Булочка для Принца (СИ)
— В тебе все ужасно непосредственное. Настоящее… Наверное, как те самые ароматные булочки, которые ты выпекаешь. А ты… моя Булочка. Съем… Съем тебя… — начал целовать ее.
Пальцы скользнули на пуговицы рубашки и… неожиданно обнаружили там ее пальцы, которые уже резво бежали вниз.
— Можно я? Я так хочу тебя раздеть… — попросила Булочка. — Сама…
— Разумеется, — голос стал чужим. — Продолжай.
Как бы не опустошить яйца раньше срока. Такой соблазн…
Юля всего лишь скользила пальчиками по пуговкам рубашки, часто дыша, а я чуть не стонал вслух и трясся: да, да…
Продолжай! А потом тобой займусь я…
Она остановилась на трусах, и я решил немного придержать… окольцованного жеребца, чтобы не смущать свою невинную штучку. Которая уже тоже была почти без одежды.
— Снимай трусики, — скомандовал я. — Если готова, сделай это сама.
Конечно, она готова.
Весь воздух пах ее цветочным возбуждением, но я все-таки застыл, ожидая, чтобы ее пальчики скользнули под резинку трусиков.
Глава 24
Глава 24
Роберт Принц
Нетерпение рвалось из меня. Я с большим трудом сдерживался.
— Смелее, тебе понравится, — постарался, как можно мягче сказать я.
Хотя мужицкая натура, привыкшая брать и брать без всяких промедлений, едва не одерживала верх. Наверное, в этом все дело.
Я слишком привык, что мне любая даст.
ЛЮ-БА-Я.
Мне даже не приходилось париться об удовольствии своих партнерш с идеальными телами и вечно мокрыми щелками… Сунул, подвигался, она уже в процессе обкончалась от осознания того, кто ее имел. Все… Разрядка получена, шпарил по жизни дальше.
И это промедление, что происходило сейчас, было мне совершенно несвойственно. Тоже, своего рода, впервые.
Может быть, когда-то я и осторожничал, был другим, но это было так давно, что я… забыл. Забыл и открывал это свойство в себе заново.
Нет, не думаю, что я превращусь в трепетного чувака, но... Булочка, во мне что-то расплывалось, таяло, умилялось каждому ее жесту и взгляду. Мне хотелось нежить ее и тискать, выводить из себя, целовать и присваивать целиком.
Кажется, прошла целая вечность, прежде, чем Юля опустила вниз ресницы и медленно начала стягивать с себя трусики.
Нервничала.
Ткань закатилась уже на резинке, и Юля вздохнула.
— Черт, с меня даже трусы красиво слететь не в состоянии.
— Красота не в том, чтобы все прошло как в вылизанном рекламном ролике или смонтированном кино. Настоящая красота в моменте, — ответил я. — Не спеши, почувствуй.
Как же тяжело мне далось это “не спеши”.
Если бы член мог говорить, сейчас он бы орал на меня благим матом.
— Тебе нравится, как ты себя чувствуешь рядом со мной?
— Очень, — призналась Юля.
Я медленно избавился от своих трусов и сел рядом, начал медленно поглаживать член, наблюдая за ее реакцией. Разумеется, она начала смотреть на меня и задрожала.
— Не робей. Просто покажи мне, какие ужасно мокрые у тебя трусики. Убедись в этом сама и поймешь, что все не зря…
Она решилась.
Наконец-то…
Сняла трусики и… осторожно положила на прикроватную тумбу.
— Можешь сама все контролировать.
Я сел на кровать и потянул ее к себе, обнял.
— Ты большой, горячий… — осмелев, забралась ко мне на колени.
— Я просто киплю. Сейчас сорвет крышечку.
Ее губы ткнулись в мои, задержались. Медленно-медленно ее рот раскрылся и прижался к моему.
Мне кажется, я успею кончить десять раз, прежде, чем она решится на большее. Но вот ее язычок бойко юркнул в мой рот. Я радостно встретил его своим, начал шалить, и она в ответ — тоже, постанывала, задыхаясь.
— Роб… Роб… — попросила.
— Мммм?
— Я хочу, чтобы ты… Ты меня погладил. Потрогал. Там… Внизу.
— Хочешь этого?
Меня не нужно было просить дважды. Я начал водить пальцами по ее мягким половым губкам, она задрожала, постанывая.
— Тебе нравится, Булочка?
— Да… Да… Не останавливайся! — попросила она, и у меня перехватило дыхание.
Я начал глубоко целовать ее, медленно толкая язык внутрь жаркого ротика. Средним пальцем я дразнил ее маленький, отзывчивый клитор, заставляя ее извиваться и задыхаться.
Через мгновение мои пальцы заскользили по ее тугой, но жутко влажной дырочке.
— А ты?
Ее ладони как горячие лучики скользили хаотично по моим плечам, груди, прессу. Я мягко поменял нас местами. Она не сопротивлялась. Мы уже лежали, целуясь.
Булочка вдруг задержала дыхание, и… ее ладошка решительно коснулась моего члена.
— Оооо… — простонал я. — Смело. Очень смело… Ты же знаешь, что будет потом, да?
Ее пальцы начали двигаться по члену, потом коснулись колечка, провели по всей головке, снова коснулись колечка.
— Я боюсь этой штуковины.
— Просто не думай. Погрей в ладони, если кажется холодным… — предложил я, усилив движения пальцев.
Мой палец проскользнул в тугую дырочку, она начала пульсировать и стонать громче, второй палец вошел так же хорошо.
— Какая же ты скользкая… Ты хочешь. Тебе нужно больше…
— Да?
— Даже не сомневайся!
Именно в этот миг я почувствовал, что даже если она вдруг передумает, я уже не смогу остановиться…
— Да, пожалуйста, да… — раздвинула ножки пошире.
Дважды просить не стоило!
Член рвался в бой. Одно движение… Головка проскользнула между ее скользких, припухших половых губок.
— Оооох… — выгнулась подо мной. — Хорошо, о… Туго, ты здоровый, Роб… Роб… Но я хочу еще… — подтолкнула бедра выше.
Я начал толкаться глубже.
— Да, Булочка. Я собираюсь взять тебя…
Совершил резкий толчок.
Она вскрикнула, я погрузился глубже, уже не сдерживаясь.
— И сделать своей…
Булочка едва дышала, хапая воздух, будто не верила, что это произошло.
— Ух, как больно!
— Все-все, дыши…
— Все?
— Нет, глупышка. Сейчас будет продолжение. И я очень хочу, чтобы тебе понравилось…
Глава 25
Глава 25
Булочка
Роберт двинул бедрами назад, и я протяжно зашипела. Ох, как будто по ране. Напряженная головка крупного члена оказалась возле самого входа, и я будто дышать перестала. Потом новый толчок, головка проскользнула между половых губок.
— Подожди же! — взмолилась я.
Роберт с трудом оторвал взгляд от моего тела и посмотрел мне прямо в глаза.
— Извини, но нет.
— Нет? — переспросила я.
— Не выйдет продинамить меня сейчас, когда я в тебе. Наконец-то. Слишком долго ждал.
— Слишком долго? — переспросила я.
Всего…
Один месяц знакомы...
Наверное, для Принца это долго. Девушки готовы прыгнуть с ним в постель сразу же, на лету снимая трусики. И я тоже… совсем без трусиков и уже точно не девочка, так почему же решила притормозить? Испугалась, что ли? Возможно…
— Долго. Я хочу взять то, что должно было стать моим с первого же дня! — заявил Принц.
У меня слов не хватило, чтобы ему возразить.
Так горячо и уверенно он сказал, и внутри меня что-то отозвалось.
Мне было приятно, что он хотел меня… так.
— Ну, так что, Булочка, будешь искать причины для отказа или все-таки расслабишься и позволишь себе получить удовольствие?
— Второе, — произнесла не слишком уверенно.
В глазах Принца промелькнуло что-то, похожее на разочарование.
— Дело не в тебе, — поспешно заверила я .
— Начинается.
— Ты — очень… Очень… Красивый, брутальный, мужественный. Желанный. Я тебя хочу…
— Тоже очень?
— Да, — призналась.
— Тогда в чем же дело, болтушка? Я в постели трепаться не привык. Только если подстегнуть близость горячими словечками.
— Я боюсь, что ты разочаруешься. Я же совсем ничего такого… не умею.