"Фантастика 2023-134". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Я с трудом удержалась, чтобы не двинуть ему под ребра. Только пусть попробует.
– …вы можете назначить встречу. После аукциона или вместо.
– А что насчет аукциона?
– Все просто. Вас пригласят. Места зарезервированы для вас и дамы. Ваш… сопровождающий постоит.
Постоит.
– Торги проходят на повышение. Оплата сразу. Принимается золото. Камни. Для оценки при клубе имеется ювелир. Или же владельцу лота, если таковой присутствует, может быть предложен обмен.
– Артефакты?
– В том числе. Оценка на месте. Или возможен вариант, когда вещь оставляется в залог клубу с последующим выкупом. Или отторжением в собственность клуба при отсутствии выкупа.
Чарли чуть склонил голову.
– Благодарю.
– Хорошего вам вечера.
И мы прошли.
Прошли мы… в доме пахло затхлостью. И главное, запах такой вот, едва уловимый. Он вплетался в аромат цветов, которыми полнились огромные фарфоровые вазы.
Сиял хрусталь огромной люстры.
Блестела позолота. И не оставляло ощущение, что все это – не настоящее.
Красная дорожка.
Лестница. И еще один человек в том же смешном костюме. Он кланяется и указывает на дверь. Идем к ней. Дверь распахнулась, и мы оказались в просторном зале, полном людей. Черные костюмы. Маски. И пестрые платья девиц, что держались возле мужчин в костюмах.
Маски белые.
Маски черные.
Черных совсем мало. Шестеро, и то если с Чарльзом. Он держит меня за руку, а я невольно жмусь к нему. На нас смотрят. На него. На меня. И от взглядов этих, от масок мне не по себе. Ощущение, словно попала на какой-то вороний праздник.
– Доброго дня. – Стоящий рядом господин в белой маске вновь поклонился. И Чарли ответил поклоном. Я неловко присела. – Впервые у нас?
– Да.
– Думаю, вам понравится… Эни! – Он взмахнул рукой. – Будь добра, покажи молодому человеку клуб. И даме, несомненно… вы просто очаровательны, милая леди.
Насмешку он и не подумал скрыть.
А я чего… леди? Пусть будет леди.
– Я старалась! – пискнула я и крутанулась. – Вон какое платье!
– Просто прелестное! Как и вы… вам очень идет этот розовый цвет.
И главное, врет как дышит. Хоть лица за маскою и не видать. Но на меня пялится, я это шкурой чувствую. И не только я. Чарли вон нахмурился, подхватил под руку, а я послушно повисла на его плече, придурошно похихикивая. Вот не знаю отчего, но шлюшки Бетти всегда хихикали. То ли нервное оно, то ли смысл какой тайный в этом хихиканье заложен. Но постараюсь не посрамить чужую профессию.
Мне сунули в руку бокал с каким-то пойлом. Я сделала вид, что пью, и огляделась. Надо будет подойти поближе к вон той вазе с цветочками. Удобненько стоит. Прямо для того, чтоб это душистое – а аромат просто слезу выбивает – пойло вылить.
И приличные с виду люди!
Этакой дряни даже в нашем трактире не подавали.
Чарли тоже бокалом обзавелся. И мы пошли по кругу. Улыбаясь. Раскланиваясь. Точнее, раскланивался он, а улыбалась я. Во всю ширь рта. Аж щеки заболели. И хихикала. И еще буравила взглядом девиц в полупрозрачных нарядах. Девицы порхали по залу и порой подпархивали слишком уж близко.
Ленточки на них имелись.
На шеях.
Чарли от девиц отмахивался, меня прижимал тесно, будто опасаясь, что потеряюсь. Ну и все это действо изрядно давило на нервы.
Изредка с нами здоровались, но и только. В основном держались в стороне. Глядели – да. Оценивающе так.
Пускай.
Наконец где-то в глубинах дома ударил колокол. Звук вышел низким, рокочущим, пробирающим до самых костей. Я даже вздрогнула. А Чарли остановился и пристроил пустой стакан на поднос.
– Начинается, – сказал он, хотя я и сама сообразила. Но кивнула. И на Эдди покосилась, который все это время ходил за нами с видом равнодушно-отстраненным. Кстати, из сопровождающих тут был лишь он и еще один смурной тип с рожей висельника.
И главное, по глазам братца видно, чего он обо всем этом думает. В руках его саквояж весьма внушительных размеров. А на поясе кобура болтается. Пустая.
Но готова душу заложить, что оружие он сдал не все.
Да и правильно. Кто же на такие мероприятия без оружия ходит-то?
 
Второй удар колокола – и золоченые двери распахнулись.
– Прошу вас, господа! – возвестил очередной служитель, кланяясь. У этого парик курчавился мелким барашком и спускался двумя длиннющими полосами, из-за чего напудренное лицо терялось в тени.
Я сделала шаг, но Чарльз придержал:
– Первыми входят члены клуба.
– Приятно видеть столь понимающего молодого человека. – Очередной господин в маске, чтоб его, кивнул. За его спиной держалась бледная девушка в синем платье. Довольно дорогом, если я что-то понимаю. И украшения не из дешевых. Но сама она какая-то… не знаю.
Смотрит в пол.
Молчит.
И двигается так, словно не понимает, где она и что происходит.
– Благодарю, – ответил Чарли.
– К слову, иногда можно обратиться к клубу за кредитом, – заметил тот же господин, глядя, как тонкой змеей вползает в ворота очередь.
И сразу видно – воспитанные люди.
Ни тебе ругани, ни пихания локтями, одни лишь кивки вежливые да расшаркивания. Только почему-то не оставляет чувство, что если поймут они, на кой ляд мы тут, то и убивать станут столь же вежливо. С кивками да расшаркиваниями.
– Боюсь, я лишь гость…
– При наличии рекомендаций от двух постоянных членов клуба вы вполне можете получить кредит доверия.
– Надеюсь, прибегать к этому не придется.
– О, как знать! Порой здесь выставляют удивительные вещи. Леди, вам несказанно идет это платье! Если надумаете сменить покровителя, я с радостью помогу…
Я нервно хихикнула и спряталась за Чарльза.
– Не обижайтесь. Всегда интересны новые люди, новые лица. Прошу. Эдна, не отставай! Хорошая девочка. Послушная. Знает, как угодить мужчине. Можем обменяться.
Я толкнула Чарльза в бок. Он поморщился.
– Я, признаться, люблю сам процесс… воспитания, – продолжал господин.
– Я подумаю.
Подумает?! Так, спокойно, Милли. Он отвечает то, что от него хотят слышать.
– Вот и замечательно. Прошу прощения… и да, все самое интересное начнется во второй секции. В первой же рекомендую обратить внимание на третий лот. Недорого и подарок хороший. Дама оценит.
И ушел.
Что-то мне от этого господина прямо похолодело. И пот по спине бежит ручейками. Но держусь. Вот и наш черед. Распорядитель кланяется и протягивает Чарльзу табличку с номером.
Шестьдесят шесть.
Плохая примета… но идем. Наше место на самом верху, далековато от сцены. Зал невелик. Четверть его занимает сама сцена, освещенная газовыми рожками. Остальное – ряды кресел. Там, впереди, широкие, мягкие. С подлокотниками, столиками, на которых стоят бутылки и стаканы, и еще что-то – не разглядеть. А вот и наши – поменьше, пожестче.
И никаких бутылок на столике.
А вот сами кресла стоят будто в стороне и от тех, что спереди, и от тех, которые по бокам. И я вижу, что те, другие, в черных масках, тоже заняли места.
И девицы.
И…
Третий удар колокола ударил по нервам. Что ж они громко-то так! Или глухих в клубе хватает? А на сцене появилась женщина.
Издали получалось разглядеть только ее платье и маску, расчерченную черными и белыми полосами – казалось, они расползаются от глаз. Платье тоже было полосатым. И сама женщина казалась ненастоящей.
– Добро пожаловать, – раздался хриплый, какой-то металлический голос. – Мы рады приветствовать благородных господ на десятом аукционе…
Она говорила что-то еще. А я… я пыталась справиться с Силой, которая вдруг ожила, пришла в движение, грозя выплеснуться огненной волной.
Дышать.
Вдох. И выдох. И успокоиться. И… и мне не нравится эта женщина. Мне не нравится это место. Мне не нравится господин в белой маске. Единственный, кто смотрит не на сцену, а на меня.
И этот жадный взгляд я ощущаю остро.
Снова колокол.
И даму сменил очередной ряженый. Он поклонился, мазнув пол крылом плаща: