Повелительница барсов. Попаданка и строптивый (СИ)
- Я не жрица с севера и родилась не в Эритее. Моя душа была притянута в этот мир Хамаррой, которая подселила мне эту древнюю кошку, чтобы я смогла совладать с кланом. Я не выживу, если Нигатрар оставит мое тело.
- А остаться я согласна лишь в том случае, если ты дашь мне волю, маленькая лассара! Впрочем, я тоже не буду тебя сильно подавлять: можем договориться о графике. Я дам тебе, скажем, три дня в году – снова прохрипела Нигатар. Думаю, она бы пропела эту фразу, будь в ее распоряжении чуть больше воздуха.
- А жирно не будет? – спросила я.
- Тебе решать, влюбленный кот. Можешь убить меня и она погибнет, а можешь оставить мне жизнь. Посмотри на нее, подумай: это тело, которое ты так вожделеешь, будет твоим каждую ночь! Даже в призрачном состоянии я чую, как ты нас хочешь, эту сладкую, мучительную боль неудовлетворенного желания, которая терзает тебя так давно. Ты так силен, ты смог меня победить. Дай мне жить и, уж поверь, я тебя так приласкаю! Я не выброшу тебя прочь, я считаю тебя достойным любви, в отличие от нее. Стоит тебе однажды лечь со мной, и ты больше не захочешь других… Зачем тебе иномирянка, если я могу показать тебе рай?
- Какие сладкие речи – мурлыкнул барс, оглядывая алчным взглядом оборотницу, а затем и меня, словно рисуя в воображении, что сделает с этим телом, когда никто больше не будет ему сопротивляться – Должно быть, ты многое умеешь, Нигатар?
- Ты и не представляешь, сколь я искусна, мой кот…– попыталась мурлыкнуть в ответ древняя повелительница, но получилось не очень, потому что ее все еще держали за горло над пропастью. Тем не менее, даже каркая, как ворона, Нигатар пыталась ворковать с придыханием – Возьми меня. К чему тебе вечно краснеющая девица, которая испугается твоего размера, стоит тебе снять штаны?
- Хорошее предложение – во все клыки улыбнулся барс, а потом прищурился и, доверительно склонившись к круглому уху, торчащему из белой гривы волос оборотницы, доверительно произнес – Я бы даже сказал, что заманчивое, но кое-что ты все-таки не учла.
- И что же? – с легкой насмешкой поинтересовалась оборотница.
- Я люблю ее невинность и то, как она краснеет. С высоты твоего опыта, всех лет, прожитых в высокомерном презрении ко всем, в жестокости и разврате, ты никогда не сможешь смотреть на меня, как она – с этими словами барс развернулся и поволок оборотницу к склепу.
Они исчезли в темном узком зеве, по бокам которого сияли кровавыми ломаными линиями, высеченные на камне руны. Знаки, значение которых так и осталось для меня загадкой, полыхнули и угасли, а потом мир вокруг поплыл, чтобы вновь утонуть во мраке.
Я снова лежала в постели, но на сей раз в чьих-то объятиях. Было тепло и уютно. От кожи оборотня, что лежал обнаженным у меня за спиной, исходил жар, в который мне хотелось завернуться, словно в плед, и провести так как можно больше времени. Однако интуиция подсказывала мне, что не следует оставлять подданных без контроля слишком долго. Не сейчас, когда мое положение еще не укрепилось. К тому же сосущая пустота в желудке всегда была плохим товарищем сну.
Мы с двуликим лежали словно ложки, вложенные одна в другую. Мои ягодицы упирались ему в пах, спина была плотно прижата к его телу. Одну руку оборотень подложил мне под голову, другой обнимал меня, собственнически покрывая крупной горячей ладонью грудь. Только отметив последний факт я, наконец, сумела вынырнуть из блаженно-уютной неги и задаться вопросом кто именно рядом со мной лежит.
Вид алой татуировки на предплечье мужчины заставила вздрогнуть. В жилах мгновенно вскипел адреналин: я голая в постели с Солером!
Попыталась освободиться из загребущих лап бывшего альфы, но тот лишь недовольно заворчал сквозь сон, как потревоженный зверь. Я снова попыталась выбраться из этого горячего тестостеронового капкана, но Рэй только прижал меня к себе крепче, закинул свою ногу поверх моих и зарылся носом в волосы на макушке.
Пальцы его руки, что лежала на моей на груди, пришли в движение: сначала растопырились в стороны, а потом на миг сжались, вокруг нее, как лапа кота, который захотел потянуться, или поточить когти.
Тело оборотня за моей спиной вдруг завибрировало и я услышала негромкий, очень низкий звук, в котором не сразу распознала мурчание. Пальцы Солера мучительно медленно обвели ореолу соска, после чего я собственным задом явственно ощутила, как рад меня видеть просыпающийся барс.
Я толкнула оборотня локтем в бок, и снова попыталась встать, но куда там:
- Поздно бежать, моя маленькая лассара, ты, наконец, попалась! – хрипло прошептали мне на ухо, лизнув мочку длинным, чувственным движением, отчего у меня непроизвольно выгнулась спина – Да, я чувствую, как ты меня хочешь… – мурлыкнул Рэй и потерся каменным членом о мои ягодицы.
- Отпусти меня!
- Ни за какие сокровища мира, моя лассара! – жарко прошептал мне на ухо оборотень и коснулся губами моей шеи – Предупреждая твою угрозу, напомню: ты не выгонишь меня из гарема, потому что я тебе нужен. Нигатар может вырваться, если меня не будет рядом.
И тут я вспомнила все, что произошло со мной в недавнем видении. В тот же миг я прекратила вырываться из объятий барса, напряженно застыв.
Теперь я не могу быть на комфортном расстоянии от экс-альфы, в противном случае древняя кошка присвоит мою жизнь.
И Солер знает, что я попаданка! Если он скажет ахайдам, кто я такая, то испытания, больше похожие на пытки, и торжественная казнь мне обеспечены. Какой замечательный подарочек приготовила мне Хамарра! Ну и как я, спрашивается, выполню ее миссию в этих условиях?
- О чем ты думаешь, женщина? Я не желаю твоей смерти.
Ах да, он не хочет моей смерти, потому что я нужна ему живой для совершенно определенных целей. Как я могла забыть! Ему нравится моя невинность, то, как я краснею, и еще он теперь может читать мои мысли. Кажется, пора паниковать?
Но все же если выбирать меж полной потерей контроля над жизнью и сексом с этим маньяком, лучше уж второе. Или первое? А можно я не буду выбирать?!
- Что значит “маньяк”?
- Варвар. Дикий, озабоченный и сумасшедший – любезно пояснила я.
- Варвар? Я?! Так меня не называла ни одна из моих любовниц – заявил уязвленный барс, даже мою грудь от возмущения тискать перестал.
- И много их было? – брезгливо ответила я, представив себя частью длинной очереди из местных красоток всех мастей.
- Достаточно, но отныне ни одна не заменит мне тебя.
- Неужели? Думаю, когда я надоем тебе, ты будешь искать, кого бы еще уложить в свою постель.
- Ты не понимаешь, Реджина. Мне не нужен никто кроме тебя.
- И именно поэтому ты решил показать мне, как трахаешь симпатичную служанку императора на лоне природы.
- Ты ревнуешь?
- Еще чего не хватало! Видишь ли, озабоченный ты наш, там, откуда я родом считается постыдным подглядывание за чужими утехами.
- Ревнуешь – в голосе двуликого звучало довольство и торжество.
- Кажется, кое-кто слышит только то, что желает слышать, а остальное пропускает мимо ушей?
Он одним движением сильных рук барс развернул меня к себе и я почувствовала, что против воли снова краснею.
- Ты не умеешь лгать, Реджина.
- Слушай, если тебе так важно получить меня, то я здесь. Можешь начинать прямо сейчас. Разбуди, когда закончишь. Я все равно не смогу вырваться, просто потому что ты сильнее. Но перестань иметь мне мозг своим огромным самомнением!
- Нет. Я хочу, чтобы наш первый раз был по обоюдному согласию.
Я не ослышалась?!
- С каких пор тебе важно, что я чувствую?
- С тех самых, когда я понял, что ты моя истинная, моя адиаль. Я должен извиниться за то, что пытался овладеть тобой без согласия.
- Кто ты такой и куда ты дел настоящего Солера? Что случилось, альфа? Ты не заболел? – саркастически заявила я, тронув лоб двуликого – Или у тебя приступ доброты? – нахмурилась я, критически оглядывая барса, но почему-то избегая встречаться с ним взглядом.