Академия (СИ)
— Ты думаешь, тут всё так просто? — усмехнулся Лазарев. — Каждую минуту безопасный маршрут меняется, это заложено в управляющем конструкте. Иначе бы я вас сюда не повёл.
Класс разочарованно вздохнул, а наш учитель достал из-за пазухи планшет и несколько раз на нем что-то нажал.
— Всё, обманки отключены, можете тренироваться. Я ушел.
Лазарев развернулся и скрылся за дверями, мы же остались предоставлены сами себе. Но помня утреннюю ситуацию с теми, кто решил обмануть преподавателя, никто не отлынивал. Все встали в очередь и начали по новой проходить полосу препятствий.
Без обманок получалось гораздо лучше, однако большинство всё еще не доходило до конца испытания. Я тоже не стал выделяться и еще несколько раз искупался в грязи, но вот пяток человек прошли на следующие этапы. Естественно, Романов и Березовская были в числе лидеров.
Второе препятствие, как по мне, было даже легче первого — просто крутящееся бревно, по которому нужно было успеть пробежать. Конечно, как только оно покроется слоем слизкой грязи, это уже будет не так просто, но всё равно пеньки с обманками были на ступеньку сложнее.
И действительно, на втором испытании почти никто не падал, но вот третье стало непреодолимой преградой. Высокая стена с небольшими уступами, за которые надо было цепляться, и дырками, из которых то и дело вылетали мощные грязевые струи. Упасть можно было с довольно большой высоты, так что жидкое месиво снизу было больше метра в глубину. Купайся сколько хочешь!
В итоге, еще через час мучений, когда нижний слой грязи на коже уже успел застыть, Лазарев отпустил нас на перерыв.
— Всё, свободны! У вас час на то, чтобы помыться и отдохнуть. Буду ждать всех на стадионе, и в этот раз попрошу без опозданий, — Петр Григорьевич многозначительно посмотрел на меня.
Класс быстро побежал до душевых. Благо они были рядом с каждым полигоном, и щеголять по территории академии в таком виде было не обязательно. Но выйти побыстрее и первым забежать в душ я не успел.
— Медорфенов, постой, — Лазарев подозвал меня к себе.
— Что-то случилось?
— Нет, просто хотел задать тебе вопрос. Личного характера. Не против?
— Нет, — пожал плечами.
— Правда, что у тебя искалеченный источник? Или всё-таки есть шанс стать одаренным?
— Правда. Но про шансы ничего не знаю, может быть они и есть. Просто в разы меньше, чем у других.
Лицо Лазарева странно изменилось.
— Держись, парень, — положил он руку мне на плечо. — Судя по тому, что я вижу, в тебе есть стержень. Даже неодаренные могут многого добиться, если приложат достаточно усилий. Так что терпи и превозмогай, как бы сложно тебе не было. Я примерно представляю, через что ты прошел. Выпустишься из академии — будет легче. И извини за такое вмешательство, просто совет старого повидавшего жизнь человека.
Знал бы ты, дядя, сколько мне лет… Но вслух ответил совсем другое.
— Спасибо. В первые годы было тяжелее всего, сейчас уже привык. Так что всё в порядке.
— Отлично, — кивнул мне Лазарева. — Жду на тренировке.
Я молча смотрел на спину развернувшегося ветерана. Видимо, он мне немного симпатизирует, раз уж решил поддержать. Хороший человек. Надеюсь, смогу найти с ним общий язык. Связи с родом Лазаревых точно лишними не будут.
Глянул в сторону, куда ушли одноклассники, и тяжело вздохнул. Очередь в душ безнадежно упущена, так что можно уже не спешить. Уселся у входной двери и прикрыл глаза. Тело гудело после необычной тренировки, и больше всего хотелось лечь в мягкую кровать. Но такая возможность подвернется еще нескоро.
В открытое окошко влетел мистер Токарев и несколько раз прочирикал.
— Да, я грязный. Сейчас пойду помоюсь, только чуток отдохну.
— Кьья!
— Лети давай, малявка.
Ток выпорхнул на улицу, а я, посидев еще минут пятнадцать, отправился к душевым. Они уже успели опустеть, так что мылся в гордом одиночестве. Вышел в раздевалку и надел чистую одежду — у каждого в шкафчике лежал запасной комплект формы. Грязную же скинул в специальный отсек. Всё-таки несомненные плюсы учиться в академии для аристократов есть.
В открытое окошко снова залетел мистер Токарев. В клюве у него был зажат кусок какой-то ткани, который он положил рядом со мной.
— Это что такое⁈ — удивленно воскликнул я. — Где ты это взял и зачем сюда принес⁈ Ну-ка верни на место!
Кусок ткани оказался кружевными женскими трусиками, которые Ток у кого-то стащил.
— Ты чудовище, а не птица! Извращенец! Зачем ты принес мне женские трусы⁈
— Кььья!
— Забери это и положи туда, где взял!
— Кььье!
К сожалению, на уговоры обнаглевший лисс ни в какую не шел, просто летал вокруг и чирикал. Успокоился он только после того, как я положил трусы себе в карман. Ладно, выкину при первой возможности. В мужской раздевалке оставлять такое тоже не дело.
— Больше мне таких подарков не нужно! Понял?
Ток снова чирикнул и улетел в окно. Блин, спас на свою голову. Одни проблемы сегодня с ним.
Тяжело вздохнул и вышел в коридор, направившись к выходу. Однако, стоило мне сделать буквально несколько шагов, как в лоб чуть не прилетела открывшаяся дверь женской раздевалки. За ней стояла Березовская, почему-то красная, как вареный рак.
— Медорфенов? Ты случайно никого тут не видел?
— Нет, — пожал плечами. — Что-то случилось?
— Да вроде нет, прост… — неожиданно Березовская замолчала, и выпученными глазами посмотрела куда-то мне в область пояса. Я ширинку не застегнул или что?
Тоже посмотрел вниз и увидел, что у меня из кармана штанов торчит краешек красной кружевной ткани. Писец. Да, мистер Токарев, домашний арест вам обеспечен.
Глава 7
— Медорфенов, — разъяренной кошкой прошипела Березовская. — У тебя есть три секунды, чтобы объяснить, что мои трусы делают у тебя в кармане!
— Ты все не так по…
Я не успел закончить, как Березовская меня остановила.
— Стоп, я передумала.
Екатерина резко дернула меня на себя и захлопнула дверь раздевалки. Так-то интимная обстановочка. Но Березовской было не до этого. Девушка явно очень сильно разозлилась.
— Скажу честно, Медорфенов, ты мне никогда не нравился. Просто не путался под ногами, и я тебя тоже не трогала. Но вот то, что сейчас произошло, переходит все границы. Ты же понимаешь, что за такое запросто могут даже из академии исключить! — Екатерина сделала небольшой шажок вперед, заставив меня прижаться к стене.
А я, к слову, девушку почти не слушал, невольно ей залюбовавшись. Влажные после душа волосы, точеная фигурка, которую только подчеркивала спортивная форма, пляшущие огоньки в глазах. Березовская всё еще что-то говорила, но всё мое внимание было полностью сосредоточено на том, чтобы обуздать разыгравшиеся гормоны.
— Назови хоть одну причину не рассказывать о случившемся директору, — наконец, я смог сосредоточиться на речи девушки.
— А? Повтори, пожалуйста, я не расслышал.
— Медорфенов, ты вообще тут? — Березовская окончательно вышла из себя и попыталась отвесить мне леща.
Это было лишним. На одних рефлексах перехватил ее руку и дернул на себя. Екатерина завалилась вперед и уткнулась носом прямо мне в грудь. Не став упускать неожиданный успех, максимально близко наклонился к ее уху, почти касаясь его губами, и отчетливо произнес.
— Это. Был. Не. Я. Понятно?
Девушка от неожиданности немного вздрогнула, и я подумал, что смог ее успокоить, однако внезапно скрипнула входная дверь. Я посмотрел в сторону, и увидел Лизу Васильеву, которая тоже смотрела на наш дуэт.
— Ой, извините, — испуганно пискнула она. — Я просто заколку забыла. Меня тут не было.
Дверь тут же захлопнулась, и послышался топот быстро удаляющихся ног. Ой мамочки. Боюсь, сейчас меня ничто не спасет.
Кажется, я раньше думал, что Березовская окончательно вышла из себя? Как же я ошибался. Этот момент наступил только сейчас.
— М-м-медорфенов! — девушка посмотрела на меня очень нехорошим взглядом.