
— С этими надо разобраться, — сказала Марина. — От них хоть какой-то прок будет. Тем более, мы уже почти на месте.
  
Глава 10
 
Мы подъехали очень близко к заброшенной деревне. Ясмин достала винтовку и прямо из окна машины поразила бегущую на нас аномалию — мужика с длиннющей бородой. Трёх выстрелов хватило, чтобы тот упал с пробитой башкой и двумя дырами в теле. Меткость девушки меня впечатлила.
К нам побежала аномалия, что бродила по берегу пруда. Ясмин выскочила из внедорожника, вскинула винтовку. Быстро прицелившись, сделала два выстрела, и существо упало.
Я тоже вылез, достал с заднего сиденья чехол со своей винтовкой, извлёк её и принялся напитывать батарею.
Из-за домов вышла корова. Естественно, это тоже была аномалия. Ясмин выстрелила три раза — животное припало на передние ноги и повалилось.
Тем временем ожил бородатый мужик и побежал к нам. Несмотря на солидную дыру во лбу, он не утратил резвости. Я выстрелил и попал ему в плечо. Ясмин резко обернулась и нажала спуск. Мощный ударный импульс разорвал существу лицо.
— Это мои! — крикнула Ясмин и со всех ног бросилась к ближайшей аномалии, чтобы собрать энергию.
— Да она всех тварей в округе перебьёт, мне ничего не останется, — я повернулся к Марине, которая сидела за рулём и наблюдала за происходящим.