Тренер: молодежка (СИ)
С этими мыслями я лег спать. Но хоть я и выпил анальгин, все равно пришлось поворочаться в кровати. Мысль о Ленке Пупсе нет-нет, а в голову лезла. Может стоило перед тем как ложиться спать заглянуть к девчонке в номер. Но каждый раз, когда эта мысль меня посещала, я вспоминал, как Елена Анатольевна отшила меня прямым текстом и вспомнив, от своего желания отказывался. Идти никуда не стал. Да и перед завтраком у нас с пацанами тренирвка. Так что извини, Ленка, если тебе помощь моя без надобности, то я тем более пас. Твои проблемы не мое собачье дело.
Глава 24
Проснулся от грохота в дверь моего номера.
Бух-бух-бух!
Через временной промежуток, когда я раздумывал вставать или послать все куда подальше, затарабанили с новой силой, едва не выламывая дверь.
Пришлось просыпаться. Открыл глаза и понял, что на дворе еще глубокая ночь, даже светлеть не начало. Если точнее, то начало четвёртого утра — вон минутная стрелочка на часах на стене остановилась всего в нескольких минутах от двенадцати.
Фух…
В голове мысли первые закрутились. Походу что-то там произошло, раз ко мне в номер так усиленно ломятся. Почти дверь с петель снимают. Ладно, разберемся что по чем. Какого спрашивается лешего кому-то неймется. Ничего святого у людей нет. Сами не спят и другим не дают.
Бух-бух-бух.
В третий раз раздался грохот, еще сильнее, чем первые два. Да иду я, иду, неугомонные.
Выдох. Принял вертикальное положение, поднялся с кровати, зевая во весь рот.
— Иван Сергеевич! Откройте!
Послышалось из-за двери. Поплёлся открывать, в одних трусах, тапочки правда одел. Кто там сто грамм, блин, как говорится. А от стопочки горячительного я бы сейчас не отказался. Увы, никто так не ломится в двери, чтобы выпить предложить. Что-то мне подсказало, что это Оксана Вадимовна решила концерт по заявкам продолжить, ей походу покоя не давало, что рядом с ней проживает физрук. И дамочка поставила перед собой цель меня из номера выжить. Но голос из-за двери доносился не особо знакомый, хрен поймёшь — женский или мужской, может директриса пока мокрая по коридору шлялась простыла? Ну с Оксаной Вадимовной все может быть.
— Иван Сергеевич!
Ну раз так нужен кому-то Иван Сергеевич, то вот я — открыл дверь, стоя в одних трусах.
— Голубушка… — я уже хотел сказать, чтобы Оксана Вадимовна спать пошла (уверен ведь, что она приперлась) и прекращало всей этой ерундой заниматься, но запнулся. На пороге стоял Осипов.
Здравствуй усралась — удивился я. Понятно, почему голос хрен пойми какой, у Осипова голос очень мягкий, а из-за дверного полотна так вообще не разберёшь. Окинул пацана взглядом, нахмурился и руки на груди скрестил.
— Я не голубушка Иван Сергеевич…
— Молодой, ты что совсем что ли охренел? Ты время видел по лагерю шастать? Не терпит до утра?
Я прищурился, втянул ноздрями воздух. Может зараза такая спиртяку в медпункте спер и ужрался втихомолку? Ну нет, запаха алкоголя я не чувствовал, да и глаза у Осипова не косят. Трезвый как стёклышко, если другими словами говорить. Но перепуганный так будто апокалипсис начался.
— Иван Сергеевич беда, — сказал Осипов, задыхаясь.
Видимо быстро пацан бежал, дышит так, что лёгкие выплюнуть готов.
— Чего за беда, Осипов, тебе походу надо не в футбольную команду, а в театральный поступать, — спросил я, окончательно просыпаясь.
Хотел пошутить что-нибудь, дабы обстановку разрядить, больно у пацана лицо серьёзное, но тот сразу затараторил.
— Там Ануфриев и Баграмян сцепились! — выпалил он.
Вон чего. Не сказать, что я новостью впечатлился и поэтому устало ответил.
— И ты из-за этого меня посреди ночи поднял? Двое что-то не поделили, а причём здесь Иван Сергеевич?
Честно говоря, услышав о том, что между Ануфриевым и Баграмяном произошёл конфликт, я как-то сразу успокоился, хотя поначалу напрягся. Ну сцепились пацаны, ну морду другу другу начистят, ну носы расквасят — не велика беда. Кто молодым не был, кто себя на прочность не проверял? Я по молодости так вообще… недели не проходило без того, чтобы морду кому набить. А тут понятно почему конфликт вспыхнул, явно не на ровном месте — оба хотят лидерами команды стать и лидерскими качествами обладают. Но дуумвират построить и договорился у них никак не получается.
Поэтому прокрутив эти мысли в голове, я прямо Осипову сказал:
— Да пусть они там друг друга хоть по убивают. Я спать иду и нечего мне больше в дверь ломиться.
Собрался дверь закрыть, но Осипов дверь придержал, наглый такой.
— Вы не понимаете, Иван Сергеевич, они ведь поубивают друг друга! — заверещалпацан, и за руку меня схватил, тянуть начал.
Началось колхозе утро. Спать, я все равно уже сегодня не засну, проснулся блин благодаря молодёжи. Им самим не спиться, по ночам сабантуй разводят, так и взрослым людям спать не дают. Поразмыслив, я уговорам Осипова поддался.
— Ладно, пойдём посмотрим, что там происходит. Дай я только штаны натяну и дверь закрою, а то тут шастаю всякие, кроме тебя.
— Быстрее Иван Сергеевич, Ануфриев Баграмяна забьет!
— Ничего не случиться ни с одним, ни с другим, пока я одеваюсь. Жди, — отрезал я.
Я вернулся в номер, дверь перед лицом Осипова закрыл. Вот что точно известно, так это то, что балагурство с рук им не сойдет. Дорого Баграмяну и Онуфриеву обойдётся мой прерванный сон. Я натянул шорты, накинул олимпийку. И к Осипову вернулся.
— Давай, веди, где там эта сладкая парочка сцепилась Коты блин мартовские.
— Пойдемте!
Дверь в номер закрыл, пошел за пацаном — на место преступления посмотреть, насколько все серьезно на самом деле. Вообще, конечно, те еще чудики у меня в команде подобрались. Прямо же им сказано, что их судьба в «Колоске» решается, а они сначала бухать, курить, а теперь вот без вредных привычек — дерутся. Ох молодежь, лагерь весь на ноги поставили.
Ну и я тоже наивный чукотский юноша, думал хотя бы одна ночь без приключений обойдётся, так нет. С другой стороны, кто мало думает тот много ошибается — кто сказал не помню, но метко сказал. По хорошему, надо было к пацанам, перед тем как спать укладываться, в номер заглянуть. Профилактических люлей вставить. Гляди и не устроили бы вот этой ночной дурости.
Идя по коридору, я обратил внимание, что двери в номера Ленки Пупса и Оксаны Вадимовны открыты. Вот прям открыты, не успели даже нормально закрыть — нараспашку. Видимо пока я спал как убитый, они от ора поднялись. И меня же даже не позвали, во бабы дают.
Я поначалу подумал, что конфликт у ребят в номере случился и мы идем именно туда. Но нет, Осипов потянул меня на лестницу. То есть пацаны мало того, что подрались, так еще и режим нарушили. А вот о том, чтобы из номера ни ногой после отбоя — это я им уже озвучивал, поэтому не съедет молодежь.
— Осипов, и чего эти двое между собой не поделили? — спросил я, пока мы по лестнице спускались.
— Да они как с игры пришли, так начали друг к другу цепляться, гавкаться, Иван Сергеевич, — охотно начал пояснять пацан. — Баграмяна подмывало, что он матч проиграл… ну почти — мы до того, как менты приехали в счете вели! А у Пашки настроение было паршивое, после того как к нему этот мент приколупался.
— Так а не поделили че? Сигареты?
— Сигареты? — Осипов даже переспросил. — Не о сигаретах пока забыли, там просто Миша начал говорить, что он один всю нашу команду обыграл, что из-за Ануфриева все… а Пашка взорвался. Они и вчера в беседке скубались, когда Миша говорил, что Хоя не любит и Сектор газа это гавно…
— И? — я поторопил Осипова, перебивая. — Как до драки то дошло?
— Не знаю, я как раз в сортир отходил, когда они притихли вроде, а вышел — все уже на улицу пошли! Кстати, вспомнил, про сигареты Миша тоже Ануфриеву предъявлял!
— Что?
— Говорит, что из-за Ануфриева менты пришли, мы не доиграли и считай все почем зря.
— Ясно.
То, что Миша взрывной я знал. Что Ануфриев долго молчать не будет — знал тоже. Но здесь, конечно, не прав Баграмян, что Паше предъявляет. Кто ж знал, что все так с ментами получится. Но и их никто не заставлял в панике от майора драпать, не? Сами же такое решение приняли. А докатали бы матч, я бы тогда сигареты по честному отдал. Правда, зная все вводные, не уверен, что им бы это больше понравилось… Да и вообще, продолжись игра и команда Баграмяна проиграла бы все равно. Ануфриев со своими ребятами раскатал бы с новой тактикой. Так что не Баграмяну жаловаться и ответственность с больной головы на здоровую перекладывать. Надо было мячей больше забивать. Ладно, сейчас разберёмся.