Путешествие в Градир (СИ)

  
В теле пацана. 
 
Книга третья. Путешествие в Градир
   
От автора
 
Должен предупредить, присутствует нецензурная лексика в минимальном объёме и в крайне необходимом случае, когда герой не может уже сдержаться.
Отдельно выражаю почтение Читателю!
Итак, вы со мной уже на пороге третьей части Огромной истории!
Позвольте, расценю это как преданность Циклу и желание сопровождать автора с его героями до конца. А точнее до логического завершения… нет, не моей карьеры!
Поэтому я гарантирую:
В этой большой части невероятной истории вы получите всё.
Всё самое сладкое.
И волнующее.
Больше юмора и стёба!
Вас ждут ответы. При этом ещё больше вопросов! Но это лишь подогреет историю.
Это мой бонус за вашу преданность, ваше любопытство!
Упорство? Это если вас каким— то чудом ещё не засосало!
Или за то, что дали мне шанс по своей доброте душевной.
Что ж. Я даю его и Вам.
Кристиан скажет по— другому:
«Узрите, смертные».
Произведение создано в развлекательных целях!
Пора подвигаться, не находите? 
  
Глава 1. За кордон!
 
Сезон спустя.
Как только сошли снега с Большого перевала, и всё потекло, мы отправились на север. И каково было моё удивление, когда узрел, что по ту сторону Хребта у подножья гор всё покрыто зелёной травкой, а деревья пышут листвой! И это к середине Жёлтого сезона! То есть, зима только закончилась. Вот тебе и север.
Оказывается, под землёй бушует большая горячая река, идущая поперёк Великого плато, на котором и стоит мир Вита.
Странный и загадочный мир, где астрономия курит в сторонке.
Делегация во главе с Первым советником лордом Белоисом выехала девять дней назад. Ровно столько потребовалось, чтобы перейти Хребет, отделяющий Левант от северных земель.
Белоис с Инессой в одной карете, Имиретта то в своей карете, то на лошади. Я в седле во главе колонны с командирами, стараюсь с господами нашими не пересекаться. Сопровождает делегацию шестьдесят пять солдат охраны, выделенной советнику, плюс два десятка слуг и служанок ему и дочке сопли подтирать.
В личную гвардию Имиретта взяла семнадцать суккубок во главе с сотницей Лихеттой, желающей со мной подраться или переспать, пока не понял. Но уже столкнулся ещё при Фейрате.
Я же никого не взял. Ещё за своих фелисов переживать не хватало! Как бойцы ни рвались, был непреклонен. Ибо нечего им тут делать, пусть родных сторожат.
Распрощался со всеми и, как в путь двинули, от экспедиции не отхожу. Всем до свиданья, а некоторым — прощай. Никаких прыжков магических туда — сюда, нарушая поговорку «уходя, уходи». Тем более с каждым днём уезжаем всё дальше от Утёса.
По расчётам и планам мы будем месяц в пути, проехав королевства Андарию, Энисуэллу и ещё какие — то там земли. В Градире на все дела полторы — две недели. До конца Жёлтого сезона Белоис должен отбыть обратно. Чтобы по прибытии в Левант у нас ещё оставалось минимум шестьдесят дней до полного затмения. Но я рассчитываю сэкономить себе ещё месяц, сократив обратный путь скачками.
Или одним, если поможет с артефактом Ольви.
Вот только в Градире её ещё найти нужно! Гунуа мне ответил витиевато, дав понять, что внучка перед ним не отчитывается. Понял лишь то, что она завязла в своих научных исследованиях по уши.
Пустые бутылки из — под пива ей в помощь!
Как меня встретит синеволосая красавица со спортивной попкой торчком? Ох уж это выражение на лице, будто всё задолбало. Харизма в этом определённо великая.
Идёт уже десятый день нашего похода. Настроение у людей на подъёме. Мы сделали это! Изнурительный переход через Большой перевал дал о себе знать. По нему колонна шла еле — еле, останавливаясь лишь на час — два. Под угрозами лавин и затопления дороги ночных привалов не делали. Господа спали прямо в движущихся каретах. А бойцы на лошадях и в повозках на мешках с провизией. Несколько раз кареты застревали в жиже, приходилось не сладко. Пригодилась моя магия. Даже не знаю, что бы они без меня делали…
 
Конечно, если ждать конца сезона, всё намного проще. Но времени у нас нет.
Преодолев Хребет и спуск, мы разбили долгожданный лагерь на опушке у первого попавшегося леса, неподалёку от главной дороги.
Пока бойцы окапываются и разгружают телеги с палаточными деталями, я гуляю по травке на поле подальше от всех. Новая флора чувствуется иначе, здесь даже дышится по — другому.
Вспоминаю виды открывшихся красот, когда мы только вышли на эту сторону света. Замерев в седле, с высоты пика на скале я взирал на бескрайние просторы, пока мимо не проехала вся колонна.
Леса военным камуфляжем, поля коврами и реки паутиной. Холмы и равнины, словно море, волнуясь замерло. Белые проплешины снега вдалеке кусками. Виднеются ровные зелёные лоскуты молодых посевов на востоке. Озерко поблёскивает, каменные развалины возвышаются над кронами — на западе. На горизонте башни, можно разглядеть столбы дыма, тянущиеся от ближайших селений в облака.
Думал, что здесь всё усеяно городами или хотя бы сёлами. Облом. Никто не хочет селиться у Хребта, за которым вампиры. Зря не поверил ушлым старым солдатам на сторожевых башнях у перевала, посчитав, что преувеличили масштабы бедствия.
Лагерь развернули к вечеру неподалёку от горного ручья с талой водой, собрав в первую очередь палатки господ.
Гонцы вернувшиеся с ближайшей деревни, принесли корзину свежих яиц, сетку хлеба и два мешка свежих овощей. Мяса у местных купить не удалось.
Суккубки, прихватив луки, с радостью умотали охотиться. Им раздолье, тепло, как поздней весной. Хотя к ночи ветер с гор пошёл холодный, и все накинули свои шубы обратно.
Ну или почти все. У солдатского костра мне и так хорошо. Мужики здесь простые, с ними общаться приятней.
Дров принесли трое бедолаг на окраине лагеря и ждали, пока им там огниво или тлеющая щепка перепадёт. Я помог. Сидят теперь довольные, пусть и опытные, но самые простые вояки. И я с ними устроился, подальше от господ.
— Лорд, говорят, ты генерала вампирского прикончил в одиночку, так ли, или наговаривают? — Спрашивает самый старый боец у костра, которому лет пятьдесят на вид. Доспехи кожаные старые, пошарпанные, зато меч хороший блестит. За словом в карман не лезет.
— Да, было дело, покромсал урода, — киваю, глядя на языки пламени и наслаждаясь треском дров на природе.
— А по тебе и не скажешь, — посмеивается.
— И без доспехов не страшно — то в походе? — Подкалывает второй солдатик.
— Не хочу вонять, как вы, — отвечаю, посмеиваясь.
— Ха, и то верно, — подхватывает матёрый. — Юный лорд, в расцвете сил красив и благоухает, авось невесту в лесу найдёт аль на дороге.
— Да зачем, вон дочка советника глаз с лорда не сводит, — ещё один брякает.
— Шутники, блин, — хмыкаю.
Матёрый бойцу подзатыльник отвешивает.
— Дубина, — фыркает до кучи на него.
А я сижу спокойно, ни на кого не пылю. Беззлобные они все.
Наступает неловкая пауза, которую вскоре прерывают.
— Слышал я, — снова подаёт голос матёрый, шевеля палочкой угольки в костре. — Что ты лорд ещё по молодости на большом балу с девятью лучшими мечами Кусубата повздорил. Да так, что раздел их перед всей знатью и королём.
— Да враньё это, — встревает на вид самый молодой. — Тогда бы лорд с нами сейчас не сидел. Скажи, Крис?
Пожимаю плечами, посмеиваясь. Солдаты встрепенулись, потирают ладоши, завидев приближающегося товарища.
Четвёртый боец кованый чайник с кипятком тащит с довольным видом. Таких только два на всю солдатскую ораву.