Отдел примирившихся врагов (СИ)

— Да, примерно так я и размышлял, — подтвердил Оскар потеплевшим тоном. — Но затем он переключился на оборотней, и эта теория потеряла смысл. 
Рик совершенно не понимал, почему преступления какого-то отдельного вампира или оборотня должны были так сильно, по их мнению, повлиять на мировую обстановку и возобновить войну между целыми видами. Единственное, что приходило ему на ум, так это то, что в верхушке все переругались бы. Тыкали бы друг в друга, мол: «душегуб из вашего племени, а не нашего». Но слишком уж нелепой выглядела эта мысля, поэтому озвучивать он её не спешил. 
— А я думаю, что Воспитатель — просто мерзкий извращенец, что стремится получить какое-то больное удовольствие, вот и уродует тела, — голос Офиры звенел от ярости. — Как вспомню ребёнка из Пледокса, меня аж всю трясёт! Когда поймаем подонка, я его собственными руками придушу.
— Нет, он слишком педантичен, чтобы быть обыкновенным извращенцем, — с мягкой улыбкой оспорил её слова Аллен. — Он профессионально вырезает органы. Ни одного лишнего движения. И в артерию иглой попадает с первого раза, при необходимости. 
— Для него это как будто работа, — поддакнул Оскар, в задумчивости смотря перед собой в пустоту.
— Да, именно. Никаких признаков ярких эмоций, возбуждения. Убийство совершается не ради убийства, как бывает у серийников с патологиями психического развития. Тут совсем другой подход — практичный, холодный. 
— А записки — лёгкая забава от скуки, чтобы хоть как-то разбавить рутину. 
— Это что же за работа такая… — пробормотала Офира, поёжившись. 
— Такая работа у киллера, — ответил капитан, внезапно возникнув у них за спинами. Рик чуть не выругался от неожиданности. Нельзя же так подкрадываться к оборотням, рано или поздно это точно чем-то плохим для него закончится. — Киллеры убивают не по личным мотивам, а за денежное вознаграждение. 
— Но можно убить, выстрелив в голову или задушив, не знаю, — она обхватила смуглыми пальцами белую кружку, — зачем потом издеваться над телом жертвы?
— В этом-то и состоит главная загвоздка нашего дела, — ответил капитан и взглянул на наручные часы. После чего быстрым шагом обогнул столы, и уже в дверном проёме остановился, чтобы бросить через плечо строгим тоном выпускникам журфака: — Я не даю разрешение на разглашение этой информации. 
— Он — дьявол, — выдохнул Кинзи, расплываясь лужицей на стуле. Резко подпрыгнул и взмахнул руками. — Чёрт. Нет! Ну серьёзно!.. Он же это специально, да? Подразнил конфеткой, поводил ею у нас под носом и убрал обратно в карман! Чего улыбаешься?.. 
— Радостно мне оттого, что, наконец, и ты познал эту боль. Не всё коту масленица. А то привык всё нахрапам брать: врываться без приглашения и воровать информацию, как какой-нибудь папарацци. — Мина поймала на себе взгляд Рика, улыбнулась ему уголками губ и указала глазами на входную дверь. 
— На одних принципах журналистской этики далеко не уедешь. Ты тому наглядный пример, Минчик. 
— Наглядный пример собирается выйти в магазин. Тебе что-нибудь взять?
— Не-а. Тут хорошо кормят и поят. 
Выждав несколько минут, Рик последовал за ней. Как-то не сговариваясь, они решили делать вид, что до этого не встречались в баре. Разыграли перед остальными шоу, знакомясь друг с другом во второй раз, и на этом всё. Ему, откровенно говоря, было не до неё — Донна постаралась занять все его мысли. Да и сама Мина не проявляла инициативы. Вот так позвала на разговор — впервые. 
— Ну привет, красавица, — уперевшись рукой в стену, он навис над ней. 
— Привет-привет, — она шустро выскользнула, не дав себя подпереть второй рукой, присела на лавочку и призывно похлопала ладонью рядом с собой. — Падай. У меня есть к тебе пару вопросов. 
— По расследованию? Боюсь, я тебе в этом не помощник. Меня не посвящают в детали, а у самого кумекалка неважно работает. Особенно в последнее время.
— Так значит мне не показалось: у тебя и правда что-то случилось? 
— Извини, но я не хочу об этом говорить. 
— Хорошо, не вопрос, — отозвалась Мина с понимающей улыбкой, ухватилась за пару крайних пальцев на его руке и потянула на себя, вынуждая усесться рядом. — Видишь ли, мои вопросы не совсем работы касаются. Вернее, они не о расследовании. 
 
— Давай ближе к телу, — усмехнулся он. 
— Как много ты знаешь об Эрвине Гросе? 
— Да всё то же, что и остальные, — чуть растерялся Рик, элементарно не ожидая от неё расспросов о настолько неприметной личности. И ладно, если бы ещё капитаном интересовалась — он всё-таки главный в отделе. Грос-то на фига ей сдался? Старший детектив никак не может повлиять на разрешение освещать ту или иную собранную ими информацию. 
— Расскажи всё, что о нём знаешь. 
— Ну, ему вроде под сотню лет. Хотя выглядит моложе… Ведьмак. Физиологическая способность, со слов Вэл, заключается в том, что он может растягивать руки. Думаю, остальные конечности у него не менее гибкие.
— Прям все конечности? — уточнила она, быстро записывая в блокнот каждое слово. Поднял на него свои светло-серые глаза и, кажется, смутилась. — Да господи, боже мой! Опусти бровь, пошляк. Что за бес в тебя сегодня вселился? Ведёшь себя, как озабоченный подросток.
— Да, думаю — все — конечности, — произнёс он с особой интонацией, сделав акцент на нужном слове. И захохотал под её недовольным взглядом. — А вообще, я так-то ещё подросток. Мне в следующем месяце только тридцать девять стукнет. Мы с тобой почти что ровесники. Оба через годик станет совершеннолетними. 
— Твоя сестра вполне соответствует званию подростка. А вот ты обычно ведёшь себя старше своего возраста. 
— Приму за комплимент. 
— К слову о Вэл. Что происходит между ней и Гросом? 
— Логичнее было бы спросить, что приходит между ней и Марселем… Почему тебя так интересует старший детектив? Что, понравился? Запала на чёрноглазку? Ну да, тогда и твой особый интерес с его конечностям понять можно. 
— Ой, иди в задницу, с тобой сегодня невозможно общаться, — не выдержала Мина и вскочила с лавки. 
— Ну а что? Он временами хмурый, почти всегда загадочный и… что там ещё было?.. Ах да, полон нераскрытых тайн! — весело напутствовал Рик ей в спину, припомнив, как театрально она его отшила в баре. 
Не оборачиваясь, Мина на ходу показала ему средний палец и нырнула за дверь. 
— Забавная девчонка, — пробубнил он, ощущая, как улыбка постепенно сползает с его губ, а мысли снова возвращаются к другой роковой красавице. Пальцы зарылись в волосы над висками и больно потянули за корни, когда сжались в кулаки. — Какого хрена со мной происходит?..
  
10 глава: (вторая часть)
 
Удивительно, но прогноз Гроса оказался чрезвычайно точен — Марсель заявился на работу уже на следующий день. Сказать, что малая обрадовалась его возвращению — ничего не сказать: носилась вокруг него со счастливейшим выражением лица, чуть ли не попискивая от восторга. Будь она в обороте, то благодаря бешено вращающемуся хвосту летала бы у них под потолком. 
А засранец-то как разомлел? Глазки потеплели от умиления, уголки плотно сомкнутого рта слегка приподнялись, не в силах полностью утаить улыбки. Явно радовался не меньше, но старался это скрыть. 
Тяжело выдохнув, Рик помассировал висок. Надо их как-то безболезненно развести, пока связь не укрепилась. В её наличии он больше не сомневался. Но и Марселя не собирался винить. Не дурак, понимал, что тот выгораживал девчонок. Скорее всего, именно Донна всю кашу заварила: науськала Вэл, а уже сеструха вцепилась в него бульдожьей хваткой. 
Вот только как их развести? Это же два сгустка эмоцией, движимых лозунгом: «вижу цель – не вижу препятствий». При помощи каких слов до них достучаться, чтобы не получить обратный эффект?..
После ужина Грос вернулся с маленькой картонной коробкой, которая спокойно могла уместиться на двух ладонях. И судя по тому, какими словами костерил саларунских ведьм, обошлось ему содержимое в круглую сумму. И так уже хорошенько вложился, если верить слухам, из собственного кармана — Капитан посчитал, что эта ниточка с запахами бесполезна, и отказал в компенсации расходов. Оттого можно было с уверенностью утверждать, что старший детектив соответствовал своим подчинённым: такой же упёртый и своевольный.