Ученица ведьмы и узы проклятой крови
В углу стоял лохматый и, судя по помятому лицу, явно нетрезвый мужчина, выпускающий в воздух сигаретный дым. Одет он был в растянутое трико, футболку и домашние тапки, значит, это был поезд дальнего следования. Незакрытая дверь, болтающаяся на петлях, ударила девочку по спине. Катрин быстро вышла из оцепенения и с силой толкнула дверь.
– Ну, здравствуй, – расплылся в хмельной улыбке усатый пассажир.
– Куда едем? – не обращая внимания на похотливый взгляд, поинтересовалась Катрин.
– На север! – гордо заявил попутчик и достал из кармана вторую сигарету.
«На север… – повторила про себя Катрин. – Что ж, можно и на север, лишь бы подальше от этой твари».
Полоснув себя по руке, она нарисовала кровью печать на двери, из которой только что появилась. Ошарашенный увиденным, мужчина быстро затушил остаток сигареты об пол и скрылся за дверью, ведущей в вагон. Катрин было плевать. Она шагнула вперёд и поняла, что ноги её еле держат. Силы были на исходе, девочку сильно «штормило». Требовалось срочно прилечь. Вера была далеко, но Катрин чувствовала, что та копается в её мозгах:
«Ты думаешь, что убежала? Ну ты и дурочка. Забыла, что мы связаны? Куда бы ты ни пошла, я всегда найду тебя. Ты недолго сможешь бороться. Прибежишь рано или поздно, дочурка».
«Пошла ты…» – мысленно ответила Катрин и вошла в вагон.
Пассажиров не было видно – видимо, все сидели, закрывшись в своих купе. Но одна дверь оказалась открытой. Катрин убедилась, что купе пустое, и, зайдя внутрь, рухнула на нижнюю полку. Ей нужен был сон, но она боялась отключаться, поэтому просто уставилась в окно. Зелёная лента леса сменилась одноэтажными постройками и заборами. Затем появились многоквартирные дома, магазины, школа. Поезд проехал мимо футбольного поля, где дети гоняли мяч по вытоптанной траве, мелькнул крест старой церкви.
«Интересно, а ведьмы боятся бога? Может, мне стоит обратиться за помощью в храм? Хотя какой храм! Я, кажется, даже некрещёная».
Поезд плавно плыл по рельсам, и те пели свою колыбельную, убаюкивая уставшую маленькую ведьму. День шел к концу. Когда машина начала сбавлять ход, девочка уже спала.
Она не помнила, как переместилась на грязные бетонные ступени какого-то подъезда и начала курить свои любимые тонкие сигареты. Судя по количеству окурков в углу, она сидела там уже давно и кого-то ждала. Снизу доносились звуки шагов. Катрин не нервничала, так как знала кто идёт, и поэтому не убегала.
– Привет, пап, – поздоровалась она с мужчиной, который держал в одной руке метлу, а в другой – початую бутылку портвейна.
– Привет, дочка. Не знал, что ты куришь, – присел он рядом.
– Мама несколько раз находила мои сигареты, ты забыл?
Катрин словно наблюдала за происходящим со стороны. Это были кадры давно забытого кино, открывшие мир, где она помнила родителей и свою обычную жизнь.
– Она убила меня, – сказал мужчина совершенно спокойно.
– Кто? Вера? Но зачем? – ужаснулась Катрин.
Отец не выглядел мёртвым, и она решила, что это сценарий сна. Мужчина откупорил бутылку и сделал глоток.
– Половину жизни я пытался заглушить то, что передалось мне от матери при рождении, – неспешно начал он свой рассказ. – Очень страшная сила была для меня такой же доступной, как для обычных людей, например, зрение или слух. Таких семей, как наша, очень мало. Я знал лишь одного похожего человека ещё до твоего рождения. Тот парень был моим ровесником, он мог силой мысли подвинуть гору, представляешь? Многие завидовали ему и пытались завладеть его силой, но не добившись успеха, эти люди, объединившись, от безысходности просто убили его.
Катрин кивнула. Она прекрасно понимала, о чём речь. Тяжело вздохнув и потерев пальцами веки, отец продолжил:
– Понимая, что внутри меня живёт нечто подобное, я решил, что не хочу закончить, как он, – отец сидел к дочери боком и смотрел перед собой, словно делился мыслями со стеной. – Я понял, что нужно завязывать с магией, и начал пить. Алкоголь хорошо заглушает и притупляет всё, что человек умеет и знает. Есть ещё наркотики, но наркоманы долго не живут. Я виноват перед тобой и перед мамой – нужно было уйти, оставить вас в покое, но, когда твой друг – вино, всё в жизни кажется иным. Энергия закупорилась вместе с мозгами. Я превращался в пьяницу с бредовыми идеями и мыслями. Тёплая квартира, горячая еда и жена под боком – что ещё нужно человеку, связавшему свою жизнь с бутылкой?
Он сделал глоток. Словесный поток продолжал изливаться. Мужчина говорил всё быстрее, словно боялся, что в любой момент исчезнет, не успев донести мысль.
– Я всё забыл, словно никогда и не было силы и другого мира с магией. Никто не пытался разыскать меня. Это была не самая лучшая жизнь, но я хотя бы жил. Я забыл, что сила передаётся по наследству и даже предположить не мог, что ты родишься такой же. Я не увидел в новой соседке ничего плохого и не понял, что она ведьма, которая пришла за тобой. А когда всё прояснилось, то было слишком поздно. Теперь я всё помню, алкоголь уже не туманит разум, но я ничего не могу сделать. Я хотел помочь тебе, когда мать сказала, что ты пропала. Я не пил несколько дней, приводил голову в порядок, и, когда всё прояснилось, я потребовал, чтобы эта ведьма оставила тебя в покое.
Катрин слушала и курила, стараясь сделать затяжку сильней, чтобы дым заглушил душевную боль, но во сне дым был бессилен.
– Ты знаешь, что убивать при помощи магии запрещено?
Катрин кивнула.
– Ведьма не сделала исключения для меня – просто вонзила нож в сердце. Я сам виноват, что не был осторожен. Прости меня, дочка, это всё мой эгоизм. Когда я протрезвел, то понял, что не смогу вернуться назад, в забытьё. Навёрстывать упущенное мне тоже не хотелось. Я не пытался помочь тебе, а просто принял смерть с радостью. Я ждал её и воспользовался моментом.
Слушая эти шокирующие откровения, Катрин понимала, что в будущем уже ничто не сможет её удивить. Наконец он повернулся к ней и посмотрел прямо в глаза:
– Это наш последний разговор, а я потратил его на себя… Не хватит слов, чтобы я смог вымолить прощение, но я смогу подсказать как быть.
Он сделал долгий глоток, но пойла в бутылке не убавилось.
– Ты не должна жить, как я. Не должна бежать. Потому что это не жизнь, это ад. Но не нужно и лезть на рожон. Будь мудрой, сдержанной, а самое главное, учись. Чем больше понимаешь мир, тем лучше ориентируешься. И тем проще тебе будет бороться.
– Есть зелье, которое может изменить состав крови. Я навсегда лишусь наследственности. Больше не буду ведьмой.
– Откуда ты про это знаешь?
– Это заклинание из одной древней книги. Вера искала её на грязном рынке. Может, мне стоит попробовать?
Отец задумался:
– Решать тебе. Я бы согласился на такой вариант. Но ты молодая. Возможно, я ошибся, когда выбрал простую жизнь. Тебе столько сейчас доступно – подумай, прежде чем сделать выбор.
– Это не всё. С помощью этого зелья Вера собирается заменить свою кровь моей. Говорит, что так она получит нашу наследственность, а я, соответственно, стану обычным человеком. Сначала я думала послушаться – пусть подавится. Но это же Вера, а Вере нет веры, – иронично ухмыльнулась девочка и снова втянула в себя безвредный никотин.
Отец причмокнул губами – он всегда так делал, когда усердно размышлял.
– Ты права. Не думаю, что на этом всё закончится. В этом мире всегда поступают одинаково: забирают последнее, а потом убивают.
– Но что мне делать? Я всё забываю. Мы заключили с ней договор, который связывает нас! Так она лишает меня памяти, заставляет думать, будто она – самое главное в моей жизни. Ещё немного, и я сама соглашусь выпить это зелье.
– Этот договор двухсторонний?
Катрин кивнула.
– Значит, и ты можешь влиять на неё.
– Но она сильнее меня! Я не справлюсь!
– Нет никого сильней тебя, – отец тяжело выдохнул эти слова, словно это был не дар, а проклятие. – Под твоими ногами – целая планета. Ты можешь, нет, ты обязана пользоваться её энергией без конца. Просто расслабь мысли, забудь о сомнениях, почувствуй бесконечный поток энергии и черпай из него столько, сколько нужно. Запомни это. Сделай в голове тайник, куда не сможет добраться ни одна душа. Положи туда эти знания и пользуйся ими. Мне пора уходить, я успел сказать всё, что хотел. Дальше ты должна действовать сама, как считаешь нужным.