Наследница долины Рейн (СИ)
— Хм… вот как, — на мгновение растерялся мужчина, но быстро взял себя в руки, — мадам Делия, я бы хотел пригласить вас в театр, в эту субботу будет давать представление знаменитая в столице труппа.
— К сожалению, в субботу я буду занята.
— В воскресенье у Жартлис проводят скачки, уверен, вам понравится, — не сдавался настырный мужчина.
— Не люблю азартные игры, предпочитаю шахматы, — ответила, одним глотком выпив немного обжигающий напиток.
— Парк? Музыкальный вечер? Не-е-ет… книги, — довольно протянул Николас, его явно забавляла наша беседа, да и я, признаться, получала некое удовольствие от неё, — я знаю, чем вас удивить.
— Вот как? — деланно изумилась, даже на секундочку поверив уверенному тону Эдингтона. Неторопливо поднялась и, забрав недочитанную газету, со снисходительной улыбкой проговорила, — прощайте, мсье Николас.
— До свидания, мадам Делия.
— И как такой тебе мог не понравиться? — хмыкнул Кип, едва мы покинули ресторан, — красив, уверен в себе и наверняка богат.
— Разве я сказала «не понравился»? Действительно красив и самоуверен, на счёт богат — пока под сомнением, слишком с ним всё мутно. Ещё это странное совпадение с Кастелией…
— Тогда почему отказала?
— Просто, — неопределённо пожала плечами, не зная, как объяснить свои внутренние ощущения. Николас был интересным мужчиной, но что-то меня удерживало, неясное, смутное, и я пока решила не торопиться.
— И всё⁈ Просто⁈ — возмущённо воскликнул секретарь, резко остановившись возле нашей кареты, требовательно на меня посмотрев, — что значит просто?
— Отстань! И вообще, я ещё замужем! — отмахнулась от приставучего Кипа, мысленно чертыхнувшись. Сегодня, видно, что-то незримое витает в воздухе, раз уже второй мужчина проявляет такую настойчивость.
— Рад слышать, что ты всё ещё обо мне думаешь, — раздался приятный бархатный голос муженька, и вскоре он и сам появился на горизонте, — Делия, нам надо поговорить.
— О чём? — медленно опустила ногу, которую было занесла над ступенькой, чтобы забраться в карету. Обречённо вздохнула: день, начавшийся так замечательно, с каждой минутой превращался в ужас.
— О нас, о сыне… — проворковал Фрэнк, посмотрев на меня таким искренним взглядом, что захотелось поаплодировать его актёрской игре, — ты права… я был невнимателен к тебе.
— Угу, — ободряюще улыбнулась, поощряя мужчину на дальнейшее представление.
— Дель, давай начнём всё сначала… это тебе, — вытащил из-за спины руку, попытался вручить мне огромный букет белых роз.
— Мне нравятся красные, — решила быть вредной и капризной и, не принимая букет, окинув пристальным взглядом чуть поникшего Фрэнка, проговорила, — мне пора, ты задерживаешь нас.
— Дель! Я не отступлю! — торжественно пообещал муженёк, пафосно бросив к моим ногам цветы, отчего те красивым веером рассыпались по мостовой, и гордо вскинув голову, он резко развернулся, отправился в направлении парка.
— Хм… клоун, — с усмешкой прокомментировала театральный выпад, в который раз задалась вопросом, как ТАКОЕ могло понравиться Дель, ведь умничкой же была.
— Чего это он? — пробормотал Кип, изумлённым взглядом проводив широко шагающего Фрэнка, возвращая свой взор на меня.
— Папаша приказал, вот и старается, а то денег не даст, — меланхолично ответила, через минуту добавив, — вот только причина мне пока неясна, логичнее всего просто от меня избавиться.
— Согласен, — вполголоса, будто размышляя, поддержал меня Кип.
— Всё, домой, — скомандовала, но, видно, сегодня день неожиданных встреч, и стоило мне вновь занести ногу, как в этот раз для разнообразия из-за кареты раздался женский голос.
— Мадам Делия, вам и правда нравится, что я пишу?
— Да, ты талантливая, но очень рискованная, — улыбнулась симпатичной девушке, всего лет двадцати пяти на вид, с короткой стрижкой, которая только входила в моду, в брюках и жакете.
— Как и вы, мадам, — ответила та, озорно улыбнувшись.
— Ну да, — усмехнулась — чего уж спорить с очевидным — и произнесла, — я хотела с тобой поговорить, но, конечно же, не здесь. У меня есть к тебе деловое предложение.
— У меня к вам тоже…
— Постой! Это и есть тот самый Хоккинс⁈ — вдруг ошеломлённо просипел Кип, до которого наконец дошло, с кем я вот уже пару минут веду беседу.
— Аманда Хоккинс, — резко произнесла тайный журналист, вызывающе вскинув подбородок, — или вы думали, что девушки не могут писать о политике?
— Эээ… ты знала, что это девушка! — обвиняюще воскликнул Кип, буравя меня сердитым взглядом.
— Да, было нетрудно догадаться: такими речевыми оборотами и витиеватыми фразами может писать только женщина. Неужели ты этого не понял? — елейным голосом проговорила, довольно улыбаясь.
— Нет, — буркнул Кип, бросив косой взгляд на ухмыляющуюся Аманду, и спросил, — мы так и будем здесь стоять? Или уже отправимся домой?
— Пообедаешь в поместье? Заодно и обсудим пару вопросов, — предложила Аманде, которая с первого взгляда и после нашего короткого общения успела завоевать мою симпатию.
— Я…
— В город тебя доставят, куда прикажешь, — поспешила успокоить девушку, которой было интересно, что у меня за дело к ней, и в то же время смущал вопрос возвращения.
— Хорошо, — наконец решилась Аманда, забираясь в карету, намеренно игнорируя помощь Кипа. Тот лишь фыркнул, помог забраться мне, вскочил сам и, ударив по стене кулаком, приказал извозчику трогать.
Время в пути пролетело незаметно. Вроде бы мы только тронулись, заговорили о новом веянии моды на крохотные сумочки, и вдруг подъезжаем к поместью. Аманда оказалась очень интересным собеседником, начитанной, капельку язвительной и умной девушкой. Да я вообще забыла, как это — разговаривать с себе подобной, на равных, не ожидая пакости, колкости и обидного замечания. Уже спустя десять минут мы отбросили официоз и перешли на ты. А уж наблюдать за нешуточной перепалкой Кипа и Аманды было невероятным наслаждением.
— Ещё одну я не вынесу, — жалобно простонал Кип, выпрыгивая из кареты, окинув нас хмурым взглядом.
— Я в тебя верю, — поддержала секретаря, выбираясь за ним следом. Аманда, стоило ей выйти из кареты, вдруг удивлённо воскликнула:
— Барни! Малыш, и ты здесь!
— Ами, детка, ты никак заблудилась, — радостно заулыбался наш великан, неожиданно шустро рванув навстречу своей знакомой, — давненько не виделись.
— Так тихо у вас, вот и не хожу, — повисла на широких плечах привратника девушка, звонко расцеловав мужчину в обе щеки, — Дель! Барни самый лучший! Он меня из таких передряг вытаскивал!
— Знаю, что самый лучший, — невольно улыбнулась такой шумной и искренней встрече, — я пойду, распоряжусь подать обед. Кип, проводишь Аманду.
— Угу, — недовольно проворчал секретарь, сверля пытливым взглядом парочку. Боюсь, после ухода Аманды Барни ждёт обстоятельный допрос.
— Ну вот и отлично, — кивнула и направилась к поместью. Там, оставив распоряжение, заглянула в комнату сына, предупредила, что у нас гостья, спустилась на первый этаж, но, не доходя столовой, услышала очередной спор.
— То есть, ты считаешь, что удел женщины сидеть дома и заниматься детьми⁈ — наступала на Кипа Аманда, заставляя его невольно отступать.
— Я не так сказал! Я сказал, что глупо девушке бегать по подворотням!
— Так я ещё и глупая! — взвилась Аманда, резко обернувшись на моё покашливание.
— Хм… вы ведёте себя как рассорившаяся влюблённая парочка, — елейным голосом заметила, с трудом сдерживая улыбку, наблюдая за одновременно отпрянувшими друг от друга Амандой и Кипом, — Лудо, можно подавать.
— Терпеть не могу таких, как… — недоговорила девушка, нечаянно подтвердив мои догадки. Всё-таки между этими двумя и правда проскочила искра.
— Мама, мадемуазель Аманда, — поприветствовал нас Дарен, зашедший в столовую в сопровождении Роско и Глена.
— Добрый день, мадемуазель, — поздоровался гувернёр, но тотчас быстро отвёл свой взор от девушки, заметив на лице Кипа что-то грозное.