Я превращу твою жизнь в ад. Герадова ночь
Толстяк – обвиняемый, некромант – прокурор. Это сравнение против воли вспыхнуло в голове. Если бы Лефевр и в самом деле был прокурором, то самым сексуальным в мире. И вовсе не благодаря своему телу, а заразительной мрачной харизме, уверенности и силе воли.
Незнакомец поднялся со стаканом в руке и ретировался, бросив напоследок:
– Вы еще молоды, позже поймете.
Некромант усмехнулся, а я мгновенно вернулась в свой кошмар под названием «Что я натворила».
Теперь Ивонна знает… Если ее словам поверят, меня станут проверять, и я вовсе не уверена, что справлюсь с этим.
Еще и Дарла все слышала. Водница поймет, я в этом уверена, но жаль, что она узнала об этом при таких обстоятельствах. Главное, чтобы отцу не рассказала…
– Рано или поздно ты все равно бы сорвалась, не переживай об этом, – сказал некромант, расцепив ладони и развернувшись ко мне вполоборота.
– Я собиралась ее покалечить, Даниэль. И сделала бы это, если бы не ты, понимаешь? – Мне казалось, он не осознавал очевидной истины – я опасна.
– Эмма. – Некромант склонился и, смотря прямо, не мигая, произнес: – Ты сидишь рядом с убийцей. Ты спишь рядом с убийцей, ешь за одним столом и целуешь убийцу. Не все ли равно? Это всего лишь пара царапин, от которых эта девица уже избавилась.
Дрожь в руках утихала, словно устыдившись, ведь по сравнению с событиями в жизни Лефевра мои испытания были как летняя гроза – громкими, ослепительными, но мимолетными.
– А если я сделаю это снова?
– Ты слишком поздно познала дар, поэтому он взял верх. Но чем больше будешь учиться контролю, тем легче он будет тебе даваться.
– Учиться, учиться… контроль…
Я сложила руки на столе и опустила на них голову, повернув лицо к некроманту.
– Так будет всегда, Даниэль? – Из моего голоса исчезли нотки паники. Осталось стойкое усталое спокойствие, которое не тревожили ни веселая музыка, ни топот ног, ни гул голосов.
Вопреки любым законам физики в моем разуме воцарилась тишина.
– Это вес силы.
– Чем больше сила, тем больше ответственность? – тихо рассмеялась, вспомнив коронную фразу дяди Бена из фильма «Человек-паук».
Даниэль вопросительно поднял бровь. Сколько эмоций он мог передавать таким незначительным движением: иронию, вопрос, угрозу.
Я не могла оторвать от него взгляд.
Эмма, ты попала на крючок, ему осталось лишь вытащить тебя из моря, как золотую рыбку. Но только о том, что рыбы погибают на поверхности, думать совсем не хотелось…
– Я немного схожу с ума, не обращай внимания.
На самом деле я отчаянно желала говорить о чем угодно, только не о серьезных вещах. Подняла взгляд, опустила в стол и вздрогнула, когда ладонь некроманта коснулась моей шеи.
– Где остальные? – ляпнула я.
– Наверху. Скоро спустятся. – Даниэль усмехнулся.
– А Ивонна?
– Скорее всего ушла.
– Она… она все знает. Я выдала себя. – Мой голос скрипел, как несмазанные дверные петли.
– Доказательства, Эмма, всему нужны доказательства. А их у нее не будет.
– Какой уверенный. Как и всегда.
Все настолько просто, а кажется, будто тяжелее не бывает.
– Мне иначе нельзя.
– Почему?
– Как ты почувствуешь себя, если я проявлю слабость? – На лице некроманта вновь появилась обманчивая полуулыбка.
Я выпрямилась.
– Ты не понимаешь, Даниэль.
– Чего?
– Если подпускаешь кого-то достаточно близко, то готовься обнажить свои чувства. Их больше не утаить. – На языке вертелся вопрос, который я давно хотела задать, но не решалась, а теперь ляпнула, не задумавшись: – Сколько у тебя было девушек?
Некромант сощурился, а у меня пересохло в горле, но, кроме фирменного напитка, на столике ничего не было.
– Неожиданно, – иронично сказал Даниэль.
– Много?
– Я не могу сосчитать.
– Что?! – взвилась я.
– У тебя щеки пылают.
– Здесь жарко.
– Нет, ты ревнуешь. – Нотки удовлетворения звучали в голосе некроманта.
Я выдохнула. За время нашего знакомства я уяснила одно неизменное правило: хочешь обыграть Даниэля – меняй правила. Сноси их к чертям, взрывай гранатой и принимай новые.
В голове хаотично крутились мысли, и, еще не придумав ничего толкового, я уже поднялась из-за стола. Лефевр с интересом следил за моими движениями, и когда губы парня сжались в тонкую линию, а взгляд уперся в вырез платья, я даже мысленно поблагодарила Дарлу за настойчивость.
– Если бы я ревновала, Даниэль, – прошептала, обняв его со спины и наслаждаясь прикосновениями гораздо больше, чем желала показать, – то давно бы зажала тебя в каком-нибудь темном углу и убедилась, что, кроме меня, ты ни о ком не можешь думать.
– Мы бы поменялись местами.
– Скорее всего. Но прежде я бы убедилась в своей правоте.
– Какая большая жертва ради маленькой победы.
– Это не жертва. – Слова неслись вперед, опережая мысли.
– Что же тогда? – хрипло спросил некромант.
– Желание. – Я изумленно замолчала. Слишком смелое и безумное заявление для меня.
Глава 23
Признания
Напряжение, прокатившееся по груди Даниэля, я явственно прочувствовала ладонями. Попробовала отстраниться, но руку захватили в плен.
– Двое.
– Что?
– У меня была близость с двумя девушками. Первая – служанка, дочка управляющей в нашем особняке в столице. Но я случайно уснул, и от увиденного она заикалась несколько недель. Вторая – некромантка, здесь, в академии. Два года без обязательства.
– Целых два года? А потом?
– Она окончила академию.
– Значит старшекурсница?
– Ну, мне было из чего выбирать. – Очередная полуулыбка.
– Было из чего выбирать… – передразнила я, выпутывая свою ладонь из его захвата и садясь напротив. – Почему у меня не было выбора?
Маленькая капризная девочка во мне говорила: «Как делаешь ты, так сделаю и я». Глупо, бессмысленно и нелепо.
– Он был. И ты его сделала.
Протянув руку, я коснулась стола. Провела пальцами по рисунку дерева в надежде услышать живой отклик, но ощутила только гладкость и холод лака.
– Ты говорил всерьез, предлагая разобраться с Ивонной? – Я словно на миг окаменела в ожидании ответа.
– Что, если да? – поинтересовался он.
С секунду я изучала его взгляд, прокручивала в голове интонацию, с которой был задан ответный вопрос, и наконец облегченно вздохнула:
– Нет, быть того не может. Это на тебя не похоже. Скорее ты бы утащил меня оттуда за шкирку.
Некромант едва качнул головой, подтверждая мою догадку.
– Ты бы напала на меня? Отхлестала теми отростками? – К его голосу вернулась насмешка.
– Если я и отхлестаю тебя, то точно не своими растениями, Даниэль, – с угрозой прошептала я, резко затихнув и мгновенно поняв всю двусмысленность сказанного. Оставалось надеяться, что в мире некроманта о подобном не слышали.
Я уставилась на мага смерти, пытаясь прочитать, какие мысли бродят в его голове. Но ничего не вышло, он снова будто превратился в холодный камень.
Похоже, мне повезло, я единственный свидетель своего позора.
– Но если потребуется, я это сделаю, – слишком безразлично сказал Даниэль, побарабанив пальцами по столу.
– Убьешь?
Лефевр не имел привычки разбрасываться пустыми обещаниями. Мы оба осознавали, в каком опасном положении оказались. Разборки с Райалинами могли повлечь за собою жертвы.
– Да.
– Но зачем? Жизнь ведь не игрушки. – В моем голосе звучала боль.
– Я знаю.
– И ты все равно не собираешься отступать?
Слишком сосредоточившись на себе, я не уследила за изменениями в некроманте.
– Отступать? Эмма, прекрати. Больше всего меня тревожит твое отчаянное стремление вернуться домой. Когда ты даже не знаешь наверняка, вернешься или умрешь… – Его ладонь коснулась моего колена, сжала и тут же погладила. – Это безрассудно и жестоко по отношению ко мне и к тебе. Но я молча наблюдаю и даже слушаю, гадая, когда ты перестанешь метаться и определишься.