Студент из прошлого тысячелетия (СИ)
— Слышала, он закопал какого-то благородного, когда тот нагрубил его сестре. Говорят разное, заставил его плакать, затем забил ногами в землю, — сказав это, Лена скривилась, видимо, представляя. — Никогда не любила мужские слёзы.
— Врут, — уверенно ответила Настя. — Не слушай эти сказки.
— А про то, что он избил весь боевой факультет, верю уже больше, — хмыкнула Суворова.
— Это он мог, помнишь, что в поезде было? — усмехнулась Настя. — Герасимов всё ещё заикается, даже первый семестр пропустил.
— Так ему и надо, — Елена вдруг взглянула на подругу, поддерживающе. — Слышала, что он совсем зарвался.
— Не то слово, — Евдокимова бледно улыбнулась. — Но сейчас всё в прошлом.
Они подошли к дверям студенческого дома и постучались.
Спустя полминуты за дверью послышались шаги, а затем перед аристократками появилась заспанная блондинка в розовом халате и пушистых тапочках.
— Добрый вечер, — с сомнением посмотрела на номер дома Елена. — Мы, наверное, адресом ошиблись.
— Вероятнее всего, — с зевком ответила девушка и закрыла двери.
Елена и Анастасия переглянулись.
— Номер семь? — спросила одна другую.
— Да.
— Хорошо, — ответила Суворова, и они отошли, снова проверяя нумерацию домов.
Затем вернулись к двери, постучав во второй раз.
— Что? — открыла дверь блондинка.
— Антон Митрофанов, он тут живёт? — хмуро спросила Настя.
— Его нет, — ответила девушка, наконец-то просыпаясь до конца. — Он не возвращался с занятий. А если и вернется, будет спать на улице, увидите, так и передайте. Его животина разодрала весь диван!
Дверь опять закрылась перед носом аристократок.
— Ну, это он зря, — зло выдала Елена. — Надо же, уже в первый день завёл себе подружку. Кобель!
— Она, скорее всего, тоже студентка, — попыталась оправдать друга Настя.
— Неважно, мог бы нам сказать, — с непонятной логикой произнесла Суворова, всё ещё гневно сопя. — Пошли отсюда, а завтра зададим ему.
— Что зададим? — растерянно переспросила Настя с небольшой заминкой.
— Либо трёпку, либо пару вопросов, будет зависеть от настроения, — отрезала Суворова.
Девушки пошли к своему дому, молча переваривая увиденное.
* * *Опираюсь ногами о стену за спиной и толкаю тело вперёд.
Как итог, шея щуплого в плотном захвате. Сжимаю ноги и поворачиваю корпус, слыша приятный хруст позвонков.
Его приятель пятится, а затем и вовсе бежит, снова подаюсь назад и встаю на стену, натягивая цепи. Металлический звон оповещает о том, что дело сделано, звенья разогнулись.
Оказываюсь на полу, приземляясь на ноги, а затем размахиваюсь, чтобы захлестнуть застрявшего в дверях толстяка цепью. Чуть-чуть переборщил, не учёл толщину и вес снаряда. Цепь ломает противнику трахею, заворачивается вокруг головы, попутно кроша нос и зубы. Когда дёргаю на себя, бестолковка наркомана с хрустом откидывается, оставляя в воздухе затихающий хрип.
Подхожу к двери, переступая через тела, готовый моментально оборвать жизнь любому, кто сюда заглянет.
На то, чтобы сорвать с себя блокираторы, уходит пара секунд. Минерал крошится под пальцами, и оковы падают на пол с противным лязгом.
Выныриваю из комнатки, сопровождаемый десятком любопытных взглядов.
Большой прямоугольник стола, над ним пара длинных ламп и гора контейнеров с таблетками. Рядом кипа полиэтиленовых пакетов, на всех присутствующих халаты.
Слева дверь, по которой кто-то активно стучит.
— Всем добрый вечер, — приветствую компанию фасовщиков я.
— И…и… вам! — находится один из них.
— Извините, могу я вас перебить? — с ухмылкой уточняю, в голове всё тот же шум, будто выпил пару бутылок, но тело уже действует на рефлексах.
Ощущения опьяняют, в горле разверзлась пустыня, чувствую себя, будто с жёсткого похмелья. Наверное, поэтому я так кровожаден. Но это не мешает призвать клинок, чтобы устроить маленькую бойню.
Разбегающийся персонал падает под ноги, лишаясь важных частей тела, таких, как голова. Никогда не понимал людей, что работают в сфере смерти. Будто других занятий нет, они не заслуживают пощады. Даже у наёмников больше чести, чем у подобных существ. Окровавленные тела валятся одно за другим. Заканчиваю лишь когда остаюсь один на один с последним фасовщиком в огромной комнате с пачками пилюль, залитой кровью.
— Кто владелец этого места? — спрашиваю максимально вежливо, присаживаясь перед поскользнувшимся и упавшим на спину мужчиной.
— Мандарин! Мандарин! — быстро отвечает тот, напряжённо смотря на меня.
— Сколько таких мест?
— Точно не знаю, — крутит головой тот, будто пытаясь взлететь.
— А неточно?
— Около семидесяти, — с заминкой отвечает тот, заставляя мои брови залезть на лоб.
— В Новгороде? — ошеломлённо переспрашиваю я.
— Нет, по всей стране, в Новгороде пять, по слухам пять, но могу ошибаться…
— Слышал что-то про долину у Ильменя? — задаю новый вопрос.
— Нет, — с искренним страхом отвечает тот, продолжая отползать.
— Адреса знаешь?
— Нет! Не знаю, клянусь…
— А если я отрежу тебе руку?
— Одно, знаю одно! — быстро ориентируется тот. — На Фабрициуса, дом сорок четыре, — тускло отвечает он.
— Спасибо за сотрудничество, — поднимаясь, сношу фасовщику голову и стряхиваю кровь с клинка на пол.
Вытираю выступившую каплю пота, обратной стороной ладони. Видимо ещё действует та дрянь, что была в вине. Открываю дверь подсобки, наблюдая заплаканную, но довольно нарядную знакомую.
— Почему я так плохо себя чувствую? — сразу же задаю важный для меня вопрос.
— На губах было немного дури, — плачет воровка, ломая мои предположения. И быстро добавляет. — Хотела проследить и забрать наличку. Ничего серьёзного, ты бы не умер, если бы даже съел в десять раз больше.
— Понятно, есть ещё?
Девушка кивает в сторону сумки, что лежит на столе у стены.
Беру сумку и быстро нахожу флакон с губной помадой, на деле же внутри немного порошка в ложбинке. Подношу инструмент девушке, хватая ту за волосы, и высыпаю содержимое в рот.
Спустя полминуты тщетных попыток вырваться, её зрачки расширяются. Тело становится податливым и совсем не способным к сопротивлению.
Беру зажигалку у щуплого из первой комнаты и инспектирую помещение, выискивая полезные предметы… Между делом замечаю, как сильно саднит затылок, при этом боль нарастает. Провожу ладонью, чувствуя, как по волосам размазывается кровь.
— Сука… — с шипением вытираю руку о халат одного из мёртвых работников аптеки.
Внимание привлекает сейф. Срезаю замок одним ударом. Заодно не выпуская из поля зрения воровку, что ползает по полу, будто гусеница, собирая кровь тонким платьем.
Внутри хранилища лежат мятые пачки с деньгами и разного рода бумаги, раскидываю их по карманам, как и документы.
Закидываю воровку на плечо и поднимаюсь по лестнице наверх, напоследок осмотрев помещение. После чего зажигаю огонь, вливая в стихию приличное количество мира.
Огненный вал захлёстывает комнатку, жадно пожирая всё вокруг. Еле успеваю закрыть за собой дверь, чтобы не подпалить свою ношу. Мне ничего не будет, доспех духа способен укрыть от огня, а вот леди без защиты.
Клинок парит над землёй, встаю на него, отлетая на пару десятков кварталов, где опускаюсь в переулке и скидываю девушку в мусорный бак.
Доза небольшая, придёт в себя и, может быть, даже подумает о своём поведении. В другой раз такая авантюра может кончиться для неё плохо.
Снова поднявшись в небо, быстро пересекаю город, долетая до академгородка. Слава богу за всеми событиями не потерял ключ от дома, тихо вхожу внутрь и вижу сидящую в гостиной девушку, грустно смотрящую на диван.
— Я убью твоего кота, — не оборачиваясь на меня, говорит она.
— Мяв… — гневно подаёт голос Мальгус, откуда-то со шкафа.
— Он весь диван разодрал, — гневная отповедь откладывается, когда блондинка поворачивается ко мне.