Избранное. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Незачем было их в город пускать! — донеслось от жителей.
— Обыщите их вещи! — скомандовал стражник.
— Эй, вы… не охренели тут часом! Рокх! — донеслась от Дарраки вялая ругань. Девушка явно еще не отошла от перехода.
У меня при себе ничего не было. Кабинки с вещами моих спутниц также осмотрели.
— Нашла! — раздался вдруг окрик из-за перегородки со стороны площадки Бхоль.
Служанка вместе с представительницей одного из кузнечных Домов вынесли из кабинки сверкающее на солнце золотое ожерелье, инкрустированное драгоценными камнями. Суть показала, что это действительно искомый предмет. Я нахмурился и оглядел собравшуюся толпу. Ситуация складывалась крайне скверно. Мои напарницы находились в очень уязвленном положении, а я только отошел после перехода. Время для того, чтобы подкинуть компромат, было выбрано идеально. В одиночку я точно не смогу справиться с охраной и уйти из города. Да и в любом случае оставить спутниц я не мог. Под подозрение попала одна из служанок — та самая, что нервничала. Она имела возможность подбросить к вещам Бхоль все, что угодно.
— Что за ересь вы несете?! — вспылил я. — Сати — ярая последовательница Ордена Семи Облаков! Она не посмеет взять чужое!
— Ярая последовательница?! — выплюнул Чжун. — Да вы только посмотрите на ее прозвище! Падшая Облачница могла пойти на любое преступление!
Народ начал роптать, и я понял, что нам не избежать какой-либо формы суда и наказания. Насколько я понял, здесь всем заправлял совет Домов. Следовало что-то придумывать, и быстро. Вдруг в голове возникла одна догадка. И связана она была с тем, что моя метка слегка побаливала недавно. Обычно это означало, что Орок или его приспешники смотрят в мою сторону.
Я не был уверен в том, является ли кто-то из двоих: Чжуна и служанки, слугой Орока. Но свое положение уже вряд ли получится сильно ухудшить, поэтому решил рискнуть.
Я обратился к Злодни и с помощью духа извлек небольшую емкость с Жгучей кислотой — той самой, что нам дала в дорогу дочь Цзянь. Препарат и на людей действовал не самым лучшим образом, так что меня за такие фокусы по головке не погладят. Откупорив пробку, я резво подобрался к Чжуну и плеснул ему на руки — только эта часть тела помимо лица не была скрыта теплыми одеждами.
Чжун дико заорал, а его руки вспыхнули как спички. Чернильный огонь принялся пожирать тело со страшной скоростью. Тип оказался всего лишь рядовым служителем, и не мог всерьез противостоять Жгучей кислоте.
— С-спасите! — прокричал он в ужасе.
Однако толпа отшатнулась, не став помогать культисту. Наоборот: один из стражников сбил его с ног. Я подошел к страдающему жителю, чьи руки практически полностью поглотил собственный чернильный огонь, и придавил его ногой. После чего распахнул свое кимоно, оголив грудь и явив миру метку в виде черной длани:
— Слуги Орока не первый раз доставляют проблемы. Надеюсь, больше к нам вопросов нет?
— Приспешникам Орока смерть! — прокричал кто-то.
— Допрашивать его никто не желает? — уточнил я.
— От слуги Орока пытками сложно чего-то добиться, — заметил один из стражников.
— Передай своему покровителю, что с Сумашедшим Кочегаром Ли шутки плохи… — обратился я к клеветнику.
С этими словами я плеснул Чжуну на лицо небольшую порцию Жгучей кислоты, и культист воспылал чернильным огнем.
Слуга Орока успешно догорел. Стражники забрали Ожерелье Справного Здоровья. Дом, откуда выходил Чжун, теперь был под подозрением. Жаль, что знающих об облаве культистов не выявить с помощью Жгучей воды. Но Совет домов обязательно проведет расследование. Служанка, подбросившая ценность, сама все растрезвонила, когда поняла, что дела плохи. Судя по всему, к Ороку она отношения не имела. Просто возжелала подзаработать, когда поступило щедрое предложение проучить немного мерзопакостного Ублюдка Ли.
Я оставил разбираться с остальным стражников и представителей разных домов, а сам направился обратно в гостиницу вместе с дамами. Даррака уже даже могла немного передвигать ногами, Сати пребывала без сознания. Много новых слов услышал я в исполнении аракийки, поносившей Орока и его приспешников.
 
Если посмотреть с другой стороны, то метка, можно сказать, предупредила меня о внимании темного божества. Вряд ли это было сделано специально. Не факт, что повторится в будущем, так что от метки следует избавляться в любом случае. Доспехи Сати вернулись отремонтированные, над Клешней же работать придется долго.
К следующему утру Сати и Даррака полностью пришли в себя. Девушки активно осваивались с новым огнем, отрабатывая известные им приемы. Да и я не отставал. Шаговый Разрез, обычный духовный Разрез, огненный Шаг, кипящая Кровь, Барьерная и Греющая ауры и прочие техники. Каждое умение следовало оттачивать заново, поскольку огонь имел чуть отличающиеся характеристики: больший жар и скорость распространения.
Помимо прочего и к обновленному телу приходилось привыкать. Восстанавливать координацию, навыки фехтования и многое другое. Впрочем, мы быстро возвращали утраченную форму. Радость от успешного перехода не смог затмить инцидент с прислужником Орока.
Даррака заявила, что нам надо отметить данное знаменательное событие. Однако я настоял на том, что сначала нам необходимо разобраться с прочими делами. К слову, синеватые татуировки на теле Чонджул значительно поблекли, а во многих местах и полностью выгорели. Аракийка напомнила, что согласно традициям после перехода на новую ступень она обязана посетить родное поселение, где ей обновят татуировки. Но Даррака была в родной деревне недавно, так что решила отложить визит, пока мы не устраним угрозу в виде Ордена Заката.
После обеда мы направились к верхнему хребту Кузни, воспользовавшись пропуском. Дом Хандзен выделил нам проводника, который по пути поведал о разных достопримечательностях. Вторым хребтом Кузни считались изрезанные пещерами горы, в которых работали рабочие из Арак-Сун, а также местные. Здесь находилось множество грязных производств, которые занимались обработкой добытой руды. В шахтах трудилось немало народу.
В основном копались в пещерах, прорытых многоножками. Благодаря им можно легко наткнуться на обнаженную жилу ценного металла или минерала. Правда, существовала вероятность обвала источенной многоножками горы, так что действовать приходилось осторожно. Существовал даже специальный цикл: сначала в гору запускали детенышей многоножек, а через определенное количество лет от них избавлялись и принимались за добычу полезных ископаемых.
Между Арак-Сун, шахтерским хребтом и Небесной кузней работал настоящий канатный трамвайчик, который перевозил как пассажиров, так некоторую руду и другие грузы. Работал на паровой тяге, разумеется. Было несколько необычно повстречать осколок цивилизации в данном захолустном местечке. С высоты можно было полюбоваться на Арак-Сун и промышленный район: дымящие и парящие трубы виднелись повсюду.
Спустя часа два мы прибыли в Небесную кузню, которая и впрямь располагалась над облаками: на вершине одного из самых высоких пиков в округе. Верхушка горы напоминала слегка кратер давно потухшего вулкана. В центре располагался большой валун с красивыми оранжевыми прожилками, от которого исходило легкое свечение. Как пояснил сопровождающий, это было не свечение, а язычки духовного пламени белого цвета. Кратер был не слишком большим в поперечнике. Центр занимал валун, в который, конечно же, был заточен полезный демон, а по разные стороны от него находилось двенадцать крупных мастерских с поместьями и разными постройками.
На верхней площадке фуникулера нас встретила целая делегация, напоминающая армию. Практики из Дома Хандзена, а также представители других местных кланов. Пятеро Адептов, около десятка Бойцов и других пламетворцев по мелочи. Как оказалось, мое появление в Небесной кузне вызвало переполох. Личностью я был известной. До Кузни трех хребтов докатились противоречивые слухи о моем участии в освобождении различных демонов, о чем говорили и мои прозвища Наездник демонической виверны и Лисолов. Местные знали о том, что я с ними сражался, однако тенденция им не слишком нравилась. За мной тянулся шлейф неприятностей, и Дома не желали повторения катастрофы в их любимой вотчине.