Время Рыцарей (СИ)

Нил промолчал. Он впервые не нашел, что ответить, и явно задумался над словами Джека. Пауза затягивалась. Гийом бросил на него быстрый взгляд и откашлялся.
– Позволь, я объясню. Великий Ворон хитер и коварен. Он печется о своей репутации, чтобы горожане не мешали ему творить свои черные дела. У Принца Ричарда было пятнадцать Рыцарей. Хотя большинство из них было убито, недостатка в добровольцах у него не было, потому что все ненавидели Великого Ворона Элдрика. Нынешний же подкупает горожан вороньим золотом и обещает никого не обижать, если ему не будут противиться. Вот почему он не устраивает хаос на улицах: ему это не выгодно.
– А выгодно поддерживать порядок в городе и никого не трогать?
– Да. Это создает ему репутацию «благородного злодея».
Джек хмыкнул.
– Тогда чем плох город под его властью? Если он следит за порядком и никого не трогает, даже нас?
Руди подавился.
– Ты совсем спятил? Что за вопросы? Хочешь, чтобы тут всем Вороны заправляли?
– Да мне как-то все равно. Ни один Ворон мне ничего плохого не сделал и моей торговле они не мешают.
– Великий Ворон собирается тебя убить, – напомнил Гийом.
– Два года собирается. У нас есть причины не спешить, а он-то чего тянет? Знаете, я уверен, что его-то как раз все устраивает, и менять ситуацию он не захочет.
– Эта ситуация не устраивает нас, – неожиданно жестко отрезал Нил, – Великий Ворон «добр» только пока ему это выгодно, но когда кто-то ему мешает, он разбирается с врагами отнюдь не переговорами. Принц Ричард был убит. Бломфилд и Браун – прокляты. Над Воронами он издевается как хочет: наказывает, заколдовывает, запирает в убежище. Помнишь, госпожа де Брисар искала свою подругу, Агату Милн? Недавно стало известно, что Великий Ворон…
Нил осекся. Глубоко вздохнул. Замолчал, колеблясь.
Джек встрепенулся.
– Сюзанна нашла ее? 
– Нет.
– Тогда что случилось?
– Об этом я расскажу позже, когда узнаю больше. Есть вероятность, что это все – ошибка.
Гийом удивленно посмотрел на него.
– Ошибка? Мы же знаем, что этот мерзавец принуждает Агату Милн к постели.
– Что? – возмущенно переспросил Джек. – Это правда?
– Я не знаю, – ответил Нил, – мне сообщила об этом потрясенная госпожа де Брисар, а я забыл уточнить, откуда это известно ей. Кто мог ей рассказать, если Агату Милн заперли и не выпускают? Дирк обещал привести ее на встречу, и я собираюсь вначале расспросить ее саму.
– Я буду присутствовать, – решил Джек, – обязательно сообщи мне о времени встречи.
Он почувствовал себя ужасно. Он так и не помог Сюзанне связаться с Агатой, а теперь выясняются такие вещи! Если Великий Ворон мучил несчастную девушку, то он был полнейшим гадом, а Агату нужно было выручать. Сюзанна не стала бы врать.
Гийом скрестил руки на груди.
– Нил, я расспросил Курта, когда передавал Вилье Брукс разрешение от магистрата. Он сказал, что бойца по имени Дирк у них нет. Даже обычного Ворона с таким именем он не знает. И в нашем списке его тоже нет. Он неполный, но, похоже, твой «друг» тебе врет.
– Нет, просто бойцы знают его под другим именем. И он никогда мне не врал.
– Ты в этом уверен?
– Да.
– Тогда зачем скрывает свое имя? Нил, это подозрительно. Познакомь нас с Руди с этим твоим «другом», мы сами разберемся, не дурит ли он тебя. Может, это шпион Великого Ворона?
– Гийом, хватит, – коротко приказал Нил, – не лезь в это.
– А я согласен, – вмешался Руди, – покажи нам своего друга. Я тебя много лет знаю, но ни разу его почему-то не видел. Если он нормальный мужик, то мы просто поговорим, да и все. Меня ты ни от кого не скрывал, да и Гийома тоже.
Нил раздраженно вздохнул.
– Хорошо. Посмотрите, когда он приведет Агату. Но, предупреждаю, у Дирка трудный характер, а его шутки могут показаться странными. Возвращаясь к разговору о Великом Вороне: он, несомненно, злодей, хотя бы потому что проклинает и держит людей в рабстве. Он заколдовывает их, чтобы они не могли помочь нам. Значит, такое желание у них есть. Все жители города – его заложники, он шантажирует их проклятьем. Городу не нужен такой «добрый» хозяин. Город должен быть свободен.
 
Джек вздохнул. Он вспомнил, что они с Льюисом выяснили о чернокнижнике Штейне: этот человек жаждал власти над людьми настолько, что разрушил полгорода. Нынешний Великий Ворон умнее, но порядочнее ли? Проклинать людей – явно аморальный поступок. Их требуется освободить. Но… пока Джек не лезет на рожон, его не трогают. Они с Великим Вороном могли бы мирно сосуществовать, не мешая друг другу, но совесть Джека на это не соглашалась. 
Однако и биться с ним Джек не хотел: советы Нила вызывали у него все больший протест. Джек не умел и не хотел драться, он хотел подобрать другой ключ к решению проблемы и склонить Великого Ворона к переговорам. Проклятье, если бы он хоть что-то о нем узнал, то нашел бы подходящие условия для договора и выкупил людей! Но что помешает Великому Ворону проклясть новых рабов? Ничего. Нужно поставить его в какие-то жесткие рамки. Может, изобразить из себя сурового вояку, вроде Джозефа Победителя и потребовать всех отпустить и больше никого не проклинать? Теоретически он мог бы устроить спектакль: нанять актеров, которые разнесли бы по городу вести о его грозных победах над могущественными темными колдунами, чтобы запугать Великого Ворона и заключить выгодный договор о мире. Но для этого, опять же, требовалось узнать о противнике хоть что-то конкретное. Без этого авантюра обречена на провал.
Он постоянно ломал над этим голову и тяжело вздыхал. Однажды Льюис спросил его в чем дело, и Джек уныло признался:
– Не понимаю, как ты спокойно живешь в городе, где в любой миг можешь попасть в рабство.
– Рабство? О чем ты?
– О проклятии. Великий Ворон проклял кучу народу, и теперь они его рабы.
Льюис рассмеялся.
– Где ты услышал эту чушь?
– Так говорит Нил Янг.
– А, этот. Он – ограниченный болван, не слушай его, Джек. Откуда ты его знаешь?
– Я – торговец, мне довелось вести с ним дела, как с начальником стражи, – соврал Джек, – вообще-то, он весьма авторитетный человек. Его все знают, уважают и считают настоящим Рыцарем, который не пройдет мимо чужой беды.
Льюис презрительно фыркнул.
– Это не мешает ему нести чушь. Никакого рабства в городе нет. 
– Как это «нет»? – недоверчиво переспросил Джек. – А как же Вороны? Они ведь в рабстве у Великого Ворона.
Льюис закатил глаза. Затем задумался, прикусив нижнюю губу.
– Давай попробуем превратить это в упражнение по логике. Два человека озвучили противоположные мнения: что Вороны рабы и что нет. Тебе нужно узнать, кто из них прав, а кто ошибся. Что для этого нужно сделать?
– Собрать достоверную информацию? 
– Хорошо. Но давай вначале разберемся в терминах. Что такое рабство? 
– Лишение свободы. Превращение человека в чью-то собственность. 
– Рабство это плохо? 
– Конечно.
– Почему? – спросил Льюис.
В этот момент он как нельзя походил на преподавателя по философии. Джек задумался, формулируя ответ:
– Потому что люди не могут жить своими жизнями, вынуждены выполнять тяжелую и грязную работу для хозяина, их существование тоскливо и безрадостно. Я не хотел бы так жить, значит, не должен позволять отнимать свободу у других. 
– Отлично, – похвалил его Льюис и Джек довольно заулыбался, – как много ты видел Воронов, выполняющих тяжелую и грязную работу? 
Джек растерялся. 
– Ни одного. Но это ничего не значит, они могут делать ее в убежище. 
– Верно. А как тебе узнать это наверняка, а не строить предположения?
– Поговорить с Воронами! Спросить их, как они живут! 
– Именно. А потом как следует обдумать полученные результаты и прийти к собственному выводу. Всегда думай сам, Джек, а не полагайся на чьи-то авторитетные заявления. Эти авторитеты иногда несут такой бред, что за них становится стыдно.
Джек погрузился в размышления.