Пленница Хозяина Жемчужных Холмов (СИ)

При воспоминании о гостях, вернее, одном из них, улыбка вернулась на лицо принцессы.
- Но, Аллора, скажи, ведь это получилось так романтично! Лорд Персифаль такой милый и обходительный, а ещё очень заботливый…
Но старая кормилица лишь покачала головой, произнеся:
- Скользкий и расчётливый, как шакал! – грубо ответила женщина, чем вызвала недовольство на лице юной воспитанницы. – Держись от мужчин подальше, Алессандра. А от таких – дальше вдвойне!
- И чем же он тебе так не угодил? – руки принцессы скрестились на груди в протестующем жесте. – По-моему он был очень вежлив и не заслужил такого предвзятого отношения…
- Поверь мне, милая, я прожила долгую жизнь, и видела всяких мужчин. Этот Персифаль не тот, кем хочет казаться. Слишком много пафоса и притворства. От настоящих мужчин пахнет смолой и железом, а не цветами и мылом. Он не станет тебе надёжной защитой и добрым мужем, и лучше ты поймёшь это раньше, чем станет слишком поздно.
От жёстких речей кормилицы Алессандре стало совсем тоскливо. Возможно, Аллора просто завидовала? Ведь её молодость осталась далеко позади, да и наверняка была не такой радостной и счастливой, какой хотелось бы любой молодой женщине. Её муж погиб почти сразу после свадьбы в очередной битве, коих было не сосчитать за всю историю Иратриона, но они успели зачать дитя. Но нервные нагрузки сделали своё дело, и у Аллоры родился мёртвый младенец. В то же время у одного из ближайших советников Верховного правителя при родах отошла в мир иной жена, и Аллору попросили быть кормилицей для новорожденной Деневры – матери Алессандры. Таким образом, женщина попала в услужение в замок, да так в нём и осталась в качестве няньки при юной воспитаннице, а после стала кормилицей и её дочери.
Конечно же, Алессандру она вскармливала не грудью. Но козье молоко пришлось малышке по вкусу, и она даже без матери росла крепкой и здоровой, не доставляя особых проблем своей кормилице. А, может потому и была столь беспечной, потому что не знала в жизни особых проблем, да и различные хвори часто обходили её стороной.
- Но мне всё равно придётся выбирать себе мужа на Празднестве Осени. – стараясь казаться равнодушной, заявила принцесса. – Так что совсем держаться от мужчин подальше не получится.
Аллора недовольно поджала губы, не зная, что на это можно возразить. Но позже всё же добавила.
- Да, в этом ты права. И всё же под венец Великих ты должна зайти невинным цветком, а не надорванным бутоном. Помни об этом, девочка.
И Алессандра вздохнула, не желая больше слушать нравоучений старой няни. Мысли её вновь понесли к лорду Персифалю, его небесно-голубым глазам и сильным рукам. И что бы там ни говорила Аллора, сейчас ей не хотелось даже слушать об этом. Только мечтать…
***
Алессандра ненавидела безделье, а потому мука долгосрочного пребывания в постели казалась ей бесконечной. В другое время она и слушать бы не стала целителя, приходившего каждый день, чтобы сменить повязку на её повреждённой ноге, предварительно обложив её мелкотолчёными травами с примесью мёда. Но сейчас она слишком боялась не попасть на Празднество Осени, а значит, не только пропустить сам праздник. Принцесса опасалась, что больше никогда не увидит его – белокурого лорда Персифаля, и её наивные детские мечты так и останутся только мечтами.
Конечно же, эйфория первой встречи немного улеглась, потускнела за эти несколько дней. Но она сменилась ожиданием новой, хотя Алессандра и не знала, что ей принесёт эта встреча. Принцессе просто невероятно хотелось вновь увидеть молодого лорда, и она пуще прежнего торопила наступление праздника и своё выздоровление.
Ещё, как назло, все эти дни было солнечно. Солнце будто дразнило девушку, играя по комнате солнечными зайчиками, и Алессандре нестерпимо хотелось выбраться на улицу, или, хотя бы на балкон. Но она мужественно боролась с собой, ожидая, когда лекарь даст добро на право полноценно ходить.
И вот - свершилось.
- Я думаю сегодня, Ваше Высочество, Вам уже можно будет опираться на больную ногу. – произнёс он, досконально осмотрев ещё раз конечность принцессы. - Отёк спал, а значит…
 
Алессандра, не дослушав, вскочила с постели, но пожилой лекарь тут же предупреждающе остановил её:
- Осторожно, Ваше Высочество! Возможность ходить не означает то, что теперь Вы можете бегать! Иначе все наши старания пройдут даром, и Вам вновь придётся вернуться в постель.
Девушка замерла, прислушавшись к словам лекаря. Излишняя порывистость была её врагом с детства, но слова мужчины охладили её пыл, и теперь она осторожно коснулась ногой пола, сделав первый шаг. Больно не было, скорее неприятно, но при ходьбе можно было приноровиться и не к такому. А вот что делать с танцами? С ожидающим её балом…
- Смогу ли я танцевать на балу? – напрямую спросила Алессандра у хмурившего брови целителя.
- Это крайне нежелательно. – заключил тот. – Иначе Вы рискуете покалечить свою лодыжку ещё больше и на всю жизнь остаться хромой.
Настроение девушки, и так заметно подпорченное случившейся травмой, стало мрачнее тучи. Неужели ей придётся весь праздник сидеть за накрытым столом и смотреть, как развлекаются другие? Должно же произойти хоть какое-то чудо?!
Но, стиснув зубы, Алессандра решила не киснуть, а приложить максимум усилий, чтобы полностью оправится за оставшиеся три дня.
Явившиеся по её зову служанки вновь помогли ей привести себя в порядок, после чего принцесса туго перетянула повреждённую ногу оставленными ей целителем бинтами, и впервые за эти дни вышла в коридоры замка, теперь уже действуя осторожно и очень осмотрительно.
Девушки-служанки щебетали вокруг неё, рассказывая последние новости. Оказывается, в их замок уже прибыло восемнадцать делегаций со всех краёв земли – это означало, что минимум восемнадцать претендентов будут сражаться за её сердце на этом Празднестве Осени! Возможно, прибудут ещё, потому что осталось три дня до заветной даты, и из самых далёких земель не все добрались до Иратриона за столь относительно небольшой срок.
Это было волнительно и прекрасно, а потому щёки Алессандры пылали пурпурным пламенем, хотя девушки уже перешли на обсуждение того, кто на чём прибыл и как выглядел, и делали свои ставки на то, кто будет главными противниками на предстоящем состязании.
- А лорд Персифаль? – робко поинтересовалась принцесса, но служанки, услышав это имя, дружно захихикали, заулыбались, переглядываясь, но объяснять не торопились.
- О, Ваше Высочество. – сказала бойкая Каталина, знавшая явно больше других. – Думаю, у лорда Персифаля вообще не может быть соперников!
И они рассмеялись, а я Алессандра не стала спрашивать, что это значит. Что-то неприятное царапнуло в груди, но она больше никому не позволит сегодня испортить ей настроение. А служанки… ну что с них взять, они просто бестолковые куры, веселящиеся сутра до вечера, явно не от большого ума. Пусть их смеются! А она будет веселиться на собственной свадьбе. С Персифалем…
Почему-то никого другого уже она рядом не представляла. Наверное, это и была любовь с первого взгляда? Неважно. Но Алессандра для себя уже, кажется, всё решила.
Глава 3
Прошло несколько дней, и настала последняя ночь перед торжественным событием. Укладываясь поудобнее в постель, Алессандра по привычке с далёкого детства, ждала, когда няня поправит ей одеяло и расскажет что-нибудь перед сном интересное и успокаивающее. Но сегодня Аллора была хмура и молчалива, что было совсем на неё непохоже, и принцесса решила выяснить, в чём тут дело.
- Что случилось, Аллора? Ты не заболела?
Но старая кормилица неспешно покачала головой.
- Нет. Но новости, что дошли до моих ушей, хуже болезни.
- И в чём они состоят? – теперь уже волнение коснулось и хорошенького лица принцессы.
- В том, что сегодня вечером в замок прибыл один из дэригонов – служителей драконов Жемчужных Холмов. Он намерен сражаться за твоё сердце на турнире, за своего хозяина. Правила это допускают…