Я превращу твою жизнь в ад. Герадова ночь
– Стою, наверное, – сказала я, пожав плечами.
– Вы еще паясничаете? – Женщина поджала губы и стрельнула в меня глазами.
– Нет. Я лишь ответила на ваш вопрос.
– С вашим поведением, Райалин… – взвилась заместительница.
– Прошу прощения, каким поведением? – поинтересовался некромант.
Губы госпожи Фаден, казалось, сжались еще сильнее.
– Вы хотя бы понимаете, что неподобающе себя ведете? Наша академия – пример для подражания, а девушки – пример воспитания. Но вместо этого вы устроили разврат в коридоре.
– Какой разврат? – опешила я. Когда она появилась, я всего лишь вновь держала Даниэля за руку.
Лицо некроманта стало жестким.
– Вот этот. – Женщина сделала неопределенный жест, будто проводя черту между мной и магом смерти.
Не оставалось сомнений – она все еще точит на меня зуб за сломанный копчик.
– Что такое, по-вашему, разврат? – резко поинтересовался Даниэль, невооруженным взглядом было заметно, как его взбесила эта ситуация, но голос оставался холодным и равнодушным, как и всегда. – Сейчас мы просто держались за руки и не делали ничего неприличного.
На лице госпожи Фаден отразилась растерянность.
– Но собирались, – быстро сориентировалась она.
– Собирались, – невозмутимо подтвердил Даниэль.
Заместительница, не ожидавшая такого признания, снова оказалась сбита с толку. Я отвернулась, пряча улыбку.
– Но позже, через несколько дней, и всю ночь, – запоздало добавил некромант. – У нас свадьба на выходных.
И после этого я закашляла, подавившись, а Даниэль заботливо и осторожно несколько раз постучал мне по спине.
Госпожа Фаден покраснела, по ее коже прошлись язычки пламени, так что бумаги в ее руках едва не вспыхнули, подпалившись по краям.
– Мы можем идти?
– Идите! – Женщина была слишком поглощена спасением своих бумажек. Или просто решила отпустить ситуацию и скорее об этом забыть.
Когда мы с некромантом отошли, погрузившись в пустоту коридоров, я рассмеялась – громко и до слез в глазах.
– У меня бы… – новая волна смеха не дала договорить, – никогда язык не повернулся такое сказать.
Даниэль улыбнулся, в его глазах тоже царило веселье.
– Я всего лишь сказал правду, – невозмутимо проговорил он, снова меня смутив.
Совсем скоро мы продолжили путь и, достигнув лестницы на вершину Западной башни, стали подниматься. Почти всю дорогу я была сосредоточена лишь на ступеньках, понимая, почему так мало студентов уединяются наверху, – слишком долгий подъем.
Маленькие окошки, временами возникавшие вдоль стены, пропускали неяркий рассеянный свет, приглушенный листвой Древня, в это темное царство. Порой его было недостаточно, так что я вытягивала руку, касаясь стены, чтобы не упасть.
Дыхание сбилось, а звук шагов почти оглушал в воцарившейся тишине.
– Скоро я останусь одна, – хриплым голосом сказала я. – У тебя же последний год в академии, Даниэль.
Говорить о будущем – неплохой способ отвлечься. Когда Лефевр закончит обучение, мы будем видеться лишь по вечерам.
– А ты этого хочешь? – раздалось позади.
– Нет, конечно, – покачала головой. – Последние несколько дней заставили меня привыкнуть.
– К чему? – Некромант был крайне неразговорчив.
– К тебе. В академии, после нее, вечером, ночью – ты почти всегда был рядом. – Впереди забрезжил яркий свет.
Даниэль усмехнулся.
– А мне не требовалось привыкать, Загадка, – послышался теплый голос, таким он бывает, лишь когда мы с некромантом наедине.
Я замерла, почувствовав, что Даниэль остановился на ступеньку позади. Уже наверху подъем стал менее крутым, так что некромант, даже находясь за моей спиной, оставался выше меня.
– Совсем? – Медленно подняв голову, я увидела его. Глаза, тонущие в моих, губы, с которых исчезла улыбка, и очерченные мутным светом черты лица.
На мгновение мой вопрос потонул, словно не выдержал давления тревожной тишины, такой, что пробирает до мурашек, заставляет все естество обратиться в слух, будто от этого зависит твоя жизнь, сердце, душа…
Невозможно. Нереально.
Любовь так двойственна, она способна завести на вершину мира, но безжалостно свергает вниз, в пучину недоверия, ревности и злости.
Надеюсь, Даниэль и есть моя вершина. И я с нее не упаду.
– Да. Узнав тебя, я сразу все понял. – Бархатный голос некроманта звучал хрипло.
Мне хотелось, чтобы он обнял меня, поцеловал, напомнил, каково это – взлетать к небесам, ведь я так соскучилась. Но у Даниэля были иные планы.
– Идем. – Он легонько меня подтолкнул, заставляя закончить наш путь.
Опустив голову и досадливо скривившись, я преодолела оставшиеся ступеньки и остановилась на краю площадки у самой стены. Флер романтики, окутавший меня еще мгновение назад, улетел сквозь низкое окно башни, оставив настороженность и воспоминания.
Это место точно такое же, как в видении.
Я сглотнула. Воображение рисовало тени – тревожные, танцующие на стенах. Раньше я об этом не задумывалась, но теперь поступок богини выглядел жутким – захватив контроль над телом, она просто сбросила его с башни, едва не прикончив.
Джала видит будущее? Точно ли она знала, что появится Даниэль и спасет меня?
От подобных мыслей сердце в груди билось гулко и тяжело, словно бегун на длинные дистанции, преодолевавший последние метры – быстро, надрывно, на грани возможностей.
– Думаю, она точно знала, – сказал Даниэль, когда я озвучила свои сомнения.
В отличие от меня он прошел вперед, остановившись в центре округлой башни. Некромант склонил голову и, словно ему стало душно, неспешными, но ловкими движениями пальцев расстегнул пиджак. Под ним оказалась тончайшая рубашка из черной матовой ткани.
– К тебе она тоже приходила? – нахмурившись, спросила я.
– Не совсем, – покачал он головой и, протянув ладонь, добавил: – Иди ко мне. Не бойся.
– Я и не боюсь, – негромко пробурчала я, хотя из-за видения меня сковала какая-то нерешительность, то ли действительно страх, то ли знание о случившемся в этом месте.
Именно здесь все началось… Или я ошибаюсь? Скорее всего это место – случайность и надо благодарить богиню за то, что она не заколола Конкордию ножом в собственной кухне.
Вложив руку в ладонь Даниэля, я вновь ощутила спокойствие и умиротворение. Мир стал ярче, заиграл всеми красками, словно мы оказались в центре сцены, освещаемой множеством софитов.
Окинув меня внимательным взглядом, маг смерти подошел ближе к высокому и почти достигающему пола окну, потянув меня за собой. Мы оказались у самого края башни – Даниэль позади меня, а я лицом к листве, закрывшей обзор и игравшей всеми оттенками изумрудного из-за пробивающихся сверху солнечных лучей. Чтобы спрыгнуть, оставалось лишь забраться на каменный выступ.
Или достаточно с силой толкнуть меня в спину…
Дыхание перехватило, словно воздух наверху был слишком разряжен, а время остановилось, поддавшись власти момента.
Ладони некроманта коснулись моей талии, обнимая, пальцы сплелись в замок на животе. Все тело Даниэля напряглось, когда он на пару секунд сжал меня чуть крепче.
Тишина. Безмолвие. Любовь.
– Она лишь сказала, что ты для меня, – прошептал Даниэль.
Я озадачилась:
– Как подарок, что ли? – Подобная трактовка меня не особо радовала.
Некромант усмехнулся:
– Нет. – Я почувствовала, как качнулась его голова. – Спасение, награда, сокровище…
Теперь уже улыбнулась я. Некромант не имел привычки льстить или даже говорить пустые комплименты, но зато тому, что он озвучивал, можно было верить без оглядки.
– Зачем мы здесь, Даниэль?
– Помнишь, я говорил, что всегда буду ловить тебя? – ответил он вопросом на вопрос. Его голос не лишился теплоты, но стал серьезнее, подобно весеннему ветру, что несет приятную свежесть и холод одновременно.
– Да. – В этом разговоре не было места шуткам или остротам, лишь откровенность, лишь честность. Пусть она не всегда приходится по душе, зато не противоречит реалиям мира.