Синдикаты на краю империи (СИ)
Рыночная площадь — это вам не первая линия, но есть один нюанс. Район считается одним из лучших в Фазисе, а неподалёку ещё расположились корпуса Южного Торгового Университета. Прожив несколько месяцев во владениях Эфы, я узнал, что ЮТУ очень популярен среди иностранцев. Сюда приезжают учиться из Африки, Азии, с Дальнего Востока. Африканцы норовят влезть в универ любой ценой — на обучение одного клоуна скидываются племенами. Как только гость с чёрного континента получает визу и обзаводится приличными шмотками, тут же идёт к набережной, чтобы подыскать себе любвеобильную даму бальзаковского возраста. Что касается азиатов, то у них всё в порядке с деньгами, но вот для налаживания экономических связей ЮТУ — идеальное место. Здесь учатся и купеческие сынки, которым предстоит развивать отцовский бизнес, и представители клановых компаний, находящиеся в услужении у богатых Родов… И нувориши из Халифата, подминающие под себя одарённых, если те обеднели и готовы продавать свой меч за звонкую монету.
В общем, найти возле Гранд Базара приличную квартиру не в сезон — задача трудная, хотя и выполнимая. Ещё сложнее отыскать адекватного хозяина. В Фазисе сдачей в аренду и сопутствующими переговорами чаще заведуют женщины. Мужики заняты более важными делами — обсуждением новостей на «биржах», посиделками в кофейнях и дрифтом на горных серпантинах. Миранда оказалась приятной старушкой — начитанной, образованной и хорошо говорящей по-русски. Квартира затаилась в тихом дворике, в одной из старых панельных пятиэтажек. Да-да, тот самый дом, жильцы которого регулярно что-то пристраивают к своим владениям. Я их называю домами-конструкторами. Из-за надстроенных террас даже дверь подъезда не всегда удаётся разглядеть — она скрывается в прямоугольном сумрачном тоннеле.
Поднявшись на второй этаж, я нажал кнопку электрического звонка.
— А у меня открыто, — дверь распахнула улыбчивая женщина с седыми волосами. — Проходите, молодой человек.
Квартира была прикольная. Из обшарпанного и тёмного подъезда внутрь вела металлическая дверь, за которой обнаружилась… лестница вниз. Крутая и узкая, с металлическими перилами. Хозяйка провела меня в светлую комнату-студию, где кухня была совмещена с гостиной. Одна стена была целиком прозрачной, с окнами в пол. Дверь в санузел, плюс дополнительная спальня.
Хозяйка щебетала без устали:
— Я сдаю с посудой, но постельное ваше. Кастрюли, сковородки — всё есть. У нас тут центральное газоснабжение, молодой человек. А вы одни или с родителями?
Блин, забыл, что выгляжу на пятнадцать.
А ещё отвык от вежливого обращения на «вы».
— Меня знакомая попросила найти квартиру, — честно признался я. — Она сейчас в Хуабу снимает. Вместе с отцом.
Целая секция скользнула в сторону на направляющих, и я вышел на террасу. Здоровенная терраса, выложенная белой плиткой. Из стены торчала труба вездесущего конвектора, в дальнем конце были расставлены плетёные кресла и журнальный столик.
— Девушка? — уточнила Миранда. — Работает где-нибудь?
— В библиотеке.
Голос Миранды сразу потеплел:
— Очень хорошо. Я там книги читаю. А как её зовут?
— Алиса.
— Вы не поверите, — воодушевилась Миранда, — но мы знакомы.
С террасы открывался вид на двор. Классический южный дворик с платанами, каштанами, детской площадкой и беседкой для игры в нарды. Всё остальное пространство, включая тротуары, я бы назвал стихийной парковкой.
Миранда оказалась общительной и гостеприимной женщиной. Открутиться от чая с домашним вареньем я не смог. Выяснилось, что хозяйка живёт в этом же подъезде, только этажом выше, и по любым вопросам к ней можно обращаться. За аренду Миранда брала восемьдесят рублей, но её интересовало только долгосрочное сотрудничество. Поэтому важным условием была предоплата за два месяца. Я понял, что Алиса со своей библиотечной зарплатой такое не потянет и уже хотел расплатиться за жильё сам, но тут мне пришло в голову, что девушка может не принять такой подарок. Алиса гордая — будет голодать, но отдаст долг.
Хм…
Остаётся лишь один вариант — дать девушке подзаработать. Три-четыре телефонных запроса, и проблема будет решена. И волки сыты, и овцы целы…
Но Миранде придётся заплатить сразу.
А ещё мне не нравится, что Алиса и её отец живут с этим ушлёпком, Рубеном. Наверняка тот попробует отыграться за своё давешнее унижение.
— Давайте так, — предложил я. — Алиса заселится на днях, а я заплачу сорок рублей за остаток ноября. Сто шестьдесят рублей за два месяца ваши жильцы отдадут первого декабря.
Миранда посмотрела на меня долгим, понимающим взглядом.
— Проблемы с деньгами?
— У меня — никаких, — вздохнул я. — А вот у Алисы…
— Понятно, — кивнула женщина. — Я так скажу, Серёженька, ты мне нравишься. Извини, что на «ты» перешла. И Алиса — девушка хорошая. Обойдёмся без предоплаты. Первого там или десятого числа, когда у неё получка, отдаст за месяц вперёд. И всё. Только учти, коммуналка в стоимость не входит.
— Само собой, — обрадовался я. — Спасибо, Миранда.
— Не за что, дорогой. Как переезжать будут, пусть наберут. Вечером я всегда дома. Покажу счётчики, поднесу посуды, если надо.
Ещё раз поблагодарив Миранду, я отдал сорок рублей и получил ключ.
Чтобы добраться от Гранд Базара до Жёлтого Района на общественном транспорте, у вас может уйти часа полтора. А всё из-за большого числа пересадок. Канатную линию в Хуабу не протянули, трамвайные пути обходят те кварталы стороной. Рядом останавливается сто шестнадцатый автобус. Ну, и маршрутки курсируют в большом количестве. Опять же, из центра туда не ходят на маршрутки, ни автобусы, ни тралики. Всё сообщение — с Пригорьем и Портовым районом. Я мог, конечно, поехать в сторону книжного царства Бо и свернуть к Чёрным Копателям, но не горю желанием светиться там лишний раз.
Махнув рукой на этот Бермудский треугольник, я взял такси и за полчаса доехал до гостевого дома, в котором жила Алиса.
На циферблате — половина пятого.
Примерно час до заката.
Ворота были распахнуты настежь, а во дворе собралась толпа родственников и друзей Рубена. Не знаю, что они праздновали, но пахло чачей, шашлыками и дешёвыми сигаретами. При моём приближении разговоры смолкли, веселье свернулось в трубочку. Поднимаясь по лестнице на второй этаж гостевого дома, я чувствовал на своей спине прожигающие взгляды. Наверное, эти ребята могут и со спины напасть… вот только слишком они трусливы даже для такого поступка. Слухи о том, что произошло с господином Вонгом, наверняка уже расползлись по Хуабу. И если Рубен не может доказать мою причастность к смерти авторитета, то наверняка догадывается о причинно-следственных связях.
Стучу в дверь.
— Не надо, Гиви, — слышится приглушённая расстоянием реплика.
Правильно.
У Гиви, я думаю, не всё так плохо в жизни, чтобы расстаться с ней прямо сейчас.
Дверь открыл Николай Филиппович.
— О, проходи, Сергей, — старик пожал мне руку и посторонился, пропуская внутрь. — Алиса ещё на работе, вернётся часика через два. Заходи, у меня как раз чайник закипел.
Сегодня прям Международный Чайный День.
— Как вы тут поживаете? — поинтересовался я, когда мы устроились за столиком с кружками в руках. — Не мешают эти упыри?
— Смотрят косо, — признал Николай Филиппович, — но трогать не трогают.
— Это хорошо, — я удовлетворённо кивнул. — У меня интересные новости для вас. Надеюсь, что интересные.
— Вот как… Ну, я это понял сразу, как ты вошёл.
Я насторожился.
— Правда?
— Конечно. Ты совсем не умеешь ставить эмпатические блоки. Да и мысленные, признаться, тоже… но я уважительно отношусь к вербальным потокам, сынок.
Разговор обещает быть интересным.
— Получается… — осторожно начал я, — вы одарённый, Николай Филиппович? Телепат?
— Эмпат, — мягко поправил меня старик. — Но, знаешь ли, эти способности идут рука об руку. Я развился до поверхностного считывания мыслей, если человек их не скрывает сознательно. Транслировать не могу, уж извини.