Пленница. Родишь мне ребёнка (СИ)

— Зачем я вам? – спросила с ходу. – Что вам от меня нужно?
— Ребёнок.
— Что? – переспросила, в очередной раз сбитая с толку. – Какой ещё ребёнок? У меня нет детей. Да и если бы были…
И тут до меня дошло, что он имеет в виду.
— Я не собираюсь рожать вам детей. Найдите себе суррогатную мать и делайте, что хотите. При чём тут я?!
— Ты похожа на мою жену.
Я закашлялась. Голова наполнилась пустотой, комната покачнулась, и я схватилась за край комода. Виски неистово заболели.
— На вашу жену? Да вы псих просто!
— Возможно. Но это не меняет того, что ты родишь мне сына. И пока ты не забеременеешь, я буду трахать тебя.
— А ваша жена об этом знает?! Она не против?! Да она…
Он подошёл и резко сжал мой подбородок.
— Она не против, — сказал тихо и убрал руку.
Я попятилась от него.
— Вы оба психи, — прошептала, глядя в его холодные глаза. – Ненормальные. Она знает, что я здесь?! Где она?! Я хочу с ней поговорить!
— Я тоже, — на лице не дрогнул ни один мускул. – Только это вряд ли.
— Почему?! – уловила в собственном голосе истеричные нотки.
— Она умерла, Вика.
***
Что комната не заперта, поняла я не сразу. Постучала в дверь, не особо-то надеясь, что кто-то откроет, а потом просто нажала на ручку. Вышла и осмотрелась – никого.
Дом казался безлюдным, для полноты картины не хватало только толстого слоя пыли на столике у окна и раме висящей над ним картины. Но пыли не было, да и что Захар где-то неподалёку я знала точно.
Есть хотелось до обморока. За весь день я выпила только чашку кофе. Отличный день рождения, ничего не скажешь. И подарок тоже отличный. Сегодня мне двадцать шесть, меня продали человеку, который хочет, чтобы я родила ему ребёнка. И сделал это мой собственный муж.
С этими невесёлыми мыслями я спустилась на первый этаж. Если думать логически, кухня должна была быть где-то тут. Только стоило ли доверять логике?
— Ты вовремя.
Я вздрогнула и повернулась. Захар стоял метрах в десяти – там, где света почти не было. Только когда он прошёл вперёд, я смогла различить черты его лица.
— В смысле вовремя?
— Я собираюсь ужинать. Если хочешь есть, можешь поужинать со мной.
— А если не хочу?
— Тогда будешь ждать до завтрака.
— Вы не поняли, Захар. Если я не хочу ужинать с вами, — сделала акцент на последнем слове. – Что тогда?
— Тогда будешь ждать до завтрака, — повторил он прежним отчуждённым тоном и исчез в темноте.
Я стояла, придерживаясь за перила лестницы и боролась с желанием обхватить себя руками – так вдруг стало холодно. Последние две ступеньки прошла, не отдавая себе отчёта, что делаю. Было ясно одно – я должна бежать. Главное, как-то связаться с Ромкой. Брат вытащит меня во что бы то ни стало.
Кухня оказалась за лестницей. Я ожидала увидеть прислугу, но Захар был один.
— Что встала? Бери тарелку и садись.
Вы живёте один?
— Тебе какая разница?
— Никакой.
Открыв шкафчик, где, как я предполагала, должна была стоять посуда, наткнулась на специи. В другом стояли непонятные пузырьки. Услышала, как Захар открыл бутылку и обернулась. Он налил в огромный бокал красное вино. Бокал был один.
— Где посуда? – спросила, так и не дождавшись от этого психопата ни слова.
— На месте.
— А где это место? – несмотря на страх, раздражение всё усиливалось. И злость тоже.
Но стоило Захару резануть меня взглядом, по телу опять пробежал холод. В его серых глазах не было ни намёка на эмоции. Не ответив, он вышел из-за стола. Я вжалась в столешницу, когда он оказался рядом. Вдохнула и почувствовала тот самый запах, впервые который уловила днём, и против воли вжалась в уголок у раковины ещё сильнее. Открыв шкафчик сбоку от меня, Захар вытащил тарелку и приборы. Тарелку поставил на стол, сверху со звоном положил вилку. Посмотрел на меня. Дыхание перехватило, лицо запылало. Его губы надменно, с презрением искривились.
— Родишь мне сына, — сказал он очень тихо, — и можешь валить на все четыре стороны.
Кончик ножа коснулся моего плеча, потом ключиц и шеи. Захар провёл им вверх, до подбородка. Перевернул нож плашмя и заставил меня поднять голову.
 
— До этого момента ты должна делать так, как говорю я. Неповиновения я не терплю.
Он убрал нож и в секунду повернул его ручкой ко мне. Я взяла, снова не соображая, что делаю. Ноги подкашивались, кожей я всё ещё чувствовала остриё и холод.
— В контейнере рядом с раковиной творог, молоко в холодильнике, — сказал он, не отпуская моего взгляда. – Подогрей молоко и садись за стол.
— Я не люблю творог, — выдавила с усилием.
— Творог в контейнере. Молоко в холодильнике, — сказал он ещё раз и коснулся моей руки.
Кожа покрылась мурашками, по телу прокатилась дрожь. Захар разжал мои пальцы и забрал нож. Поднял и надавил большим пальцем на лезвие. Смотрел мне в глаза и вдавливал всё сильнее, пока на его пальце не выступила кровь. Дотронулся до моей нижней губы.
— Ты забеременеешь, выносишь мне сына и родишь. После этого я забуду о тебе. Но пока ты тут, забудешь ты. О том, что ты любишь и не любишь, о том, чего ты хочешь или не хочешь.
Он с нажимом провёл по губе окровавленным пальцем. Затем вернулся за стол и положил нож рядом с тарелкой. Я рассеянно посмотрела на раковину, на столешницу рядом. На ней действительно стоял контейнер. Только есть уже не хотелось. Но я всё-таки положила себе творог и молоко тоже погрела. Принесла всё на стол и села напротив Захара.
— С днём рождения, — сказал он, только я взяла в руки молоко. Приподнял бокал.
— Вы на самом деле псих или только пытаетесь им казаться?
— А ты как думаешь? – отпил вино и вернул бокал на стол.
— Не знаю, — ответила искренне.
Он искривил губы и взглядом показал на творог.
— Ешь, Вика. Мой сын должен родиться здоровым.
  
Глава 3
 
За ужином Захар молчал. Только когда я хотела добавить в творог сахар, чтобы сделать его хоть сколько-то съедобным, поймал мою руку и отрицательно покачал головой. Вместо сахара поставил передо мной банку с мёдом, который я ненавидела ещё сильнее, чем творог. Для того, чтобы меня начало тошнить, не хватало разве что яблочного сока. Благо, обошлось без него.
— Спасибо за ужин, — сказала и хотела встать.
— Сядь, — приказал Захар, подтвердив приказ свинцовым взглядом. – Никогда не выходи из-за стола раньше меня.
— Что за бред?
Я всё-таки вернулась на место. Пришлось дождаться, пока этот психопат закончит с ужином. Он ел неспеша, цедил вино и, казалось, не замечал моего присутствия. Разглядывая его украдкой, я гадала, что может связывать их с Юрой. Муж никогда не упоминал о нём. Сколько ни пыталась я вспомнить хоть что-то, в памяти ничего не всплывало. Разве что в последнее время муж был мрачный и дёрганный, говорил, что у него проблемы на работе. Видимо, дело было не только в ней.
Закончив с ужином, Захар долил в бокал вино и поднялся. Ничего не сказав, вышел на улицу через заднюю дверь, так и оставив посуду неубранной. Намёк? Если так, пусть засунет его себе в одно место. Я ему не прислуга.
***
Полночи я раздумывала, что делать. Как выбраться из дома, похожего на крепость? Захар чётко дал понять, что с территории я не выйду, пока не сделаю его отцом.
— Бред какой-то, — прошептала в пустоту, наверное, в десятый раз.
Только сколько бы я это не повторила, ничего не изменилось.
Ближе к рассвету я всё же задремала, но почти сразу меня разбудил непонятный шум. Выглянув на улицу, увидела маленький фургон службы доставки, и вдруг поняла – вот он, шанс. Фургон проехал за дом, должно быть, к заднему входу, а я наскоро натянула платье и, как была босиком, бросилась из комнаты.
Пока спускалась вниз, чётко продумала, что должна сделать. Прежде всего нельзя попадаться никому на глаза. Если «любитель роз» и его верный пёс Слава будут думать, что я сплю, времени хватит.