Студент из прошлого тысячелетия (СИ)
— Некогда мне, Никифор, некогда, — качает головой князь, сводя вместе кустистые брови. — Прелюдии оставь своим женщинам, а мне скоро на покой, не хочу тратить время.
Хозяин кабинета заметно напрягается.
— Слышал, Баламутовы хотят забрать твою долину у Ильменя, — вслух размышляет он. — Правильнее сказать, хотели… Теперь они получат только по два метра на погосте.
— Знаю, знаю, вся столица трубит, — кивает Павел Матвеевич, присаживаясь в кресло и закидывая ногу на ногу. — Только вот думаю я, что не их это идея. Что скажешь?
— А чья-ж ещё? — поёрзав на месте переспрашивает чинуша.
— Вот это ты мне скажи, порадуй старика, — невзначай говорит князь, осматривается вокруг и цокает языком. — Хорошо тут у вас, сталь и бетон, высоко сидите далеко глядите. Выделишь мне этаж, для своих нужд? Пожалуй один мне может отойти по праву. Сколько я их построил под тобой, чтобы посадить сюда. Кажется, когда мы познакомились ты сидел на шестом, а сейчас на двадцать третьем.
— За что я очень благодарен, — сконфуженный резким стартом и манипуляциями чиновник глядит в стену, плотно сжав зубы. — Да только не знаю, кто мог такое провернуть. Баламутовы не так сильны, тут вы правы, без чьей-то помощи не стали бы даже пробовать.
— Скажи мне, Никушка, скажи, — елейно советует старик. — Пролей бальзам на старое сердце.
— Не знаю, честно, — крестится при этом чиновник. — Знал бы, обязательно сказал.
— Жаль, жаль, — качает головой князь. — Жаль, что те, кто со мной связался, не знают, что играют с дьяволом. За мной не станется, перетрясу каждую крысу в этом городе, но найду.
— Вы можете, — соглашается Никифор.
— Могу, — кивает в ответ князь. — Подумай ещё дорогой, вдруг что вспомнишь, номер мой у тебя есть, буду ждать звонка.
— Всенепременно, — Никифор встаёт, кланяясь гостю. — Простите, Павел Матвеевич, дела.
— Понимаю, понимаю, — сокрушается старик. — Служба не ждёт. Прощай Никифор.
— До встречи, — нервно кивает чиновник.
— А вот это тебе выбирать, — уже уходя отвешивает князь, закрывая двери.
— В смысле, мне выбирать? — в глазах Никифора Анисимовича застывает паника, до него с опозданием доходят словесные кружева князя. — Вот же бл…ть! Алла, быстро пригласи ко мне главу СБ!
— Уже набираю…
* * *— Убрать её? — скучающе спросила Мара, готовая в любую секунду прыгнуть на Елену и расправится с ней.
— Нет, выполняйте приказ, я разберусь, — спокойно говорю я, отправляя кровососов на задание.
Оба запрыгнули на клинки и были таковы, растворяясь в ночи. Мы остались с Суворовой вдвоём.
— Что ты видела? — поинтересовался я.
— Ничего, — не растерялась Елена, сделав при этом шажок назад, видимо слова Мары откликнулись в ней страхом.
— Пусть это так и будет, — закончил с разговором я. — Ложись спать, завтра мы вернёмся в город.
— Если завершим дело, — не согласилась она.
— А есть сомнения? — усмехнулся я.
— Теперь их стало меньше, — задумчиво ответила девушка и пошла в дом.
Я тоже отправился к себе в спальню, размышляя над событиями этого дня.
Мне нужны оборотни, крайне нужны. Задерживаться тут более я не могу.
Мыслями снова вернулся к отцу, что лежал в коме.
Обязательно стоит заглянуть в кузню, пожалуй, наш гость готов.
Немного поворочавшись, я уснул, чтобы снова открыть глаза уже утром.
В комнату кто-то мягко ступил, тревожно замерев, я проверил своих фамильяров, успокаиваясь.
— Нашли? — спрашиваю, открывая глаза.
— Нет, — окутанная мягким утренним светом отвечает Мара. — Облетели все окрестности, никаких следов.
— Это плохо, — сажусь на кровати.
— У нас есть время, чтобы поправить твоё настроение, — Мара присаживается рядом, скидывая кожаную куртку и снимая майку через верх.
Оседлав меня, вампирша грозится задавить двумя мягкими полушариями. Неплохая мысль, разрядится перед сложным днём.
Одеяло уже стянуто, а горячие губы ищут ответный поцелуй. Привлекаю вампиршу ближе и подминаю под себя, стягивая с неё остатки одежды.
Кровать мерно скрипит, коготки Мары скользят по моей спине, старательно зажимаю девице рот, чтобы она не будила остальных. Мне это почти удаётся, заканчивая, она сотрясается всем телом и вызывает во мне волну оргазма. Тем самым заставляя расслабиться и убрать руку. Дом оглашает сладострастный стон, переходящий в грудной рык.
— Вот жеж срань, — ругаюсь я.
— А мне понравилось, — деловито одевается вампирша. — Считаю, что зарплата получена.
— Ты щас по жопе получишь за такие фокусы, — продолжаю ругаться я.
Мара не до конца натянув штаны падает, поперёк, прижимая мои ноги. Перед глазами предстаёт обтянутая тонкой полоской трусиков задница, с ещё не сошедшими следами от моих лап.
С удовольствием шлёпаю её, она довольно слазит и чуть подпрыгнув, забирается в штаны. Уж что-что, а местная мода на минималистичное нижнее бельё мне нравится.
— Мы свободны? — уточняет Мара.
— Пока нет, — отрешённо отвечаю я. — Послушай, а кто-то из людей может опознать в тебе вампира? Есть какие-то способы?
— Нет, — чуть подумав, качает головой она. — Если только сильный одарённый, но лишь тогда, когда ранит.
— Значит, всё как и прежде, — подвожу итог я. — Пожалуй, ты пойдёшь со мной на завтрак.
— Зачем? — заинтересованно спрашивает она.
— Могут быть проблемы, — делюсь опасениями. — Подстрахуешь. Не люблю оборотней, слишком быстрые.
— Быстрее тебя?
— Нет, но если их будет несколько, а что-то подсказывает, что так и есть, могу не выдержать.
Солнце уже давно взошло, горланили петухи, слышался стук в дверь.
Открываю, встречая селянку, что принесла еду.
Корзинка перекочевывает ко мне, а тысячная банкнота к ней.
Расставляю завтрак, всё как люблю, тёплая горка блинов, сметана, яйца и литровая бутыль с молоком. Так же немного чая и какие-то сладости в блестящих обёртках.
Одна из «конфет» перекочёвывает к Маре, которая тут же с удовольствием скалится, пережёвывая шоколад.
— Поможешь? — указываю на кухню. — Я совсем там ничего не знаю.
— Мужчины… — как само собой разумеющееся произносит вампирша.
— Я могу растопить печь и приготовить еду, но думаю эта чудо машина намного быстрее, — кивком указываю на плиту.
— Сколько же тебе лет? — недоумевает Мара. — И как ты до них дожил…
— Мне готовили, но повар сейчас в отлёте, — туманно парирую я. — Но тебе он понравится, клыки у него побольше чем у тебя.
Мара шумно сглатывает проглатывая десерт.
— Тоже вампир? — любопытничает она.
— Нет, кот, — ещё больше ввожу её в непонимание.
— Чудной ты, — бросает девушка и идёт готовить завтрак. — Нечисть тебе служит, будто ничего не боишься.
— А ещё я сплю с нечистью, за что вероятно попаду в ад, — добавляю я.
— В аду плохо, не греши, сын мой, — доносится с кухни.
— У меня там свои люди, точнее рогатые, — бормочу себе под нос.
Разминаюсь и умываюсь, пока из открытого окна кухоньки доносится бряцание посуды.
Со временем просыпаются все служители закона, выбираясь из спален, совершая утренний моцион.
Встречаемся за большим столом в общей комнате, из кухни выныривает Мара, неся шипящую сковородку. Лена узнаёт в ней вчерашнюю незнакомку и бледнеет. Ульяна отошла и практически равнодушна, лишь бросает короткое.
— Так вот какой у нас сегодня будильник, — укоризненно смотря на меня.
— Природный, я бы сказал, — киваю я.
Лена задумчиво кусает губу.
В этот момент в домик заявляется сладкая парочка, Веня с Целестиной. Кажется, пухлик лишился невинности, походка вальяжная, держит женщину за талию, да так, что та даже смущается. Может потому, что его рука норовит опустится ей на зад?
— Собрались? — строго спрашивает Алексеев. — Вылетаем через тридцать минут.
— Но, мы так и не выяснили, кто похитил людей, — спорит Ульяна.
— Госпожа Целестина рассказала интересную историю, — толстяк проходит к столу и бесцеремонно берёт блин, заталкивая его в рот. — В прошлой деревне, где жили эти двое, одной ночью произошло то же самое. Они пропали, никто толком ничего не понял. Лишь царапки внутри и никого.