Эксфэр (СИ)
— Ты выросла в детдоме?
— Жила там, пока не исполнилось тринадцать, а потом сбежала.
— В тринадцать? — удивился я. — Просто сбежала?
— Дети остаются детьми до тех пор, пока обстоятельства не заставят их повзрослеть, — негромко сказала Виктория. — Я жила в… не самом лучшем месте. Другие дети меня избегали, а воспитатели… У них были свои взгляды на воспитание.
— Тебя никто не удочерял?
— Слышала, что пытались один раз, когда меня только привезли, — ответила она. — Через два месяца вернули.
— Вернули? Разве так можно?
— Что тебя удивляет? Детей тысячами возвращают каждый год. Это в теории всё просто и легко, но на практике…
Я почувствовал жалость: ей столько всего пришлось пережить, пока я жил в полноценной семье. Виктория, похоже, поняла, о чём я думаю, и сказала:
— У меня всё было нормально.
— Это как посмотреть.
— В отличие от других детей, у меня был телепорт, Костя.
Я улыбнулся: она впервые назвала меня по имени.
— В детдоме видели твои телепортации?
— В следующий раз я только в четыре года переместилась, когда мальчики побить хотели.
— Мальчики?
— Ага, — усмехнулась Виктория. — Рассказали потом всё воспитательнице, а она их ремнём отделала. Я уже тогда поняла, что лучше всё скрывать, но пользоваться способностью начала часто.
— А куда ты сбежала?
— Три года металась… по разным местам, а потом вышла на человека из своей команды.
— Сколько у вас эксфэров?
— О других ничего рассказать не могу.
— Почему?
— До тех пор, пока не решим, что с тобой делать.
— Ты же меня к Валентине вообще без её разрешения привела.
— Если бы ей что-то не понравилось, она бы стёрла тебе память.
— Что? — удивился я. — Прямо в симуляции?
— Хочешь проверить?
— Не особо…
— Она, кстати, не в нашей команде, хоть и знает всех.
— Ладно, — вздохнул я и решил кое-что спросить, догадываясь, каким будет ответ: — А на что ты жила?
— Стащила деньги из банка, — без заминки ответила Виктория.
— В тринадцать лет.
— В тринадцать лет.
— Насыщенная у тебя жизнь.
— Какая есть.
— Молодые люди, — донёсся до нас голос Валентины. — Чайник стынет.
Поднявшись со своих мест, мы отправились на кухню.
Глава 22
Я ничего не ел с самого утра, поэтому аппетит разыгрался не на шутку: два жирных куска мясного пирога были съедены буквально за минуту. Я положил глаз на ещё один кусок, и это не ушло от внимания Валентины:
— Не стесняйся. Всё равно сама не съем.
— Спасибо, — поблагодарил я и спросил: — Как вы находите воспоминания?
— Ничего сложного, — ответила она. — Достаю воспоминания из глубин человеческого мозга. Представь, что смотрю в фотоальбом.
— А память как стираете?
Валентина улыбнулась и посмотрела на Викторию:
— Не успела познакомиться с братом, а уже как сорока всё растрещала.
— Это же не какая-то тайна.
— Не тайна, — произнесла Валентина и, взглянув на меня, сказала: — Человеческий мозг довольно охотно избавляется от любых воспоминаний. Мне стоит лишь выбрать эпизод и уничтожить его навсегда.
— «Навсегда»? — переспросил я. — Что останется вместо воспоминания?
— Ничего.
— Вы помогаете людям?
— Я говорю им то, что они хотят услышать, или же помогаю забыть то, что отравляет их жизнь. Иногда, конечно, приходят те, кто действительно желает разобраться в своём прошлом, в своих чувствах, мыслях, в проблемах, которые сложно понять, — такие клиенты находят здесь ответы, но они не частые гости.
— А зачем нужна вся эта… эзотерическая атрибутика?
— К шарлатанам меньше всего вопросов, дорогой, — улыбнулась Валентина. — Никому нет дела до старухи, решившей погадать тебе на картах.
— После такой демонстрации ни у кого-то не повернётся язык назвать вас шарлатанкой.
— Всё можно списать на гипноз, на внушение, в конце концов. Мне лишнее внимание ни к чему.
— В этом есть смысл, — улыбнулся я, допив остаток чая.
Валентина взглянула на молчаливую Викторию и, снова посмотрев на меня, сказала:
— Ты утомлён.
— Утомлён?
— Тяжеловато проживать одно и то же несколько раз.
— Вы об этом…
— Мой тебе совет, дорогой: если хочешь построить и сохранить нормальные отношения с близкими людьми, играй по правилам.
— О чём вы?
— Близкие люди имеют право видеть тебя таким, какой ты есть, — произнесла Валентина. — Отношения редко бывают идеальными: будут и ошибки, и ссоры, и тяжёлые разговоры. Возвратившись из симуляции в реальный мир, ты можешь упустить все эти аспекты.
До меня дошло, что она имела в виду.
— Если можно сделать лучше, я стараюсь сделать лучше. Это же не плохо.
— Конечно нет, — улыбнулась она. — Если тебе под силу сгладить ситуацию, делай всё, что в твоих силах, однако не забывай, что другие люди тоже нуждаются в разговоре, даже если ты всё выяснил.
— Я понимаю.
— Честно сказать, я удивлена, что ты не поддался искушениям, мой дорогой. — Валентина многозначительно взглянула на меня. — Твоя сила позволяет всякое проверять и… делать.
Я скромно улыбнулся, и Виктория вдруг заговорила, взглянув на часы:
— Нам пора ехать. Там Артём ждёт.
Провожая нас, Валентина напоследок обратилась ко мне:
— Можешь заходить в любое время.
— Если получится, — произнёс я.
Перед выходом из подъезда я привычно натянул кепку на пол-лица, опасаясь, что и здесь могут быть камеры из общей системы видеонаблюдения. Когда мы уселись в машину, Виктория произнесла:
— Кажется, ты ей понравился.
— Интересная женщина.
— Она работала психотерапевтом почти всю жизнь.
— Очередное совпадение, — задумчиво сказал я.
— Что?
— У нас в УСАД есть гипотеза, что дар… способность зависит от среды, в которой ты находишься.
— Это не гипотеза, это факт.
— Правда?
— Способность так и проявляется.
— А когда именно проявляется? Во время стресса?
— Необязательно, — ответила Виктория. — Просто должно быть эмоциональное подкрепление.
— Какое именно?
— Любое.
— Интересно… Слушай, а возраст имеет значение?
— Нет, это может произойти в любой миг. Валентина открыла свою способность только тогда, когда вышла на пенсию.
— Серьёзно? Это очень поздно.
— Обычно способности открываются в раннем или подростковом возрасте — по крайней мере, у большей части эксфэров, которых я знаю.
— А скольких ты знаешь?
— Человек тридцать.
— Сколько⁈ — изумился я. — Это в твоей команде столько?
— Нет… Так… Короче, хватит из меня выпытывать информацию. Как только поговорю с остальными, всё узнаешь.
— Как скажешь, — улыбнулся я. — Не будем торопиться.
— Расскажи лучше о папе с мамой.
Она завела машину, и мы тронулись в путь.
Мы с Викторией условились отправлять приглашение в игру по ночам, если будут важные новости, а затем попрощались. Ночная поездка в компьютерный клуб наверняка вызвала у Алексея какие-то подозрения, однако всё было в пределах города и выглядело банально — молодой парень просто решил поиграть со старым другом. Позвонившего же мне «Вову», который на самом деле оказался Артёмом, проверить они не смогут — ребята хорошо подготовились к встрече.
Я был доволен тем, как всё прошло. Правда, была одна проблема: о Виктории ничего нельзя было рассказать родителям, но я понимал, что всему своё время — как только всё устаканится, они обязательно познакомятся.
«Стоп, — подумалось мне. — А как им объяснить её исчезновение?»
— Костя, ты здесь? — раздался над ухом голос Максима.
— Да-да. Что случилось?
— В облаках витаешь, — улыбнулся он и тыкнул в монитор. — Нам письмо от Алексея пришло.
Я кликнул на входящее сообщение и спросил:
— Только для нас двоих?
— Вроде того, — ответил он. — Походу, я опять просто на месте посижу, пока ты в симуляции всё делать будешь.