Избранное. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Ульд Ли Кон! — прозвенел голос судьи. — Счет сравнялся! Финальный круг решит исход ульдханг!
— Давай, босс! — прокричала Чонджул воодушевленно.
— Кхе, хватит меня трясти… — прохрипела сдавливаемая аракийкой Сати.
— Знаешь, облачница, кажется я начинаю тебя немного понимать… — выдала Даррака.
— Ты о чем?
— Об Ублюдке Ли! Он хоть мелкий, тщедушный и мерзкий… по крайней мере раньше был точно, рокх. Но в целом есть в нем нечто эдакое… Духовный стержень, наверное…
— Эй, ты уже забыла про обещание?
— Спокуха, сестрица! Я к тому, что из него вышел неплохой вожак отряда, за которым не стыдно идти. Только не вздумай продуть! — добавила она, прокричав в сторону ринга.
— Состязающиеся, готовы? Тогда… — начал было судья.
Внезапный громкий клекот со стороны пещер заставил присутствующих замереть и обернуться.
  
Глава 16
 
[Ли Кон]
Завершить ульдханг нам не дали. Раздался противный клич, и из одного из темных зевов показалось бледное тело крупной многоножки. Тварь шустро перебирала многосуставчатыми лапами, покрытыми прочным хитином. За первой последовала вторая, третья. Целый сонм многоножек выползал наружу из разных проходов. Гады неслись прямо в сторону зрителей, спускаясь с возвышенности. Только я хотел поругать беззащитных аракийцев, как толпа принялась спешно вооружаться. Боевые молоты, топоры, затупленные металлические дрыны и вполне себе привычные сабли, разве что размерами немного больше стандартных. И где только прятать умудрялись? У горцев ведь контракты с духами не распространены. Даже дети и женщины носили как минимум по кинжалу, который вне аракских гор можно было окрестить и коротким мечом.
Практики и неодаренные мужчины выступили вперед, не дав многоножкам напасть на слабых. Сати с Дарракой встали в первых рядах. Мы с Урнесом подоспели чуть позже.
Многоножки выбегали из горных нор и с отчаянной обреченностью кидались на сборище людей. Такое ощущение, что нечто ужасное гнало их прочь из насиженных гнезд. Судя по реакции окружающих, подобное нашествие было нерядовой ситуацией в местных краях.
Ножки шкрябали о скалы и гравий, жвала хищно щелкали, хитиновые панцири в неровном свете уходящего Гатхи сверкали кровавыми оттенками. Кочеранг порхал как бабочка и ранил как злобный громадный шершень. Огненные разрывы сверкали то тут, то там. Свист рассекающего воздух парового молота Дарраки и грохот ударов эхом отражался от горных склонов.
Практики встали на пути движения монстров, однако порой в некоторых местах взбесившиеся многоножки прорывали строй. В недрах гор их пряталось какое-то невообразимое количество. Походило, будто из муравейника выползли наружу все обитатели. Я хотел было выступить вперед наравне с остальными, но, когда одному аракийцу с фланга монстр откусил руку, понял, что мне лучше поработать с дальней дистанции. Я быстро забрался на высокий валун и принялся метать кочеранг туда, где многоножки прорывались через оборону. Шаговый Разрез собирал кровавую жатву, разрубая тварей на части. Обычные многоножки, из жвал которых вырывались язычки черного пламени, падали после одного удара. Монстры с серой шкурой также почти сразу помирали. Вот несколько багровых многоножек заставили нас попотеть.
Я прекрасно помнил о том, что для Пилюли Горной Росы нам нужны жвала многоножки не ниже алой ступени. Хоть мне было жаль защитников-аракийцев, но я надеялся, что противник требуемого ранга найдется, и мы добудем недостающий ингредиент. Поток все не прекращался, однако многоножки алого уровня появляться не спешили. Некоторые монстры выбегали из верхних каверн, падали с высоты, катились по склону или расшибались.
Несколько сервов попытались убежать по дорожке к поселению, но их перехватили и растерзали. Остальные сервы предпочли более благоразумный вариант: они скучковались за спинами практиков. Наиболее умелые бойцы вроде того же Урнеса с Дархогом сражались наравне с пламетворцами. Увидев боевой молот отца Дарраки, мне стало понятно, с кого она брала пример. Практики встали клином, во главе которого находилась Даррака с Сати под боком, рядом оборонялись другие практики. Им удавалось отбивать нападки монстров любого уровня. Я же больше отвлекался на фланги, где находились не столь умелые бойцы. Ни одного Адепта в деревне не проживало, и наш отряд, по сути, представлял собой сильнейших пламетворцев в округе.
 
Наконец напор монстров стих. Из пещеры показался тот самый кошмар, что гнал зверье наружу. Огромная многоножка с желтоватым хитином и размерами с двухэтажный дом. Она тащила в своих гигантских жвалах другую многоножку багровой касты, и при этом не испытывала серьезных трудностей. По всей видимости, монстр любил полакомиться своими сородичами, отчего те не были в большом восторге. Решили, что лучше убраться наружу и атаковать людей в самоубийственном порыве, нежели ждать, пока тебя сожрут.
— Демон! — раздался визгливый вскрик.
— Держим строй! — рявкнул Даргох угрюмо.
— Кажется, пришло время Сумасшедшего Кочегара Ли! — усмехнулся я хищно.
Бхоль бросила взгляд в мою сторону:
— Господин Кон!
— Чего?
— Не делайте глупостей!
— Если затея удается, то она автоматически перестает быть глупостью, — произнес я философски. — Если нет — мне будет уже все равно… Подпустите ее ближе! Зайдите за камень!
Аракийцы на удивление послушались моим командам. Клин сместился назад, за валун, разделившись на две части. Сервам-зрителям пришлось еще отойти назад, заняв место на ринге. Дальше отступать уже было некуда.
Увидев такую гору вкусного свежего мяса в лице людей, желтая многоножка бросилась в нашу сторону, выплюнув сжимаемого в жвалах сородича. Длинное сегменчатое тело монстра неплохо изгибалось. Я вспомнил сражение с одержимым Серым Лисом: он также был довольно гибким. Наиболее опасная часть монстра — это жвала. Поэтому я решил прыгнуть многоножке на загривок, условно говоря. Так изогнуть свою голову у нее точно не выйдет.
Подождав, пока демон подберется к толпе, я взял небольшой разбег, наклонил корпус, оттолкнулся и выпустил огненный хлопок. Ноги дополнительно подкинуло в воздух, создавая существенную нагрузку. Хлопок трансформировался в пламенную реактивную струю, помогающую мне пролететь чуть выше и чуть дальше. Я перемахнул через голову твари и чуть не промазал из-за верткости монстра. Кочеранг воткнулся глубоко в хитин, клешней я зацепился за край панциря одного из сегментов. Многоножка резко дернулась, и я свалился на землю между рядами шипастых конечностей.
К счастью, мне удалось сохранить равновесие. Задерживаться было смерти подобно, поэтому я побежал в сторону хвоста, пропуская длинное село над собой, а пары лап по бокам от себя. При этом выставил вверх кочеранг, напитанный багровым огнем. Лезвие вспарывало брюхо многоножки. Она бросалась из стороны в сторону, пытаясь растоптать меня ногами или извернуться и укусить жвалами, однако я быстро менял направление бега, оставаясь под туловищем зверя. Вот только появившийся желтый Барьер стал серьезной преградой на пути кочеранга. Пришлось сменить тактику и наносить одиночные удары Разрезом — только тогда защита монстра пасовала.
Шипы на лапах врезались в мою плоть, пробивая собственный покров. Желтый огонь твари больно жег плечи и бока. Боль ядом врывалась в сознание, отравляя и притупляя. Непросто оказалось бороться против монстра, который сильнее тебя на две ступени и крупнее в несколько десятков раз. Я оступился. Жвала щелкнули в опасной близости, грозя откусить мне вторую руку. Многоножка свернулась в кольцо в попытке достать до наглого кочегара. Использовав огненный Шаг, я в последний момент сумел увернуться. Но и демон на месте не стоял. Мелькали ряды ног, жвала щелкали все ближе и ближе.
К счастью, союзники не сидели без дела. Реактивный удар молота пришелся по одному из сегментов и чуть не разнес его в труху. Ивовый клинок отсекал одну конечность за другой. Остальные аракийцы-практики также принялись загонять врага, атакуя с разных сторон. Некоторых из них многоножка накалывала на свои иглы, поскольку желтое пламя на кончиках шипов пробивало даже толстую броню. Тем более на ульдханг мало кто взял с собой тяжелые доспехи или щиты. Если с рядовыми многоножками местные знали, как бороться, то против демона им не хватало умения и вооруженности.