Сказка о Шуте и ведьме. Госпожа Янига (СИ)

Впрочем, у меня самой было что сказать.
— Джастер, ты сдурел всем про него рассказывать! — Я положила ладонь на рукоять Живого меча. — Тебе что, мало того, что она уже на меня охоту устроила?!
— Мало, — срезал он меня, утрамбовывая узел с тканями в сундук. — Триста «роз» — это ни о чём. Цена за тебя должна быть намного выше.
— Зачем?!
— Ну-у… — Джастер с усилием давил на крышку, пытаясь закрыть сундук. — С обычными головорезами я разберусь. Микай тоже не лыком шит, одного-двух завалит. Ты теперь тоже с ними справишься. Только Игвиля кормить не забывай. Его сила зависит от твоей.
Я вспомнила, что Шут даже спал в обнимку с Живым мечом, а я постоянно про него забываю и мне стало стыдно перед драксой.
Перед Игвилем.
— А он сильно вырастет?
Воин пожал плечами, и снова начал перекладывать вещи в сундуке.
— Вообще, они ездовыми были, человека могли возить. А он волшебный, его сила от силы хозяина во многом зависит. Ты свой дар раскрыла, и он с тобой сразу вон как подрос.
— И зачем ты хочешь всем про него рассказывать? — Я гладила рукоять Живого меча, чувствуя в ответ тёплую волну приязни Игвиля.
Выходит, Джастер свой дар скрывал и скрывает, если дракса рядом с ним маленьким был? Но ведь Игвиль видел его силу намного больше моей…
Ничего не понимаю.
— Во-первых, это тебе боевая слава и хорошее объяснение для людей. А во-вторых… О, отлично, закрылся! Во-вторых, приманка больно хороша. За такой добычей или она сама, или тот, кто ей помогает, пойдёт.
— Ты серьёзно?! Я не хочу быть таким «живцом»!
— Я бы пошёл, — ухмыльнулся Шут, подойдя к окну и игнорируя мой гнев. — И они тоже должны клюнуть. Волшебное оружие — это редкость намного дороже твоего зеркала.
Я обхватила себя руками, сдерживая нервную дрожь.
Не хочу. Вот совсем не хочу такого!
— Не волнуйся, она об этом так скоро не узнает, — улыбнулся Джастер, отвлекаясь от разглядывания видов. — Доносчиков сейчас у неё нет, а когда будут… Дней десять у нас в запасе есть.
— А потом?
— А потом посмотрим, Янига. Сидеть здесь и ждать мы точно не станем.
— Джастер… Двадцать тысяч… Это правда столько стоит?
Воин с усмешкой посмотрел на меня.
— Ты хочешь…
— Джастер!
— Это самая низкая цена заказа, Янига. Такие берут только недавно прошедшие Посвящение. Настоящие заказы начинаются от сорока тысяч золотых. С учётом волшебного оружия цена за твою голову станет намного выше. Так что, или твоя карга вытряхнет всю казну герцога, или… или он сам захочет поближе посмотреть, что ты за птица. В любом случае, они должны зашевелиться. Попробуем пока так.
— А если не получится?
— Тогда и будем думать дальше.
— Намного — это на сколько?
— Ну-у…
— Джастер…
— Думаю, семьдесят-восемьдесят вполне возможно запросить. Это чисто за твоё убийство.
— Ты не шутишь?
— Разве похоже?
— Нет, но ты говорил, что за оружие…
— Всё, что принадлежит жертве, становится добычей охотника. И я не думаю, что он согласится отдать ей Игвиля. Если она захочет получить меч, ей придётся искать других исполнителей. Или попытаться убить тебя самой.
— Это ужасный план. Он мне не нравится.
— У тебя есть лучше? Я готов выслушать, ведьма.
Лучше… Только убить Вахалу и жить спокойно. Ну, или самоубиться ей на радость.
— Ты бы мог убить её бесплатно…
Я проворчала больше из духа противоречия, но Шут неожиданно подошёл ко мне, и я подняла голову, чтобы взглянуть ему в глаза, не дожидаясь, когда он заставит меня это сделать.
— У каждого — свой враг, Янига. — Джастер смотрел серьёзно и без улыбки. — Если её убью я, это будет моя победа. А тебе нужна твоя. Понимаешь?
Я кивнула, опустив глаза и закусив губу.
Всё верно. Я бросила вызов, я и должна сражаться с Вахалой за свой надел. Иначе…
Иначе какая из меня ведьма-защитница?
— Почему ты хочешь, чтобы мы ужинали все вместе? — Я не смотрела на Шута.
— За ужином и поговорим, ведьма, — он прошёл к двери и открыл её. — А вот и Микай идёт. Твоя купальня готова.
После купания я переоделась в голубое платье, которое в Кронтуше прислал Саризула взамен испорченного. Моё чёрное Джастер снова отдал в стирку, а надеть красное, подаренное Вольтой, он мне не разрешил.
 
— Слишком простое для твоего статуса. Оставь для деревни какой. А пока надень голубое. Цвет, конечно, не твой, но лучше сейчас всё равно нет.
Хотя я не была с ним согласна: платье мне нравилось, но спорить не стала. Другого богатого и нарядного платья действительно не было.
Впрочем, даже в этом неподходящем цвете я произвела впечатление как на хозяина «Золотого яблока» с прислугой, так и на Микая, который и без того робел в моём присутствии, а при виде такого наряда знатной дамы даже смотреть на меня боялся.
Ужинали мы, вопреки обещанию Шута, молча. Я бы даже сказала: в тягостном молчании. Я ждала обещанного разговора, кузнец боялся глаза от тарелки поднять, и только Джастер ел беззаботно, уминая печеное и жареное за обе щёки и запивая пивом.
В конце концов, моё терпение закончилось.
— О чём ты хотел поговорить? — Я положила ложку и требовательно смотрела на Джастера.
Он спокойно допил пиво, поставил кружку и вытер губы.
— О завтрашнем дне, госпожа.
Микай вздрогнул и поднял голову. На его лице застыли напряжение и тревога.
— Ты хочешь, чтобы Микай остался?
— Нет, — Джастер покачал головой. — Пусть едет. А то потом ни сокровищ, ни разбойников не найдём.
— Экий недобрый ты, — буркнул кузнец. — Худо о людях думаешь.
— Лучше я худо них подумаю да остерегусь лишний раз, чем на хорошее понадеюсь, а они мне худо сделают, — обрезал Шут. — И тебе советую отныне в оба глядеть. Потому как дела у госпожи серьёзные и нешуточные.
— Энто ты про госпожу Вахалу? — нахмурился Микай. — Дык ты жеж…
— Ты не знаешь, кто ей ещё служит, и я не знаю, — Джастер улыбнулся одними губами. — Расскажи лучше, где граница надела была у госпожи Лиры?
— Аккурат по реке и была, поди, — развёл руками кузнец. — Мы на тот берег торговать не ездили, шоб, понимашь, сбору тама не платить лишку. Тута всё сбывали, а ужо торговы люди-то по воде да по дорогам везде ходили, сами торговали…
— По воде, значит… — Джастер достал из-за пазухи карту и развернул на столе. — Как река-то зовётся?
— Волокушка, — Микай привстал, разглядывая диковинку.
— Иди сюда, — поманил его Шут. — Гляди, эта?
— Откель жеж я ведаю… — растерянно зачесал в затылке кузнец, наклонившись над плечом Шута. — Знаки мудрёные…
— Простые, ничего мудрёного. Вот гляди: это Шемрок, а вот река. Вот видишь, ниже остров большой: один приток правее идёт, другой к горам ближе. По какой граница?
— Поди что энта… — Микай растерянно ткнул пальцем. — Остров, не знаю, чейный. Я жеж тама не был…
— Ладно, садись… — Джастер хмуро разглядывал карту. — Будем считать, что по ней… Ты завтра на болоте не задерживайся. Добро они и без нас потом вывезут, а ты проследи, чтобы разбойничье что привезли для подтверждения. Или сам захвати. Только к обеду обернись.
— Прослежу, — буркнул в ответ нахмурившийся кузнец, примостившись на стуле. — А почто спешка така?
— Что ты задумал? — не выдержала я. — Джастер? Что-то случилось?
Он качнул головой, но хмурый вид говорил о другом.
— Джастер…
— Хочу прогуляться по окрестностям пару дней. Может, подольше. Вот Микай вернётся, я и пойду, чтобы вас одну не оставлять.
— Зачем? — Я встревожено заглядывала ему в лицо. Одну не оставлять… «Защитит, когда я уйду…»
Нет уж! Не хочу я Микая в защитники! И оберег Шуту не замена!
— Джастер…
— Ничего страшного, госпожа. Так, погляжу, что вдоль реки делается, да вернусь.
Вдоль реки? Ничего страшного? Кого он собрался ловить? Демонов? Или очередных тварей из Бездны?
— Ты что-то почуял? Она опять кого-то выпустила?