Проклятие Усердия. Том 2 (СИ)
Это Виктор и попытался донести до толпы за своей спиной, сдав ещё метр-полтора свободного пространства.
— Всем неодарённым отступить! — Сияющий от напитывающей его маны обломок меча красноречиво дополнил его слова. — Рыцарей и магов сюда!..
Благо, просить дважды не пришлось, и немало повидавшие в своей жизни воины бросились назад. За спиной проклятого остались только арбалетчики, маг и один из десятников стражи, прихвативший с собой щит и решивший любой ценой защитить бойцов, способных принести хотя бы капельку пользы.
В конце концов, для мужчин, служащих роду Бельвиос, было крайне болезненно ощущать себя бесполезными.
Кивнув десятнику через плечо, Виктор вновь погрузился в безумную пляску хаотичной и жестокой битвы, где одна из сторон не ведала ни страха, ни боли. Нежить — худший враг людей, совладать с которым в полной мере могла лишь церковь. Даже Виктор, обладая наполовину «божественной» маной, не мог походя лишить живых мертвецов жизни. Расчленить так, чтобы они не регенерировали — мог, но не более.
Ему чертовски не доставало навыков и знаний, которым его только планировали обучить направленные из столицы наставники.
«Паладинов бы, да в этот коридор… Насколько проще всё было бы?»
Проклятый ещё не знал о том, что эта схватка — всего лишь начало, одна нить в целой паутине интриги, целью которой было уничтожение рода Бельвиос…
Глава 11
Крылья прогнулись под чередой мощных ударов, но не пропустили ни одного костяного клинка. Одна за другой твари бросались на удерживающего их «святого», не оставляя тому ни минуты на отдых, ни шанса на контратаку. Это поначалу он ещё как-то вырезал то одного мертвеца, то другого.
К нынешнему моменту эти его успехи подошли к концу.
Нежить, — или направляющий её марионеточник, — училась, быстро выработав некое подобие тактики, позволяющее толпе если не свести потери на нет, то минимизировать их. И это работало, ведь если на первых тридцати метрах лежали расчленённые и бессильно дрожащие неживые, то на последних двадцати — только отдельные конечности, не более. Твари прикрывали друг друга, жертвуя тем, что могли отрастить или что по минимуму снижало их боеспособность. А ведь здесь Виктор сражался не в одиночку, а с поддержкой: маг чётко выполнял свою работу, сдерживая нежить магическим огнём, в то время как арбалетчики приноровились сшибать самых резвых чудовищ, пытающихся карабкаться по стенам и потолку.
Чего, к слову, всего пять минут тому назад нежить делать не умела совершенно.
Враг развивался с каждой минутой, а гнилая мана выбывающих из строя «бойцов», как и отпадающих конечностей, почти полностью усваивалась толпой, направляющей излишки энергии на своё развитие. Гибкий и смертоносный хвост у ныне разваленного на части мертвеца был всего лишь началом подлинного ужаса, и сейчас на стремительно выдыхающихся защитников коридора пёрли самые разные твари. Одна тащила перед собой башенный костяной щит, усеянный острыми шипами и хищно клацающими челюстями, отнюдь не такими недвижимыми, какими они хотели казаться. Другая отрастила лишние руки, и теперь орудовала четырьмя серпами, изящно избегая возмездия «божественных» крыльев: в скорости этот жнец превосходил всех собратьев. Третье существо окончательно видоизменилось, и теперь плевалось костями из-за спин основной группы, редко, но метко пресекая попытки проклятого добиться хоть каких-то успехов.
А ведь ни силы, ни резервы, ни даже снаряды защитников бесконечными не были. У арбалетчиков осталось по десятку болтов на брата, молодой маг в восприятии казался тлеющей свечкой, а не факелом, как поначалу, а сам Виктор уже начал замечать за собой досадные ошибки. Слишком глубокий шаг тут, неверно выставленная нога там, лишний десяток сантиметров, отданный врагу — физически парень не устал, но вот морально длительная схватка на него серьёзно давила. Не было у проклятого той концентрации и стальной воли, какую обычно можно найти у настоящих воинов.
Ему просто некогда было достичь такого уровня, ибо тренировался парень меньше полутора лет в сумме, а испытания сыпались на него как из рога изобилия.
А до выходящей в центральные коридоры двустворчатой двери тем временем оставалось меньше десяти метров. Максимум пара минут — и живые мертвецы вырвутся туда, где сдержать их силами столь малой группы уже не выйдет. И тогда…
Эта перспектива Виктора по-настоящему пугала. Если не повезёт, то немёртвые наткнутся на слуг и персонал, переработав тех в себе подобных и кратно раздув имеющуюся уже проблему. При всём при этом маги рода, коих в поместье было почти четыре десятка, почему-то к лечебнице выдвигаться не торопились. Они объединялись в группы и отправлялись вовне поместья, как будто там, снаружи, творилось что-то стократ более опасное в перспективе.
Тоже нежить? В городе?
«Тогда да, приоритет стоит отдать именно Тарбиллиану. Тут-то даже в худшем случае обратят полтысячи живых, а в городе…»
В городе — полторы сотни тысяч. Даже если некромант паршивенький, во что проклятому не очень-то верилось, нежить будет подобна чуме только поначалу — выдохнется. Но если он действительно силён, то Тарбиллиан может превратиться в некрополь. Город мёртвых, население которого выдвинется куда угодно, дабы нести смерть и разрушения по приказу своего хозяина.
С этой стороны тоже выходило, что тёмная магия слишком опасна. Чрезвычайно опасна. Почти как ядерный заряд, но привязанный к одному конкретному человеку и используемый им же.
Но значило ли это, что методы церкви по борьбе с тьмой были оправданы?..
Лобовое столкновение с вырвавшимся вперёд немёртвым в этот раз окончилось для задумавшегося парня весьма плачевно: он хоть и лишил парочку тварей конечностей, но и сам приложился о стену всем телом и правым плечом в особенности. И для спасения пришлось отдать врагу последние метры, застыв чуть ли не напротив ведущей вовне лечебницы двери. Виктор мог поклясться, что шеей он ощущал не только дыхание стражников и мага, но и их страх. Впрочем, страх подконтрольный, ведь к их чести все эти люди до сих пор не дрогнули.
Вот только их храбрость лишь немного отодвинула наступление момента, когда Виктору стало категорически не хватать конечностей даже с учётом крыльев.
— Отступаем! Ты… Крис! Подготовь что-то, что затруднит им продвижение! Лёд, огонь — что угодно! — Виктор с удивлением для самого себя обнаружил, что имя молодого мага ему откуда-то известно, но вспоминать откуда именно было некогда.
Внимания Виктора потребовали гости поместья в лице орды неживых.
Воспользовавшись заминкой, вызванной столпотворением из отступающих за дверь людей, мертвецы попытались навалиться на проклятого, придерживаясь конкретной, понятной человеческому разуму тактике. Впереди шли самые крупные твари, обросшие костяной бронёй так, что крылья им практически не вредили. На стены и потолок напрыгнули начавшие заметно походить друг на друга хвостато-серпастые «убийцы», а позади них, покачиваясь на своих длинных и уязвимых ногах, готовился стрелять раскручивающий в своей утробе шипы «скворечник».
«Три секунды. Нужно выгадать ещё три секунды. Но лучше — больше» — подвёл краткий итог Виктор, невысоко подпрыгивая и пропуская под собой костяной хвост, на излёте срубленный одним из крыльев. Тут же вскинув обломок меча перед собой, проклятый довольно грубо перехватил нацеленный ему в шею серп, извернулся и отмахнул конечность мертвеца. И этот манёвр фактически спас ему жизнь: мимо пролетел шип, должный пронзить грудь вирфорта, к нынешнему моменту вынужденно припавшего к полу.
Вот только там, где не оказалось изначальной цели, сразу же нашлась новая. Один из арбалетчиков вскрикнул и кулем упал на живот, роняя своё оружие и пытаясь дотянуться руками до спины, из которой торчал солидных размеров шип. Его напарник развернулся было, чтобы помочь, но вовремя заметивший неладное десятник оттолкнул подчинённого себе за спину и вскинул щит.