Девять жизней (СИ)
— Столько не дадут и за половиной дворянок. Дон Фелис может взять больше, но предпочёл бесприданницу, — ответил Менго.
— Неплохо как приманка для тех, кто хотел бы вытянуть эту сумму, используя обвинение в колдовстве. Сколько поверенных ведут дела знатных сеньоров?
— Все идут к одному, сеньору Индиго.
— Отлично! Сеньор Индиго получит в обычном порядке завещание в пользу сеньориты Рамирес, с приложением документов из банка, обыкновенным в таких случаях объяснением о делах её покойного дяди и расчётом суммы наследства. Мой поверенный справится за пару часов. Затем сеньора Индиго навестит человек с фальшивым ордером инквизиции — ты его прямо сейчас и составишь. Потребует показать завещание и проболтается — обвинением в колдовстве можно вытянуть из девушки эти деньги или заставить её выйти замуж. В то же время дон Фелис де Гарсиа получит письмо от доброжелателя, что девица будет обвинена в колдовстве, с припиской — если он сомневается, пусть обратится к собственному же поверенному. У кабальеро будут благородные основания пойти даже на похищение сеньориты.
— Нужно сделать всё быстро, ваше сиятельство.
— Управимся за сегодняшний вечер.
Граф вызвал секретаря, рассказал ему об оставленном неким сеньором Ортисом состоянии, добавив:
— Документы оформлены очень плохо, но благодаря письмам моего корреспондента в колониях у меня нет сомнений в праве сеньориты Рамирес на это наследство. Я не хочу, чтобы моё участие в этом деле стало известно. Оформи всё заново, ты умеешь. И позови Тристана Кастильо.
Вошедший молодчик с разбойничьей рожей заставил Менго поёжиться и почти пожалеть, что он ввязался в опасное дело. Именно этому парню граф поручил напугать поверенного фальшивым ордером инквизиции. И, Менго подозревал, сеньор Кастильо — лично или с подручными, выполняет для его сиятельства поручения, о которых скромному писарю лучше не знать. Увидев испуг, дон Мигель снизошёл до пояснений:
— Этот сеньор мне давно служит. Я с ним щедр и крепко держу его на крючке. Не сорвётся. Теперь к делу. Если в итоге твоей интриги сеньорита выйдет замуж за достойного кабальеро, получишь тысячу золотом. Если она попадёт в беду… — голос вельможи стал ниже и тише: — Раздавлю. Мне что тебя прищёлкнуть, что насекомое.
***
Сделав, что требовалось, Менго поспешил в инквизицию. Дорогой он немного оправился от испуга и решил, что при удаче для всех будет лучше. Сеньорите лучше стать женой богатого кабальеро, а не офицера с неясным будущим и вечными переменами в беспокойной судьбе. Коменданту — жениться на богатой наследнице. А самому Менго лучше стать секретарём молодого графа Теворы, чем оставаться писарем инквизиции.
40. Итог интриг
Я очнулся там, где упал в темноту. Не знал, сколько прошло времени, отправился в город. Подошёл к зданию инквизиции. Там было много людей, приходили и уходили, все были встревожены, друг другу шептали: «Завтра третий допрос». Мне стало страшно, хоть я и помнил обещание палача. Подумал затем, а где же Инес? Её увезла отважная донья Элена, значит, нужно идти к дому капитана Энрикеса. Привратник вздохнул, увидев меня, и пропустил.
Моя дорогая хозяйка сидела в патио дома Энрикесов. Одета иначе, но всё равно скромно. На коленях держала она вышивание, а выплаканные сухие глаза, что бы они ни видели, смотрели в стену. Мне пришлось подойти к ней вплотную, потереться о её ноги, и только тогда я был замечен. Инес без улыбки посадила меня к себе на колени и заговорила:
— Негрито, что такое происходит на свете? Героя, спасшего город, арестовали и грозятся пытать. Наша Сегилья не может спасти своего защитника. Знатные сеньоры и простолюдины растеряны одинаково. Мне велено ждать, донья Элена сказала — приказ коменданта. Даже если бы я посмела ослушаться, я не знаю, что делать. Только молиться… но против людской подлости разве поможет молитва?
Я пытался мурчанием её успокоить, но самому было тревожно.
***
Недалеко от полуночи в дом капитана Энрикеса явился неожиданный гость. Дон Фернандо и донья Элена без промедления приняли дона Фелиса де Гарсиа, надеясь услышать от него новости о коменданте, однако они обманулись в своих ожиданиях. Кратко рассказав, что он отправил вызов капитану Альваресу, но не смог встретиться с противником и ответа на вызов пока не получил, дон Фелис бросил на стол письмо.
— Полюбуйтесь! Преследуют не только коменданта, но и сеньориту Рамирес! Не знаю, конечно, это связано или совпадение.
Супруги прочитали письмо доброжелателя, предостерегающего сеньора де Гарсиа от ухаживаний за колдуньей, переглянулись, а дон Фелис показал им ещё одну бумагу.
— Я зашёл и к поверенному. Сеньор Индиго напуган был до икоты, рассказал о появлении в своей приёмной форменного бандита, который предъявил документ инквизиции, затребовал полученное поверенным сегодня завещание покойного сеньора Ортиса в пользу племянницы, сеньориты Инес Рамирес. Прочитал, на радостях хлопнул законника по спине и рявкнул: «А что девчонка? Сжечь или смазлива, годится в хозяйки?», потом расхохотался и вышел. Мне пришлось прислать старику пару крепких слуг для охраны, только тогда он успокоился. Я попросил его написать сеньорите о завещании дяди и обещал передать ей это письмо.
Дон Фернандо озадаченно произнёс:
— Правда или интрига?
— А чёрт его… извините, донья Элена.
— Пустяки… Как-то всё сразу.
— Да, одно к одному… Прошу вас, скажите прямо — почему вы увезли из госпиталя сеньориту Рамирес? Не говорите, что ради лекарства.
— Приказ коменданта, — серьёзно ответил капитан. — Уже арестованный, он успел мне сказать: «Об Инес позаботьтесь».
— Вот как… Инес… — дон Фелис попытался ослабить душивший его воротник, и глухо продолжил: — Об этом мог догадаться и кто-то ещё.
— Конечно. Быть может, какая-то женщина вздумала избавиться от соперницы?
— Слишком сложно. Женщина ограничилась бы доносом.
— Не понимаю, зачем вас предупредили, если хотят всего лишь устранить сеньориту Рамирес. Наверное, подумали: когда коменданта отпустят, он обвинение снимет. А то и отыщет доносчика.
— А так? Они что, решили, что я способен похитить благородную девушку?
— Я слышал, вы хотели на ней жениться.
Дону Фелису пришлось сглотнуть — слишком живо ему представилось прекрасное лицо Инес рядом с собой на подушке. Он взял себя в руки и быстро ответил:
— Да, я хочу жениться на сеньорите Рамирес, но не таким диким способом!
Они помолчали.
— Так кто это? Женщина или мужчина? — протянул дон Фернандо. — И ещё эти деньги в приданое…
— Женщина бы придумала что-то похуже, чем похищение с целью законного брака. Извините опять, донья Элена.
Сеньора гневно сверкнула глазами, но решила не тратить время на споры и позволила дону Фелису продолжить.
— Я знаю в городе только одного человека, способного швыряться такими деньгами… Впрочем, не всё ли равно? Сеньорите, очевидно, угрожает опасность. Можно попробовать сделать вид, что она уехала из вашего дома.
— Сделать вид?
— Да, конечно. Её не просто нужно спасти, но и не задеть её доброе имя. На самом деле ей лучше остаться. Мы ничего ведь точно не знаем. Если сеньориту действительно преследует инквизиция, пусть идёт по ложному следу.
— Не нужно. В наш дом не посмеют войти даже с ордером инквизиции.
Дон Фелис не понял, нахмурился.
— Дон Фернандо?
— Моё полное имя… раза в два длиннее, чем ваше.
— Вот оно что… — гость догадался. — Значит, я могу не беспокоиться о сеньорите?
— Можете не беспокоиться.
— Когда освободят коменданта, нужно ему всё рассказывать?
Дон Фернандо покачал головой:
— Думаю, что не стоит…
Чуть помедлив, с ним согласился и дон Фелис:
— Вы правы, — хмуро протянул он. — Наш комендант и так-то непредсказуем, а уж если влюблён… Поговорю с матерью Анхеликой, нужно ли увезти сеньору Фелисию. Сеньорите передайте бумагу, то есть письмо от сеньора Индиго.