Ржевский 6 (СИ)
— Что дальше? — его взгляд без перехода стал колючим.
— Церковь попыталась остановить распространение знаний и технологий, которые считают запрещёнными. Только вот не вышло из этого нихрена, минимум две установки только у злоумышленников умыкнули, — посетитель перевёл дух. — А уж сколько осталось, да сколько самих дворян в том деле замешано, только догадываться можно.
— Интересные вещи рассказывает странный отрок, зашедший в божий храм впервые в жизни, — настоятель сумрачно покосился на собеседника.
— Я уж не знаю, розыск пропажи под вашей эгидой только епископ Александр вёл или ещё кто вместе с ним, — беззаботно продолжил тот, — но именно его третьего дня… нет, не так. Когда он напал на след и практически вышел на установку, на территории имения Ржевских в Соте его подстрелили.
— Тип оружия? — в этом месте лицо священника заострилось. — Кто стрелял, известно?
— Я в ваших божественных артефактах не силён, — извиняясь, развёл руками мастеровой. — Тем более именно ту штуку лично даже не увидел. Но рядом абсолютно случайно стояла одна девочка, она как раз из полиции эксперт. Вроде опознала штуковину уверенно.
— Что говорит⁈ — настоятель уже не пытался скрывать истинные эмоции.
— Она говорит, Пчела Пращника.
— Дистанция какая была? — служитель столичного храма достал из недр облачения блокнот и карандаш и принялся на ходу что-то перемножать и делить в столбик.
— Кило триста почти. Разнос по вертикали ещё прибавь, — мастеровой на мгновение заглянул в чужие записи и снисходительно хмыкнул. — Ибо отец Шурик на земле стоял, а палили более чем со стометровой высоты, из небоскрёба Шереметьевых.
Настоятель на мгновение оторвался от вычислений и ещё более задумчиво посмотрел на посетителя:
— С какого раза попали, говоришь?
— В том-то и оно, что с первого. А в Соте, если ты не в курсе, роза ветров каждые двадцать метров по вертикали другая. Иначе говоря, на переборе поправок даже маго-вычислитель без гарантии.
Священнослужитель остановился:
— Точно с первого раза попали?
— Ну да, — блондин передернул плечом. — Я, если что, рядом стоял, как с тобой сейчас. Кабы из той хреновины несколько раз отработали, я б точно заметил.
— С другой стороны, если Пчела в умелых руках была, ей твой перепад высот и дистанция по боку, — церковник перестал подбирать слова и, судя по некоторым признакам, начал говорить без купюр и откровенно.
— Я с ней не знаком, поэтому удивился: такая дистанция — да без престрелочного. Видимо, эти ваши церковные артефакты на ветер, перепады влажности и плотность атмосферы по высоте действительно чихать хотели при снайперской стрельбе с больших дистанций.
— Ты по огнестрелу специалист? Где учился либо где служил?
— Любитель я, — потупился блондин скромно. — Всё стреляющее люблю святой и искренней любовью, почти как женщин. Соответственно, и стрелялки платят мне взаимностью: когда из них работаю сам, обычно попадаю, куда целюсь.
— Ты же Ржевский? — спокойно, где-то даже флегматично что-то сопоставил в голове священник.
— Эх-х. Святой отец, ну где твоя тактичность? Мог бы сделать вид хотя бы, что не узнал.
— Между нами останется, не переживай. Пока ты про стреляющее не упомянул, я сомневался. Но ваши родовые таланты, говорят, по двум направлениям с молоком матери по наследству передаются, так что…
— Стрельба и бабы, — тепло и ностальгически улыбаясь, блондин подтвердил правоту собеседника кивком. — Иногда, правда, они местами меняются в списке приоритетов, но сама пара неизменна. Угу.
— Так архиепископ в итоге жив?
«Мастеровой» сверился с заграничным связным амулетом:
— Четверть часа как покушал и на левый бок перевернулся. Сейчас спит.
— Место можешь хотя бы сказать?
— В Заливе, — нехотя признался блондин. — Дворец Эмира.
— У магометан⁈ — по лицу настоятеля табуном диких лошадей пронеслось изумление. — В плену, что ли⁈
— Да тьху на тебя, бог с тобой! Гость он там, его сама личная врачиха их монарха выхаживает! Целительница, в смысле. Кабы не она, наяривал бы твой архиепископ уже б на арфе вовсю в райских кущах!
— Я могу быть в этом уверен? — а церковник даже нижнюю губу закусил. — Есть ли возможность получить подтверждение?
— Слово Ржевского, — равнодушно пожал плечами «Сергей». — Эх-х, прощай, инкогнито, окончательно, — пробормотал он в сторону.
— Нет, сказал же. Дальше меня информация не уйдёт, тоже слово тебе даю, — священнослужитель перекрестился. — Где та установка, которую отец Александр разыскивал? Тебе известно?
— Именно ту сожгли к е*еням вместе со всем моим имением, — хмуро проворчал крепыш. — Прямо посередине Золотого Квадрата. Гады. Столько убытка.
— А как она к тебе попала?
— Взял на двадцать третьем этаже небоскрёба Шереметьевых накануне. В бою, как трофей.
— КАК⁈ — настоятель даже зацепился правым носком за левую пятку.
— Скажем, я иногда летать умею, — посетитель храма многозначительно покосился за спину на большой рюкзак. — В здании соседей, хрен им в нос, освобождал заложников. По пути наткнулся на эту штуковину, забрал себе.
— Архиепископ — представитель той церковной партии, которая выступает за ограничение привилегий магов, — настоятель без перехода заговорил другим тоном, хотя и без энтузиазма. — Он и внутри церкви врагов имеет, поскольку Синод в мнениях разделился. И кое-какие варианты развития получили как сторонников, так и противников.
— Там в помещении, из которого Пчелой Пращника ему полбрюха сожгли, ещё один ваш тип таился. Под такой же невидимостью, под которой отец Александр накануне по базару Соты разгуливал, когда меня окликнул.
— Точно⁈ — священнослужитель даже схватил собеседника за рукав, требовательно уставившись в переносицу.
— Тебе ещё одно слово дать? — устало поинтересовался блондин. — Святой отец, мужики моей фамилии просто так языком не мелят. Особенно на серьёзных вербовочных переговорах.
— Не надо слова. Верю. Как же так… Неужели Никодим с братией даже до этого дошли…
— Этот ваш второй иерарх, или кто он там был, и мне в спину такой же Пчелой в здании отработал. — Ровно продолжил «Сергей», на которого переживания собеседника не произвели абсолютно никакого впечатления. — Которой отца Шурика перед этим чпокнул.
— А почему ты живой тогда⁈
Вместо ответа «мастеровой» задрал рубаху и повернулся спиной:
— Потому что во дворце Далии аль-Футаим очень хорошие целители. Пока медицина не помогла, после того выстрела валялся, ниже пояса парализованный. Только на руках по коридору и мог ползать да счёты с жизнью планировал сводить. — Он зачем-то украдкой посмотрел вниз на собственные брюки.
Церковник старательно осмотрел внушительное пятно на чужом теле и не поленился поводить артефактом вокруг.
— Я в ответ успел выстрелить, — рассказывал тем временем блондин. — В этого деятеля тоже попал, причём два раза. У него, кстати, с волей всё в порядке: эвакуационным порталом прямо из-под невидимости ушёл, даже лица разглядеть не дал.
Настоятель после этой новости на секунду замер:
— Не сочти за недоверие, но и это — точно?
— Пф-ф-ф, — «Сергей» фыркнул. — Брызги крови полетели, своими глазами видел. Ну и попадание в цель собственной пули на короткой дистанции хороший стрелок по ощущениям ни с чем не перепутает.
— Так вот что у него за две раны, — настоятель утратил интерес к чужой спине и не по первому кругу задумался. — «Бандиты в трущобах; никакой огласки; пули извлечь тайно в церковной лечебнице!..».
— Святой отец! — посетитель пару мгновений подождал, затем потеребил ушедшего в себя церковника за локоть.
— А? Что? — тот встрепенулся.
— Я чего к тебе пришёл-то! Во-первых, весточку передать, что Александр жив-здоров. Можно успокоить тех, кто к нему в ваших кругах хорошо относится.
— Принял. Передам.
— Во-вторых, его монахи моего деда и рабочих Мицубиси из имения после предыдущего замеса эвакуировали. Дай бог здоровья, кстати… В какой-то ваш монастырь! Как их разыскать? Во-первых, мне японцев на родину вернуть надо, во-вторых, дед нужен. — Посетитель требовательно смотрел на церковника.