Декамерон (СИ)

Джакомо делла Колонна улыбнулся и заметил, хмыкнув:
— Хоть поедим по-человечески.
Он встал из-за стола и отправился к амбалам, чтобы помочь в приготовлении пищи. Звать и Альдреда за компанию не стал. Видел: тот больше испортит, чем пользы принесёт. Уж лучше дать ему отдохнуть. Шатун поставил на стол бочонок с пивом. Отошёл на кухню и взял оттуда несколько огромных деревянных кружек.
Флэй скривил губы. Никогда и ни за что он бы не стал пить эту бурду. Сестра Кайя приучила его довольствоваться вином, которое разбавили водой. Но сейчас её здесь нет. А ему нужно брать силы из всех возможных источников. Его ждал долгий, трудный путь.
«Кашеобразная жижа из ячменя. Наверняка ещё и воняет, как портянки с грибковых ног. Ну, попробуем. Если всё не так плохо. Главное, не обожраться…»
Новичок фыркнул. Его иной раз веселила собственная ворчливость.
Как раз явился с водой и Нико. Налил в котелок. Поставил на огонь. Ушел ещё раз и вернулся с лоханью. Инквизиторы промывали овощи и мясо. Постепенно вовлекались в готовку. Между делом, как бы невзначай, принялись разговаривать.
Марго также не спешила участвовать в общем деле. Она была не из тех девушек, что зовутся хозяйственными. Её стихия — море, а не кухня. Спрос же сообразен. Она устроилась поближе к Альдреду, чуть прикорнула. И если слушала, то вполуха.
Первым, как ни странно, голос подал капитан Колонна:
— Скажи, Марио, ты был на службе, когда тут всё завертелось?
Он ловко орудовал ножом, нарезая зелень.
— Был на учениях в роще. После завтрака начались. Может, поэтому я и выжил.
Валентино задумчиво чистил корнеплоды.
Шатун срезал мясо с костей, изредка поглядывая на капитана и миротворца.
— Это ведь был мятеж, я правильно понимаю? Как он начался?
Витязь ответил не сразу. Стал меленько нарезать овощи, после чего буркнул:
— Одномоментно. И никто не скажет больше, чем я. Маги как с цепи сорвались. На одном из этажей Янтарной Башни произошёл взрыв. Осыпалась часть северной стороны. Альдред видел, как там изнутри, я думаю.
— Видел, куда уж, — отозвался Флэй.
— Тогда было как раз время завтрака. Сами знаете. Магов сгоняют группами. То есть, в столовой были не все. Как по щелчку пальцев, повсюду началась резня. Кураторы этого не ждали. Все полегли. Вернее, почти все…
— А ты уверен в том, что говоришь? — насупился новобранец. Его кураторская жилка закипела. — Ты был, что ли, в Янтарной Башне?
Марио хоть и перебили, но ему хватило самообладания перетерпеть. Он счистил морковь и картофель с разделочных досок и отправил по мискам.
— Тогда — нет, — отвечал Валентино.
Альдред попал в точку и хмыкнул. Но его интересовала именно судьба Петефи. Ему не хотелось, чтоб этот ублюдок ещё дышал.
— Мы долго не могли понять, что происходит. — Миротворец вздохнул и запрокинул голову вверх.
Кажется, ему было тяжело. Не то что говорить, а просто жить эту жизнь.
— Это должен был быть обычный день, понимаете? Все просто стояли. Смотрели. Студенты. Миротворцы. Канцеляры. Юстициары к тому времени уже в Город ушли. Персекуторы своими делами занимались.
— Что, ваши командиры просто поджали хвосты? — напрягся уже капитан Колонна.
— Да, поначалу. Могло статься так, что кто-то из магов переборщил с эфиром. Или алхимики чего напортачили. Мы только взрыв увидели. Крики. Думали, те, кто в Башне, со всем справятся сами.
— В алхимики дегенератов не берут. А эксперименты в Башне не проводят, — огрызался Гараволья, злобно намывая помидоры.
— Кто бы нам что рассказал… — пожимал плечами Валентино.
Со стороны Альдреду казалось, что бедного старика не расспрашивают сослуживцы, а клюют стервятники. Стало противно. И в то же время — обидно за Марио.
— Нас будто парализовало, — продолжал витязь. — И в то же время народ притягивало к Башне, будто нас… околдовали, не знаю. Потом начали выбегать инквизиторы, подрядчики. Мы не обратили на это особого внимания. Просто поняли, что внутрь не стоит соваться.
— Почему никто не останавливал пробегавших? — поражался Джакомо.
 
— Я не знаю. Лично мне кажется, это было бессмысленно, — замялся витязь.
Коллективное бессознательное, понимал Флэй. Индивидуальность в толпе затирается. И большинство действует, как один. Вероятно, маги с таким остервенением сражались по той же причине. Пламя восстания попросту подхватило их. Как-никак, в глубине души каждый из них мечтал вырваться из проклятого Круга.
— Сначала выбрались инквизиторы. Те, кто смог. Остальных по всем этажам преследовали маги. Они прошлись по Янтарной Башне, как саранча. Убивали всех, кого встречали на своём пути. Всех, кто не носит оранжевую хламиду…
— Так и есть, — подтвердил Альдред.
— Все изменилось, когда из Башни посыпались чародеи. Началась бойня.
Ни с того, ни с сего Марио отпрянул. Все разом бросили готовку. Альдред провожал Валентино взглядом. Витязь отошёл в дальний тёмный угол, прикрывая рот, выудил из сумки чистый белый кусок ткани. Прокашлялся. Надрывно. Закряхтел. Сплюнул мокроту прямо в угол. Вернулся.
Флэй нахмурился. Ему это не понравилось. Но смолчал. Старик ещё не все рассказал, что мог бы. Вот и нечего тревогу подымать.
Миротворец поспешил заверить.
— Хм, не обращайте внимания.
— Как ты можешь оставаться в строю, если болеешь? — не понимал Джакомо.
— Мне уже много лет, капитан Колонна. Любая непогода — и начинается хворь. Кашель с кровью. Понятия не имею, что это. Саднит в груди. Меня это убивает, но я не знаю, что. Мне говорили, но забываю диагноз. Это незаразно. Врачи сказали, какое-то новообразование в лёгких. Я потратил часть своей выручки на докторов и целителей. Но это… не операбельно. Да и заклинания просто отсрочили неизбежное.
— Рак, что ли? — осведомился алхимик.
— Да, кажется, так это называли врачи, — почёсывая голову, пробубнил Валентино.
— Без шансов, — покачал головой укротитель.
Тот осклабился.
— Уж я-то знаю. Не беда. Своё я отжил уже. Передам детям, что сколотил. Не беда.
Марио кивнул сам себе.
— Посиди лучше. Если болеешь, нечего и напрягаться лишний раз, — опасливо предлагал Джакомо.
— Не хочу вас смущать, — говорил витязь, опускаясь на скамейку поодаль. — Но как по мне, только служба в Инквизиции меня до сих пор держит в живых…
— Что было дальше? — раздражённо напоминал Флэй.
Ему было жаль старика. Но непонятная сила выталкивала его из казармы. Пятки жгло. Чем больше они говорили, тем скорее хотелось ему отправиться в путь. Подальше от всего, что стало его настоящим.
— Разгром, — заявил Валентино. — Чародеи перебили нас, как собак. Но далеко не это была их цель. Большинство сразу бросилось в Город. Бежать. И никто не мог их остановить. Выжившие после залпов миротворцы бросились наутёк. В том числе и я. Никто не знал, что делать. Мы затаились.
— Ты сказал, — начал Альдред, — чародеи в массе своей бросились наутёк. Но были и те, кто начал зачищать Круг. Я правильно понял?
— Да, всё верно. Это, знаете, своего рода был их костяк. Может быть, апельсины, которые и зачинили восстание. Они никого не щадили. Часть пошла по казармам, общежитиям. В институт. А другая — в Крепость персекуторов. Но мы засели к тому времени глубоко в роще. Искать нас не стали. Мы вышли, когда уже эфир утих.
Марио ощупал дряблый подбородок, призадумавшись.
— К полудню где-то магов не осталось. Они прорвали все барьеры. Против толпы блоки бессильны, ясное дело. Нас было сорок в отряде. Как выяснилось позже, мы были не единственными, кто выжил.
— А кто ещё? — осведомился уже Шатун.
«Удивительно, что этот безбожник вообще заговорил».
Капитан и бывший легионер отдали все ингредиенты Гараволье. Тот принялся за готовку. Они уселись на скамейки, ожидая ужина.
— Пара-тройка отрядов персекуторов. «Медуза» в полном составе. «Василиск» потрепало. От «Феникса» осталось человек десять-пятнадцать, может. Половина отряда «Цербер» вроде как. Самые боеспособные ребята. Как я понял, именно они уничтожили апельсинов, которые пришли в Крепость по их душу. Остальные мертвы, очевидно…