Студент из прошлого тысячелетия (СИ)
Вспоминаю её фамилию, кажется, Емельянова, если ничего не путаю.
— Что случилось? — требовательно спрашивает она, поднимаясь.
— Почему на твоём лице кровь?
— Упал, очнулся, так и было, — развожу руками. — Лучше подскажи, где аптечка.
— К тебе приходили друзья, хоть я и очень удивлена, что они у тебя вообще есть, — бурчит под нос блондинка, разыскивая средства первой медицинской помощи.
Найдя необходимое, с сомнением смотрит на меня и вздыхает.
— Садись, сейчас промою рану.
Ключик к сердцу любой женщины, либо будь голоден, либо ранен. Растапливает лучше, чем горячий нож масло.
Послушно занимаю место на кухне. Емельянова включает свет и исследует мой затылок.
— Больше похоже на то, что тебя хорошенько треснули, — выдаёт своё экспертное заключение она. — Жаль, что это не я.
— И что я тебе, спрашивается, сделал? — удивляюсь, рассматривая тонкий халатик девушки.
— Не вертись, — кожи касается что-то влажное.
Через пару минут, всё заканчивается. Ранку щиплет, но состояние улучшается, шум в голове утихает. Иду в душ, поблагодарив сожительницу.
По возвращении понимаю, что Емельянова уже ушла спать. Хорошая идея, стоит ею воспользоваться.
* * *— Что скажешь? Аресов! Не игнорируй меня! Или ты завис от трупов, будто в первый раз увидел, — произнёс тучный мужчина со стаканом кофе в одной руке и толстым пончиком во второй.
— Паша, тела почти полностью сгорели, а по тем фрагментам, что мы нашли, ничего не понятно, — хмуро бросил Аресов, осматривая тёмное от сажи помещение с горками пепла, когда-то бывшими людьми.
— Время? — спросил его напарник.
— Вчера вечером, точно пока не установили, жильцы вызвали наряд между одиннадцатью и двенадцатью, — мрачно ответил он.
— Чего напрягся? — заметив состояние своего товарища, спросил Павел.
— Не понимаю, как мы упустили целый наркопритон в центре города, — зло проворчал Аресов, разминая при этом кулаки, будто хотел лично добраться до каждого мёртвого в этом помещении.
— Это нам и предстоит выяснить, — дипломатично ответил напарник. — Но характер уж очень похож на то дело, Баламутовы, кажется, семейство вырезали подчистую и сожгли все улики. Мы даже доппеля использовать не сможем.
— Будто кто-то знал, — кивнул Аресов. — Всё это максимально нелогично, слишком много пробелов.
— Ну, удачи на ковре у шефа, — хлопнул его по плечу Павел и направился к выходу. — Не задерживайся тут, гарью провоняешь.
* * *— Ваше императорское величество, к вам Марк Андреевич, — оповестила императора статс-секретарь, приятным грудным голосом.
— Впусти его… — раздался властный голос.
Мужчина поднялся из-за стола, делая несколько шагов в сторону окна, где застыл в ожидании.
Его взгляд был устремлён в сторону города, который простирался от дворца и делился надвое блестящей полоской реки. Глаза постепенно отходили от работы с документами, и когда посетитель вошёл, император был готов к обстоятельному разговору.
А разговор будет и будет серьёзным, просто так Марк не заглядывает.
— Добрый день, ваше императорское вел… — начал было по-медвежьи косолапый и до безобразия громкий мужчина.
— Прекрати… — оборвал его государь. — Ты же знаешь, мне эти прелюдии ниже пряжки.
Он подошёл к старому другу и крепко пожал руку. После чего проследовал за стол, где зажал встроенную в стол кнопку внутренней связи.
— Маша, принеси нам кофе.
— Уже в пути, ваше… — император выключил динамики, не став дослушивать и показывая своё отношение к дворянским реверансом.
— Всё так же не терпишь этикета, — покачал головой Марк.
— Так заметно? — улыбнулся собеседник краешками губ.
— Если ты когда-нибудь прекратишь так демонстративно это отрицать, станет получше, — хохотнул глава надзора.
— Это мой маленький каприз, могу я такое себе позволить? Всё-таки император, а не погулять вышел… — отмахнулся он. — Лучше рассказывай, что тебя привело?
— Вести, причём не самые хорошие, — Марк сделал паузу, набрал в грудь воздуха и начал. — Как ты знаешь, на территории империи около пяти тысяч разломов. За последнее время сильно участились запросы из регионов. Соприкосновение усилилось, появляется куча духов, кое-где даже встречают низших демонов.
— Даже не начинай, — рубанул ладонью воздух император. — Мне который год этим мозг проедают. Проблем сейчас и без этого хватает. То британцы учения у границ устроят, то Ханьцы начнут флот разворачивать. В народе слухи ходят, что мы не можем земли удержать. Если сейчас начну заниматься дырами в нашей необъятной, где какой-то пьяный олух демонов увидел, кого будем защищать, когда те демоны придут?
— Понимаю, — согласно прикрыл глаза Марк. — Но и ты меня пойми. Проблема может быть глубже.
— Не спорю, но сейчас в приоритете другое, — ответил государь, уже мягче. — Кто-то вырезает целые семьи, казино недавно разгромили, а ещё и эти наркотики, будь они неладны…
Император остановился и перевёл дух, его осеняет.
— Послушай, раз ты пришёл, у меня будет просьба…
— Не приказ? — ухмыльнулся Марк.
— Если откажешься, будет приказ, — весело блеснул глазами его ровесник, а по совместительству лучший друг. — Замени Миргасова в канцелярии. Но-но, сразу скажу, ситуация сейчас другая, ты мне действительно нужен. Отказ не принимается.
— Мне и в надзоре хорошо, — бурчит здоровяк.
— Кто-то вырезал Баламутовых, потом разгромили казино, сейчас вот наркотики. Миргасов уже стар, не пойдёшь ты, придётся искать другого.
— Кого? — вдруг оскалился Марк. — Аресова?
— Да хоть бы и его, — пожал плечами государь. — Как вариант.
— Готовь приказ, но щенка не подпускай, дурной он, буду сам руководить, — вдруг решительно прогрохотал надзорщик.
— Другое дело, — просиял император. — Через неделю жду все данные по делам. Надо найти этого бесова выкормыша, который заполонил улицы таблетками.
— А как же Баламутовы? — удивился Марк.
— Это отойдёт на второй план, есть у меня одна комбинация, но тебя она не касается.
Глава 20
Вековое ожидание
Проснулся от настойчивого мяуканья.
Не помню, как заводил будильник. И уж точно не помню, что ставил такую мелодию.
Через несколько секунд доходит, что это всего лишь Мальгус.
— Какого хрена? — спрашиваю, открывая глаза. — Который час?
Смотрю на кошака на груди, а он смотрит в свою очередь в сторону часов на тумбе.
Восемь ноль-ноль.
— Ты точно дух? А не швейцарские часы… — с подозрением спрашиваю кошатину, тот уставился в ответ на меня, имитируя поведение натуральной кошки.
С трудом встаю. В такие моменты мир привлекателен и мил, как лошадиный череп. Голова слегка гудит, есть стойкое ощущение, что Мальгус перед побудкой нагадил в рот, но в остальном, жить можно.
Перемещаюсь к шкафу, осматривая свои скудные пожитки. Богатый и молодой, а в гардеробе по-прежнему висит пара тряпок, не более. Надо будет прикупить новой одежды, эта трещит по швам, да и новая эпоха обязывает. Тут встречают по одёжке, провожают, впрочем, тоже по ней.
Как сомнамбула двигаюсь в уборную.
Выбираюсь из душевой, изрядно посвежевший и проснувшийся.
С кухни несёт ароматной выпечкой и сосисками. Хорошо иметь порабощённого духа, плохо для фигуры, но в целом можно и потерпеть.
Из соседней комнаты, расположенной на втором этаже, выходит заспанная Емельянова, имени которой я так и не узнал. В розовом халатике, залитая светом и мятая, будто всю ночь сражалась не на жизнь, а на смерть. На голове ободок с золотистой вышивкой в виде короны, удерживающая волосы.
— С добрым утром, ваше высочество, — бодро приветствую сожительницу.
Реакция неоднозначная. Блондинка бледнеет, хотя, куда уж больше. Затем пятится, смотря на меня расширяющимися глазами.
— Какое я тебе высочество, Митрофанов? — потерянно шепчет она.