Сказка о Шуте и ведьме. Госпожа Янига (СИ)

ЧТО?! Да он с ума сошёл про Живой меч рассказывать?!
— Ты ври да не завирайся, шут! — нахмурился глава магистрата, но на всякий случай отступил подальше, а остальные советники и вовсе кинулись обратно к столу. — На улице сказки такие…
— Не хотите — не верьте, а мне врать ни к чему, — светло улыбнулся в ответ Джастер и тут же заканючил как ребёнок. — Пойдёмте уже, госпожа, а то вечер скоро, а мы не обедамши ещё… У меня пузо к хребту липнет…
— Идёмте. — Я решительно кивнула, и шагнула вперёд, намереваясь обойти недоверчивого и жадного старика. Не собираюсь я никому Живой меч показывать!
Обойдутся.
Пусть Вахала с ними разбирается.
— Постойте, госпожа, — глава совета выставил перед собой руку, останавливая меня. — Прошу вас решение наше выслушать!
Как будто я его и так не знаю…
— Выслушав уважаемую госпожу ведьму Янигу, совет постановил, — глава магистрата поднял морщинистую руку, подчёркивая торжественность момента и призывая писаря усерднее скрипеть пером. — Завтра поутру отправить на место, указанное госпожой Янигой, как обиталище разбойничье, отряд стражи для проверки всех обстоятельств дела. Ежели всё сказанное подтвердиться, то совет обязуется выплатить госпоже Яниге обещанную награду в шестьдесят «роз»!
— Шестьдесят три, — невозмутимо заметил Шут. — За голову атамана же десять «роз» обещано, а не семь.
Я только сложила руки на груди и вопросительно приподняла бровь.
— Шестьдесят три «розы», — недовольно проскрипел старик. — Именем короля быть посему.
— Госпожа, а может, Микая пустите, отряд проводить? А то заблудятся ещё или утопнут в болоте-то, по незнанию. — снова ввернул своё Джастер. — Да и спокойнее будет страже-то с ним.
Микая со стражей отпустить?
Это ещё зачем? Что он опять задумал?!
— Хорошо, — я кивнула, не давая главе совета и кузнецу возразить. — Микай проводит ваш отряд.
А то и впрямь опять до болота не доедут. Или заблудятся в лесу вместе с золотом. И ищи-свищи потом новых разбойничков…
— Госпожа, а почто их провожать-то? — Микай спросил, едва за нами закрылась дверь ратуши. — Тута все Гнилушку-то знают.
— И гать новую знают? — спокойно поинтересовался Джастер. — И на самом деле доедут до лагеря, а не проболтаются в лесу полдня, а потом вернутся и скажут, что мы наврали всё? А как мы уедем, так всё добро себе приберут, и награду ещё с герцога получат?
Хмурый кузнец почесал седой затылок пятернёй, и только крякнул в ответ.
— И впрямь, опять твоя правда выходит… Прежде тако и не подумал бы, а теперя… Эх, энто они могут…
— Вот и проследи, чтобы доехали и одежду разбойничью привезли совету показать. Только держись позади, чтоб за спиной никого не было.
Микай нахмурился и остановился.
— Чой-то совсем дурные у тя мысли. Чай они ж люди, а не изверги каки…
— Дело твоё, — хмыкнул в ответ Шут. — Я предупредил. Утопнешь в болоте с дыркой в башке, спасать тебя некому будет.
Хмурый кузнец ещё раз почесал затылок и в молчании мы дошли до фонтана, где изнывающий от жары Хорь караулил лошадей и наши вещи.
Не говоря ни слова, Джастер забрал у него поводья и кивком головы дал понять, что стражник свободен. Хорь с облегчением умылся в фонтане, подобрал копьё и направился к воротам, на ходу оглядываясь по сторонам и огрызаясь на вопросы горожан.
— Есть тут место поприличнее, чтобы нам несколько дней пожить?
Джастер придержал стремя Ласточки, пока я садилась в седло, и помог расправить юбку.
— Абы какой сарай госпожу не устроит, сам понимаешь.
Микай задумчиво почесал подбородок с пробивающейся чёрной щетиной.
— Мы-то с батюшкой, кады сюды приезжали на торг, у Домчика столовались, энто на подоле, двор постоялый. У него постель недорога, и стряпают вкусно. А тута, я слыхал, для торговцев заезжих, был побогаче двор, «Золото яблоко» кличут, кажись.
— Ну, веди в это «Золотое яблоко», посмотрим, что за оно. Дорогу-то знаешь, или пойти спросить?
Микай пожал плечами.
— Найду поди-што. Где-то оно тута недалече.
 
Глядя на оглядывающегося кузнеца, я вдруг подумала о том, что Джастер никогда ни у кого не спрашивал дорогу. Раньше я считала, что он просто много где бывал, и потому хорошо знает города и дороги, но сейчас поняла, что это часть его удивительного дара. Волшебная способность, которую он почему-то не стал прятать от меня, но не собирался показывать другим людям.
Даже Микаю.
Наверняка Джастер мог найти это самое «Яблоко» гораздо быстрее кузнеца. Но, кажется, он решил и в самом деле изображать обычного шута и менестреля, который развлекает могущественную ведьму песнями и сказками.
С площади мы уходили под настороженные взгляды и шепотки горожан.
Подойти и заговорить с госпожой ведьмой или её «слугами» никто не осмелился.
29. "Золотое яблоко"
Когда после блуждания по улицам и расспросов Микая мы добрались до этого самого «Яблока», солнце сильно скатилось за реку и небо начинало едва уловимо розоветь.
Большие и украшенные росписью ворота постоялого двора были закрыты. Микай, скрывая смущение, подошёл к ним и под одобрительный кивок Джастера громко постучал.
— Кто там? — откликнулись через некоторое время.
— Великая и могучая госпожа Янига прибыла в Шемрок и почтила это место своим присутствием! — громко и цветисто ответил Джастер.
В правой створке ворот приоткрылось окошечко, и в нём показалось любопытное лицо, гладкое, краснощёкое и круглое, как настоящее яблоко. Коричневые глаза-семечки живо и с интересом оглядывали нас, перебегая то на меня, то на Джастера, то на вороного.
— Отворяй давай, шо смотришь? — сказал Микай, грозно нахмурившись и наклонившись к окошку.
Коричневые глазки испуганно расширились, яблочное лицо исчезло, и окошко захлопнулось. Загремел засов, и створка с окошком стала открываться.
— Милости прошу, госпожа! Я — Сидро, хозяин.
Дальнейшие переговоры Шут взял на себя, испросив для госпожи лучшие комнаты и отдельно комнату для её ученика и него самого.
Микай негромко хмыкнул, скрывая удивление, но я приняла решение Джастера как должное, как бы горько от этого ни было. Госпожа Янига не может жить в одних комнатах с прислугой и даже с учеником. Хотя я не понимала, зачем Шут так настаивает на этом, но спорить даже не пыталась.
Джастер помог мне спешиться, а явившийся на зов Сидро слуга с поклонами повёл госпожу ведьму в её комнаты.
Внутри «Золотое яблоко» не отличалось роскошью, зато здесь было добротно и чисто: стены побелены, полы мыты, столы выскоблены. Наверняка и купальня есть, можно будет помыться.
Спрашивать я не стала, по опыту зная, что Джастер с его чистоплюйством о мытье позаботится в первую очередь.
Мои комнаты оказались небольшими и состояли из двух, разделённых синей занавесью: передней и спальни. В спальне была широкая кровать, у её изголовья небольшой столик, а в ногах — сундук. На столике стоял кувшин с водой и чаша для умывания. В передней был стол и несколько стульев. Окна комнат выходили на двор и ворота. В общем и целом, обстановка напомнила мне Кронтуш, только заметно скромнее. И жить в этих покоях я буду одна. А Джастер…
— Вот и мы, госпожа! — Дверь распахнулась, и показался Шут, несущий мой узел с тканями. За ним, зыркая по сторонам, шёл Микай, неся на себе остальные узлы.
— Эк тут скудно-то как, — Джастер огляделся и прошёл в спальню, укладывая узел на сундук. — А хозяин болтал, что это лучшие комнаты…
— Ничего, мы же здесь ненадолго.
— Угу, — Шут забрал у кузнеца остальные узлы и сложил возле сундука. — Микай, узнай, сходи, госпоже купальню приготовили или как. И про ужин не забудь. Пусть сюда подадут, мы все тут поедим.
Кузнец молча и неловко поклонился и вышел, закрыв за собой дверь.
Что бы он ни думал про наши отношения, но тоже понял, что Джастер хочет поговорить со мной наедине.