Вот так бывает (СИ)

— Скажи мне, что всё в порядке. Пожалуйста.
Рома развернулся ко мне и тут же взял мои руки в свои, а потом тяжело вздохнул.
— Нет, Сашуль, не в порядке. Наши счета арестовали.
— Любой, кто встанет на пути к моей цели, горько об этом пожалеет.
— Что же ты сделаешь? Разве мы все не делаем всё, чтобы достичь заветных целей? Кто-то встаёт на твоём пути, а ты потом встанешь на пути кого-то другого… Замкнутый круг. Вместо того, чтобы пакостить и убирать человека с дороги, можно подумать, как обыграть его.
— Слишком умничаешь в последнее время.
— Пытаюсь дать тебе совет.
— Или оградить себя от опасности?
— Что?
Этот разговор произошёл между мной и Олегом в первый год после свадьбы. Тогда я ещё не знала, на что он способен, и его тон в прозвучавшем вопросе напугал меня. Напугал, но не насторожил…
— Как это возможно? — спросила я, расхаживая по кабинету Ромы.
— Думаю, это недоразумение, которое в скором времени разрешится, — тихо сказал Рома, и я напрягалась, ибо не нравилась мне неуверенность в его голосе. — Я уже позвонил начальству. Боюсь, Сашуль, тебе придётся ужинать без меня… а то и спать.
— Не говори глупостей. Я буду ждать тебя. Уверена, всё уладится быстрее. Не настраивайся на плохое.
Нам хотелось верить в лучшее, но это лучшее выскальзывало из рук как мыло и уплывало. День прошёл нервно. Наступил вечер, Рома отдал ключи от своей машины и велел ехать за Костей и домой. Сам он собирался приехать на такси.
Лиля позвала меня с Костиком на ужин. Ее родители, как и многие любопытные старики, задавали много разных вопросов. И хотя Лиля их одергивала, они продолжали расспрашивать про Олега, про мой развод и прочее. А потом вдруг мама Лили заговорила про мою маму.
— Мы с ней почти не общались. Здоровались, как обычные соседи, иногда перебрасывались парой фраз о нашем непутёвом обслуживании ЖКХ, о повышении цен… впрочем, всё. Она вела тихую жизнь. А потом внезапно ушла.
Я сглотнула ком. Внезапно. Снова в голове всплыл последний разговор с мамой. Она была нормальная, ничто не предвещало беды. Внезапно.
— А всё после визитёра того, — вдруг сказала мама Лили, и я резко подняла голову. Голос женщины прозвучал так громко, что зазвенело в ушах. — Мне кажется, она его знала, раз пустила в дом. А потом я слышала, как они на лестничной площадке спорили.
— О чём? — Я нахмурилась и насторожилась. Это было что-то новенькое. Внезапно. Просто так в этом мире ничего не случается. Всему есть объяснение. «Ваша мама получила удар», — сказали мне в больнице, как только я приехала в Синегорск. — О чём спорили? — повторила вопрос.
Лиля замерла с вилкой.
— Да кто его знает, — вздохнула женщина. — О деньгах спорили. Ну… мне так показалось.
Мы с Лилей обменялись неоднозначными взглядами. Она будто бы извинялась, а я искала в ее глазах поддержки.
После ужина и недолгих игр с детьми она проводила меня до двери квартиры. Костя шмыгнул в комнату, а мы остановились в проёме, помолчали, затем Лиля первая спросила:
— Думаешь, смерть мамы была не случайной?
— Теперь я в этом уверена. Только кто приходил к ней и о чём шла речь… Что можно было такого сказать, чтобы она заработала сердечный приступ?
— Вспомни, о чём вы говорили с ней накануне.
Я помнила…
— Сашенька, как ты, доченька? Так переживаю за вас.
— Не волнуйся, мам, мы с Костей лопаем клубнику и смотрим мультики. Олег умотал в командировку, так что у нас полная свобода.
— Ты подумала о том, чтобы вернуться домой?
— Ты же знаешь, что он не даст разрешение. Но я попытаюсь приехать на всё лето.
— Было бы здорово. Мы бы варенья наварили вместе, и для Кости здесь парк хороший есть.
— Что-нибудь придумаем…
— Ты пиши мене, ладно?
— Конечно, мам.
«Чём занимаешься? Как здоровье?» — эти вопросы я должна была задать ей в тот день. Что бы она ответила?
Думала только о себе и своём спасении, я не переживала за маму, будто она была вечная. Ничто не предвещало беды, никаких знаков. Обычный был вечер, обычный телефонный звонок, какие она делала каждый день.
 
О чём жалею ещё сильнее — я не сказала в тот последний раз, как сильно люблю её.
Лиля обняла себя руками, её взгляд был направлен в пустоту. Летнее платье никак не преображало серость её лица. Лиля уставала, но не хотела демонстрировать это. А тут я ещё со своими проблемами.
— Олег был в командировке? Удивительное совпадение, не правда ли? — Тихо сказала Лиля, затем резко повернула ко мне голову. — Думаю, Машка знает.
— Если даже знает, то не скажет. Я убью Олега, если узнаю, что он как-то причастен к маминой гибели.
— Осторожно, Алекса, он ведь может воспользоваться этим козырем, чтобы свести тебя с ума. Мне кажется, ты должна сосредоточиться не на мести, а на том, чтобы устроить свою жизнь с Ромой и Костей. А Олег со временем перебесится.
— Да, возможно. — Я посмотрела через плечо. Зал мелькал сине-красными вспышками: Костик смотрел любимого Сонника. — Хотя я не надеюсь. Он — зло.
— Мы рядом, — Лиля коснулась моей руки. — В обиду не дадим.
Остаток вечера я занималась сыном. Помогла ему почистить зубки, переодела в чистую пижамку, прочитала сказку про динозаврика, которую она сам выбрал. Прибрала игрушки. А потом долго сидела на кухне у окна и думала о маме.
Внезапно.
Был человек. Нет человека.
Чем мама занималась? О чём думала? Почему говорила с Олегом? С Олегом ли? А с кем ещё?
Рука дрогнула, подбородок съехал, и я очнулась. Задремала неожиданно. Глаза слепил свет фар за окном. Какая-то машина парковалась в кармане прямо напротив моей квартиры. Я знала, что это не Рома, потому что его машина у меня. Я присмотрелась, надеясь на то, что это сосед с четвёртого этажа. Нет. Машина замерла, из выхлопной трубы продолжал валить дым, фары горели. Я отошла от окна, затем побежала проверить дверь — заперта.
Дрожащими пальцами набрала номер Ромы. Просто услышать его голос. Просто поговорить. Просто… В подъезде послышались шаги. А потом тишину оглушил звонок в дверь.
19
— Алло? Алло? Саш, ответь!
В трубке раздался голос Ромы, но я не спешила отвечать. Стояла, замерев, в прихожей и смотрела на входную дверь. За ней кто-то был, и сдавалось мне, что это Олег.
— Саш! — раздалось в трубке, но не только… Мне показалось, что с подъезда тоже донёсся голос.
Отошла подальше от двери и зашептала:
— Ром, мне страшно. В дом кто-то ломится.
— Ты уверена? — Рома тоже стал говорить тише, будто находился рядом и должен быть осторожным.
— Уверена, что у двери кто-то стоит.
— Так посмотри. У тебя видео домофон стоит.
Точно! От страха забыла обо всём на свете. На цыпочках подкралась к камере, ткнула красную кнопочку и увидела на экране мужчину с телефоном у уха. Сначала он стоял к камере спиной, но потом развернулся и широкая улыбка заполнила объектив.
— Ну? И кто же к тебе ломится? — донеслось из трубки, и я расхохоталась.
Когда я наконец впустила Рому в дом, страх постепенно сменился полным доверием и неожиданным ощущением спокойствия. Я крепко обняла Рому.
— Как ты? — спросила, вспомнив о его проблемах.
— Боюсь, у меня не лучшие новости. Завтра на работу не выходи. Налоговая будет проводить проверку. Магазин закрою.
— Всё будет хорошо, — попыталась подбодрить своего мужчину, приглаживая его шелковистые волосы назад. — Честным людям ведь нечего опасаться?
Я надеялась на положительный ответ, но моя улыбка вмиг растаяла, ибо Рома помрачнел.
— К сожалению, все не могут быть честными. И если завтра всё подтвердится, то…
Почувствовав, как от страха дрогнула губа, быстро отвернулась и направилась на кухню, ведя Рому за собой.
— То? — вопрос дался мне с трудом.
Он снова привлёк меня к себе, погладил пальцами по щеке и нежно коснулся моих губ своими.
— Не думай о плохом.
Ночью я плохо спала, несколько раз просыпалась. В последний раз проснулась от того, что не почувствовала тепло Ромы рядом. На часах было почти два.