Повелительница барсов. Попаданка и строптивый (СИ)
– Держи свою истинную, кот! – проворно метнулась к двери. Ее быстрый побег спровоцировал нас с Нигатар. Мы уже летели к нашей добыче в длинном прыжке, когда у нас на пути неожиданно возник Рэй.
Мои вытянутые вперед ладони ударили его в грудь. От силы удара у меня заныли суставы, но Солер, хоть и покачнулся, все равно устоял на ногах. Я налетела на него, плотно впечатываясь обнаженной кожей в твердую горячую мускулистую грудь, и его руки сомкнулись капканом у меня за спиной.
ГЛАВА 12
- Ты не удер-р-ржишь меня, альфа! Ваш род измельчал за века, у тебя просто не хватит сил! – неистовствовала Нигатар, полосуя обнаженную грудь Рэя, и я изо всех сил пыталась ее остановить.
Да, мой гнев на Солера был огромным и жгучим, и я жаждала возмездия за каждый миг унижения, что пережила по его вине. Но сейчас вдруг поняла, что ненависть древней кошки гораздо более глубока, чем моя.
Нигатар хотела убить альфу, потому что чуяла в нем соперника, которого ее собственнические звериные инстинкты велели устранить, чтобы как в давние времена, единолично править кланом. Кошка сейчас защищала свою территорию от сильного самца, способного ее отнять.
- Р-р-реджина моя! – прорычал барс, и его кожа под нашими лапами вдруг словно бы подернулась дымкой, и в следующий миг мой строптивый наложник покрылся мехом, который поглотил нанесенные раны так, словно их и не было.
Теперь его черты стали наполовину звериными и глаза, смотревшие на меня, были глазами зверя.
В этот миг я поняла, что Нигтар боится. Ей страшно, что Ньера окажется права и Рэй Солер отнимет у нее контроль надо мной. Боги, она понимала, что не может выжить меня из тела, поэтому решила запереть где-то глубоко в метафизической темнице, чтобы я не могла влиять на ее действия.
Вкусив свободы этой ночью, сполна насладившись моей растерянностью и страстью Лиэра, древняя повелительница оборотней вошла во вкус и больше не хотела быть в тени. Она желала невозможного: жить снова и желательно так, чтобы я ей не мешала.
К моему удивлению, призрачные когти кошки не могли нанести новые раны Солеру в частичной трансформации. Их острия тщетно скользили по шерсти, вызывая у Нигатар бессильный гнев.
Рэй по-прежнему крепко держал нас, прижимая к себе и я, обнаженная, чувствовала, как кожу ласкает его шелковистый мех.
Не знаю почему, но барс и в частичной трансформации не вызывал у меня страха. То ли потому что я больше боялась древнюю кошку, то ли за время общения с ним во дворце Арнау привыкла к нему, как к неизбежному злу.
Даже изменившиеся черты бывшего альфы не отталкивали. Я не чувствовала себя зажатой в объятиях монстра, зверя, способного меня разорвать.
Впрочем, он ни разу не задел меня когтями, которые, я знала, сейчас у него были. На меня снизошло умиротворение и я ощутила, как контроль над телом постепенно возвращается.
Но едва я смогла шевельнуться по своей воле, как Нигатар завопила в моей голове: “Нет!” – и свет померк.
Я очутилась каком-то тропическом лесу. Темные громады деревьев под полной луной пугали меня. Они колыхались под ветром, что-то шепча, а пляшущие на стволах и на земле тени, казались живыми.
Чудилось, сотни глаз смотрели на меня из этой тьмы. Я крутилась на месте, как сумасшедшая, озираясь в поисках опасности, которой веяло отовсюду. В какой-то момент я не выдержала, вскрикнула и побежала.
Серебристая под лунным светом тропа, пересекаемая тенями, вела куда-то вверх. Я неслась вперед и боялась обернуться. Кто-то был там, за моей спиной в этой тьме, полной шелестящих теней. Мягкий, почти неслышный топот мощных лап, что никогда не сбиваются с шага. Мощное, текучее, хищное нечто преследовало меня, грозясь вот-вот настигнуть.
Я бежала, чувствуя, как легкие разрываются от нагрузки, а потом вдруг ощутила себя легкой, как бывало только во сне: только что мои босые ноги ступали по твердой, сухой земле и вот я уже лечу.
Меня словно бы подхватило течением ветра, который нес меня выше и выше по склону горы.
Лес сменился, превращаясь в хвойный, но ветер не остановился. Он мчал меня вперед и тогда, когда чаща сменилась лабиринтом из крупных камней, меж которых росли кусты рододендронов, все выше и выше.
Мимо рычащего, словно зверь, прыгающего по камням, бурного потока горной реки. Туда, где исчезала всякая растительность, и только льды сверкали под лунным светом. Где под безупречно чистым покрывалом снегов спали горные вершины. Выше той отметки, где они кутались в клубящиеся белые облака.
Алые руны горели тревожными огнями под слоем льда, у входа в древнюю усыпальницу. На небольшой площадке, у входа в вырубленный в скале склеп, сияла призрачно-голубя кошка, в которой я инстинктивно узнала Нигатар.
Она нервно била хвостом, оставляя в снегу неровные изогнутые следы, и ждала моего приближения. Откуда-то я знала, что древняя повелительница не может покинуть это место.
- Пока не могу, но твоя кровь и твое сердце откроют мне путь! – прозвучал голос оборотницы в моей голове и она прыгнула.
Я попыталась снова взлететь, оттолкнувшись ногами от земли, но, кажется, на сегодня для меня чудеса закончились. У меня вышел лишь неловкий прыжок и кошка успела полоснуть меня когтями по бедру.
Хлынула кровь. Я вскрикнула, зажимая рукой порез, и не успела откатиться в сторону, когда кошка атаковала снова. Крупные, мощные лапы с сокрушительной силой, толкнули меня, заставляя упасть навзничь.
Оборотница обрушилась на меня всем своим весом и уже потянулась к горлу, когда кто-то сдернул ее с меня и отшвырнул прочь. Приподнявшись, я увидела Рэя Солера в полуобороте. Он стоял, как человек, но голова, хвост, мех и когти на руках и ногах принадлежали зверю. Глаза барса светились ледяным, беспощадным огнем:
- Ты! Как ты смог проникнуть за Грань?! – возмущенно прорычала оборотница.
- Моя прабабка была колдуньей – усмехнулся оборотень и, опустившись на четвереньки, ударил ладонями о снег, глубоко запустив в него когти. Когда альфа поднял руки, в его ладонях плясало серебристо-белое пламя.
Нигатар перешла в получеловеческую форму и повторила жест Солера. Ее огонь был голубым. С одинаковой текучей грацией эти двое принялись сближаться, рыча и неотрывно глядя в глаза противнику.
Барсы когтисто-зубастым, мохнатым серым клубком покатились по снегу, полосуя друг друга когтями, и каждый норовил вцепиться другому в горло. Оборотни двигались настолько быстро, что человеческий глаз не мог уследить за их движениями. Я видела лишь размытые, мечущиеся силуэты.
Голубое и серебристое пламя смешались, разгораясь все яростней. В какой-то момент я смогла различить, как оборотница швырнула Солеру в морду горсть снега и тот оступился, чтобы в следующий миг оказаться лежащим у самого края пропасти.
С криком, я бросилась вперед. Знала, что не успеваю, но все равно рассчитывала отвлечь Нигатар и спасти барса, что вступился за меня перед повелительницей котов, явившейся из прошлого.
Но через миг я поняла, что падение барса было лишь обманным маневром, и застыла в двух шагах от Солера, держащего Нигатар за глотку над пропастью.
- Давай, влюбленный кот, чего же ты ждешь? Брось меня вниз и твоя истинная будет свободна…
Барс зарычал. Когтистые пальцы бывшего альфы уже начали разжиматься, когда я, дрожа от холода и страха, ухватилась за покрытую мехом руку, и воскликнула:
- Нет! Не делай этого!
- Почему? – ответил мне искаженный рычанием голос.
- Ну же, ответь своему истинному на вопрос, открой ему свой маленький секрет – прохрипела Нигатар и ее морду исказила гримаса, в которой читалась злорадная улыбка.
Я помнила о том, что в этом мире любого заподозренного в подмене душ, подвергали испытаниям в храме Хамарры и казнили после провала. Но также я помнила и слова клановой целительницы о том, что наши с Нигатар души слишком сильно переплетены и ее уход убъет меня. Я не хотела давать такую власть над своей судьбой Солеру, но между смертью прямо сейчас и смертью потом, я выбрала второе: