Повелительница барсов. Попаданка и строптивый (СИ)
Рэй Солер, мышцы которого в напряжении перекатывались под кожей, в тот момент как раз собрал в руку горсть одиночных ягод, и его кулак сжался, отчего на ковер сквозь пальцы закапал виноградный сок.
– Я… – сдавленно произнес Гиал, подняв на меня полные страха глаза.
– Я не люблю, когда мне отказывают, ихи, – произнесла, резко накалывая на нож кусочек ароматного жареного мяса, с тем чтобы макнуть его в острый соус и отправить в рот.
– Простите, лассара, но я…
– Иди. Подумай и завтра к вечеру дай мне ответ.
– Да, моя лассара! – произнес Гиал и вылетел из комнаты с такой скоростью, словно за ним гнались все демоны ада.
Впрочем, у злого до чертиков Солера вид был именно такой.
– Я схожу за персиками, лассара, – сквозь зубы выдавил он, чинно поклонился и вышел.
Впрочем, не думаю, что ему удалось сохранить свою неспешность по ту сторону двери.
Я довольно улыбнулась. Кажется, с развлечением я не прогадала: надо приказать, чтобы именно этот кот всегда подавал мне еду!
В любом случае разлад меж такими закадычными друзьями, как ихи Гиал и ихи Рэй, будет мне на руку. Мне совсем не нужно, чтобы заместитель всюду прикрывал бывшего альфу и помогал ему совать нос куда не следует.
У клана может быть только один правитель, и это буду я.
– Далия! – позвала я, и через миг служанка вошла в двери моих покоев.
Ее комната была расположена рядом, прямо за стенкой, и в нее вело крохотное отверстие под самым потолком. В него невозможно было подглядывать, зато девушке это позволяло слышать, когда я ее зову.
– Что прикажет моя лассара?
– Там на окне шкатулка с писчими принадлежностями. Возьми все необходимое и запиши мне имена и род занятий ахайдов, которых перечислил ихи Гиал.
– Но, лассара, я не…
– Я знаю, кто ты, Далия. У шпионок прекрасная память. Уверена, ты уже настрочила имена заговорщиков в отчете для Арнау. Так что тебе стоит записать их еще раз, но уже для меня?
Девушка смотрела на меня, и в ее взгляде читались растерянность и злость. Ну да, она боялась, что я расскажу всем, кто она такая, и оборотни ее растерзают, вышвырну вон под выдуманным предлогом или просто убью. Впрочем, вернись она к Арнау, он ее за провал тоже по голове не погладит.
– Я никому скажу, кто ты. Живи. Работай. Завтра я “забуду” на своей постели отчеты ахайдов – перепиши все. Пусть его императорское величество узнает, насколько плачевно положение дел в клане. Может, тогда он перестанет ожидать подвоха со стороны моих котов и повышать налоги, которые скоро обескровят нашу казну.
– Да, лассара, – с облегчением поклонилась девушка и шустро принялась выполнять мое поручение.
Пару минут спустя в моих покоях появился Флоренс и взволнованно произнес:
– Эйна, я выполнил ваше поручение. Лекарь будет ждать вас подле эрда Делиса.
– Молодец. Что-то еще? Я вижу, ты встревожен.
– Моя эйна, там в коридоре драка.
– Дай угадаю: Рэй и Гаиал?
– Да, госпожа.
– И кто побеждает? – лениво поинтересовалась я.
– Эйна не хочет предотвратить это? Стража не может их разнять. Ихи Рэй слишком силен и все еще для них доминант.
– Боже, сколько проблем от этого Солера! Идем, Флоренс.
Добравшись до места происшествия, я обнаружила, что смертью храбрых пали несколько ваз в коридоре и одна статуя у входа в мой тайный сад.
Вот вам и территория “только для альфы”. Кажется, мои котики расшалились и все уронили.
Когда мы с Флоренсом приблизились, Солер и Гиал самозабвенно мутузили друг друга, катаясь по клумбе с примулами, а стража…
– Почему вы не разнимете их? – спросила я у двух барсов в доспехах, что мялись у входа в сад.
– Мы не смеем войти в тайный сад повелительницы.
– А если я разрешу?
– Нельзя. Древний закон запрещает нам это, – попятились барсы.
– Хамарра, все приходится делать самой! – вздохнула я и повернулась к своему личному слуге. – Ну ты-то, Флоренс, имеешь право следовать за мной?
– Если лассара прикажет.
– Я приказываю! Иди следом, возьми из-под того куста ведро, вытряхни из него саженцы и полей этих негодников водой из фонтана.
– Будет исполнено, лассара. – Барс поспешно выполнил мое поручение и стремительно отскочил, поймав гневный взгляд Рэя.
После оба драчуна уставились на меня: Гиал с ужасом, а Солер с гневом и… обидой?
– Мне говорили, в тайный сад может войти только альфа, хозяин клана. Я ничего не упустила, Гиал?
– Я молю о прощении, эйна Реджина! – Заместитель на коленях подполз ко мне и ткнулся в стопы мокрым лбом. – Позвольте согласиться на ваше предложение, прежде чем назначите мне заслуженное наказание.
Я мысленно усмехнулась: хитрец не хочет попасть в руки стражей, считает, порку лучше принять от меня.
– На первый раз я тебя прощаю, за твое смирение. Приведи себя в порядок, затем убери здесь. После можешь оставить свои апартаменты и заселяться в гарем. Флоренс, проследи и выбери ихи подходящую комнату.
– Да, лассара, – поклонился мой кот и увел мокрого Гиала прочь.
Я почти физически ощутила волну гнева и возмущения, исходящую от обескураженного моим невниманием Солера, и тогда… молча развернулась и пошла прочь, собираясь навестить эрда Делиса.
Я была уже у нижней ступеньки короткой широкой лестницы, ведущей внутрь дворца, когда меня совершенно непочтительно окликнули:
– Но как же я? Неужели вы меня даже не накажете, о моя лассара?! – Я на миг застыла, а потом молча торжественно удалилась, пряча улыбку. Даже не обернулась.
Много чести. К тому же я не собиралась давать провокатору то, чего он добивался. Рэй Солер точно знал, что мне донесут, и рассчитывал, что я приду. Отчасти эта драка была затеяна, чтобы привлечь мое внимание.
Что ж, сюрприз-сюрприз: мое внимание еще нужно заслужить.
Я попросила стражей проводить меня в лазарет.
Попав в большую комнату, украшенную синей и голубой плиткой, я направилась к единственной занятой кровати.
Исполосованный кнутом барс лежал на боку, поскольку изранены у него были и грудь, и спина. Страшные рубцы уже не кровоточили, но были сильно воспалены. На лбу Лиэра блестела испарина. Барс был без сознания, и рядом с ним, вопреки моему приказу, никого не было.
В гневе я вернулась к стражам, стоящим у выхода.
– Где лекарь? Куда он направился?
– Приходила служанка эйны Морлотты, сказала, ее госпоже нездоровится, и ихи Мург отправился к ней.
– Позови мне Флоренса, немедленно! – приказала я одному из стражей, а другому выдала иное поручение: – А ты приведи сюда ихи Мурга. И учти: если он не появится тут через три минуты, ты умрешь! – в моем голосе послышалось рычание, и в следующий миг я имела удовольствие наблюдать сверкающие пятки стражей.
Я смочила полотенце в чистой воде, что была в тазу у кровати, и уложила на лоб барса, придерживая рукой. Эрд Делис нахмурился и застонал. Его глаза приоткрылись.
– Моя лассара… – прошептал он.
– Тише, береги силы. Потерпи, скоро придет лекарь.
– Он не знает, как помочь. Яд слишком редкий.
– Ты спас меня, я твоя лассара, я за тебя отвечаю и не дам тебе умереть! Я найду способ вытащить из Морлотты название противоядия, будь она последней женщиной в клане, это не спасет ее!
– Воды… Пожалуйста…
Я помогла барсу приподнять голову и осторожно напоила из маленького чайничка, поставленного рядом как раз для этой цели.
– Велите казнить ее тайно, сегодня ночью. Или она до вас доберется. Морлотта страшная женщина.
– Сдается мне, что я страшнее, – мрачно произнесла я и снова промокнула лоб барса.
Флоренс и ихи Мург вошли в лазарет одновременно: широкие двери позволяли.
– Ихи Мург, почему вы ослушались моего прямого приказа и покинули свой пост у постели моего наложника?! – я рычала, ощущая, как эхо голоса прокатывается по помещению, и седой тщедушный барс в темно-синей тунике с коричневой окантовкой по краю рухнул на колени.
– Моя лассара, прошу, не гневайтесь на старика! Я не знаком с ядом, которым напитали плети, а служанка эйны Солер сказала, что ее госпожа тоже чем-то отравилась. Мы в нашем клане бережем женщин, их не так-то много. Зная, что мы на грани вымирания, я не мог оставить без помощи эйну Солер.