Повелительница барсов. Попаданка и строптивый (СИ)

– А ты горячая кошечка! Жаль, я пока не могу с тобой поиграть. Но ничего: если ты покусаешь императора, возможно, он отдаст тебя мне.
– Какой еще император? – прорычала я, пытаясь сдержать выступившие от боли слезы, цепляясь за кисть мужчины в попытке ослабить хватку.
– Скоро познакомишься и узнаешь какой! – произнес мужчина, а потом вдруг остановился и, подхватив меня, взвалил на плечо.
Я же вцепилась за ту полосочку ткани, что прикрывала грудь. Вещица была без бретелек и начала стремительно соскальзывать.
Волосы закрывали мне лицо, зато для зрителей на улице обзор был что надо. Рядом раздались улюлюканье и свист. Еще бы! Я же почти голая!
Хорошо, что моего румянца не видно за волосами. Кстати, а с какого перепуга они черные и волнистые?! Где мой клубничный блонд?! Я что, не в своем теле?!
Вопреки моему опасению, до императорского дворца в полураздетом виде тащить меня никто не собирался. Эрд Солер поставил меня босыми ногами на горячий песок и накинул на плечи нечто напоминающее длинный серый халат из тонкой ткани. Не желая и дальше привлекать излишнее внимание зевак, я быстро продела руки в рукава, тщательно закуталась и затянула пояс.
Дождавшись, когда я оденусь, блондин вдруг дунул на свою ладонь, с которой взвилось облачко голубоватой пыли, и с усмешкой произнес:
– Поспи, кошечка. До дворца путь неблизкий, а я не хочу, чтобы ты доставляла мне проблемы.
От порошка у меня закружилась голова, но упасть я не успела: меня уже уложили на подушки в большом паланкине, который, как я ощутила, тут же был поднят в воздух.
Окна были закрыты решетками из деревянных реек и занавешены плотной фиолетовой тканью.
Засыпая, я сожалела, что не могу сбежать по дороге. Впрочем, какой мне побег? Куда бежать? Я не знаю, где нахожусь, у меня нет ни средств, ни нормальной одежды, ни даже обуви. А песок, как я успела выяснить, в здешних местах весьма горячий.
Но, может, это все-таки глюк и я проснусь в своем мире?
Мне снилась… я. Вернее, мое тело в гипсе почти целиком, под капельницей. У постели, понурив голову, сидел бывший. Рядом, на тумбочке, возвышался памятник вины – огромный букет крупных алых роз.
Жаль, я не могу отхлестать его этим веником по лицу.
– Это твой мужчина? – полюбопытствовал кто-то рядом.
Я повернулась и увидела черноволосую кудрявую девушку в длинном белом платье без рукавов.
– Это мой бывший. Я в таком состоянии благодаря ему. А ты кто такая? Минутку… ты та жрица, которая упала в обморок на невольничьем рынке! Та, в чье тело я попала!
– Да, ты права. Меня звали Реджина. Я жрица из храма Хамарры, демиурга мира Эритея.
– А я Виктория Сергеевна Стрельцова, и я очень хочу знать, почему я угодила в твое тело!
– Я привыкла жить в чистоте. Мысль стать наложницей или рабыней была для меня невыносима. Мне… отвратительны мужчины. Я пыталась объяснить это торговцу, но он меня не слушал…
– Дай догадаюсь: ты решила, что почетная роль наложницы подойдет мне?
– Все не так! Я…
– Верни меня назад!
– Прости, не могу. Я взмолилась Хамарре, когда узнала, что меня продали в гарем императора, и она помогла мне. Переселила сюда. В твое тело. Ты ведь должна была погибнуть, знаешь?
– Нет, не знаю. Я вижу, что мое тело еще живо.
– Это я поддерживаю в нем жизнь. У тебя в двух местах сломан позвоночник и обе ноги.
– Ого! – шокированно выдохнула я, подходя ближе к больничной койке.
– Тогда зачем тебе изломанное тело?
– Я все еще сохранила крупицы магии и постепенно, чтобы не вызвать подозрений, все восстановлю. Я просила у демиурга возможность жить в мире, где женщина сама решает свою судьбу и может себя защитить, и она отправила меня сюда. Да, мне будет тяжело и больно, когда приду в себя, но я смогу все преодолеть.
– Это все, конечно, прекрасно, но что делать мне?
– Я не знаю твоей судьбы, Виктория. Могу лишь сказать, что с моим телом тебе досталась часть магии, а еще что демиург призвала твой дух в Эритею с какой-то целью. Ты сейчас в Сантаре – столице человеческой империи Никсар. Постарайся попасть в храм Хамарры – Вершительницы Судеб. Уверена, если ты обратишься к демиургу с вопросом, она охотно разъяснит тебе твое предназначение.
 
Просыпалась я медленно. Кажется, я металась во сне, потому что серый балахон перекрутился и задрался почти до основания бедер. Носильщики остановились, и я почувствовала, что паланкин опустили на землю.
В голове, еще не до конца прояснившейся после снотворного порошка, вертелась мысль, что надо привести себя в порядок.
Преодолевая слабость, я приподнялась на скользких шелковых подушках, и тут внутрь неожиданно заглянул мой конвоир. Я вздрогнула, когда его огромная лапища опустилась на мое бедро и медленно огладила ногу сверху вниз.
– А у тебя изящные лодыжки, кошечка… – прохрипел голубоглазый нахал. Я попыталась пнуть его в лицо, но тот быстрым движением перехватил мою стопу и, со злым пренебрежением сощурив глаза, произнес: – Не думаешь ли ты, что быстрее оборотня, человечка? Вылезай, прибыли!
В ответ я прожгла блондина ненавидящим взглядом, а затем, покачиваясь от слабости и щурясь от солнца, принялась выбираться наружу. Сонный порошок все еще дурманил голову, мои ноги заплетались, а мысли текли вяло. Пусть с опозданием, но я все же заметила необычное слово в речи эрда Солера. Оборотень. Мне точно не послышалось? Впрочем, если здесь есть магия, может быть и все остальное. Интересно, кто еще может тут обитать?
Чужие воспоминания услужливо подсказали: в Эритее водятся люди, драконы, наги, светлые и темные эльфы, орки, а также всевозможные оборотни, в числе которых лисы и барсы.
Не успев как следует удивиться, я позабыла про гнев на наглого эрда и схватилась за голову. За прикосновение к чужим воспоминаниям пришлось заплатить пульсирующей болью в висках.
Не обращая внимания на то, что я едва стою на ногах, оборотень схватил меня за предплечье и потащил за собой в недра дворца.
Не до конца развеявшийся дурман сонного порошка еще давал о себе знать. Я мало что видела по дороге в гарем. Белый гладкий мрамор приятно холодил мои голые пятки. Смутным видением был для меня зал, где щебетала группа девушек, разряженных в наряды из летящих ярких тканей. Наложницы императора, словно яркие птички, щебечущие вокруг кормушки, собрались вокруг нескольких небольших столов со всевозможными яствами.
Девушки оживленно обсуждали что-то ровно до нашего появления. В гробовой тишине меня проводили заинтересованными взглядами, но стоило нам выйти из залы, как гомон возобновился с новой силой.
Кажется, мое появление – новость дня. Восклицания: “Глядите, что это за замарашка?”, “Бледная какая…”, “Эта только в служанки и сгодится!”
Эрд Солер провел меня в следующий зал, где на низеньком диване сидели несколько богато одетых наложниц за вышиванием, а среди них пожилая, смуглая, полноватая женщина в длинном темно-зеленом платье. Из украшений на ней был только серебряный узорчатый ошейник без камня. Несмотря на возраст, ее волосы, убранные в высокую прическу, не потеряли своего черного цвета и блестели.
– Доброго дня, ихи Сидония.
– Кто это с тобой? – вместо приветствия произнесла женщина, поднимаясь на ноги, чтобы приблизиться ко мне и окинуть придирчивым взглядом с головы до ног.
– Новая наложница нашего императора. Смотри будь с ней построже. Эта жрица с севера на самом деле горячая штучка.
– Ты и меня такой видишь, блудливый кот, – фыркнула ихи Сидония. – Вон отсюда, пока я не пожаловалась императору.
Оборотень отвесил шутовской поклон и, развернувшись, удалился, напоследок бросив на меня раздевающий взгляд.
– Я смотрительница императорского гарема. Скажи, как твое имя? – тем временем сурово вопросила женщина.
– Реджина, – отозвалась я, решив пока плыть по течению, чтобы иметь возможность получше осмотреться.
Сидония задумчиво коснулась моего ошейника, вернее камня, украшавшего оный.