Наследница долины Рейн (СИ)
— Прошу всех к столу, — пригасила, устав стоять, да и время поджимало, и первой устроилась во главе стола. Показав пример отчего-то засмущавшимся Дарену, Глену и Аманде, приступила к трапезе.
Обед на удивление прошёл спокойно. За чаем велась неспешная беседа, в которой больше участвовали Дарен, Аманда, Глен, и своё убедительное гав всегда оставлял за собой Роско. После небольшого отдыха сын, его учитель и лохматый друг ушли заниматься. Кип, сообщив, что ему необходимо отлучиться, покинул поместье. И оставшись вдвоём с Амандой, прихватив с собой по кружке с чаем, мы отправились в кабинет. До прибытия Паркера осталось всего два часа, и надо было заручиться поддержкой девушки перед тем, как начать предлагать будущему партнёру влезть в амбициозный проект.
Глава 27
Глава 27
— Что тебе сделал Кип? Ты слишком к нему сурова, — спросила, заходя в кабинет, бросив украдкой взгляд на тотчас нахмурившуюся девушку.
— Он из тех, кто считает, что женщины глупы и способны только рожать и готовить.
— Ты ошибаешься, Кип — мой секретарь, и он поддерживает все мои начинания и рисковые проекты. А я, как ты видишь, пироги не пеку.
— Секретарь? Он⁈ — с недоумением воскликнула Аманда, устраиваясь в кресле напротив моего, — ты видела, как на него смотрел Барни? Он же из тех, кто…
— Видела, но он отличный человек и знает, что такое честь, — не дала договорить девушке, догадавшись, к чему она ведёт.
— Хм… ты ещё страннее, чем я предполагала, — задумчиво протянула журналистка, и выдержав небольшую паузу, словно собираясь с духом, проговорила, — мы познакомились с Кипом почти два года назад в одном из трактиров, я только начала работу журналиста. Пару раз сходили с ним в парк, он казался мне отличным парнем. Как-то пригласил меня на свидание, ну и подарил букет цветов. Но потом я стала замечать его неуважительные высказывания в адрес женщин. А однажды он заявил, чтобы я не смела ходить в порт… в общем, я его послала, и мы больше с ним не виделись.
— А что было в том порту? — поинтересовалась, заметив неловкую паузу в разговоре.
— Там планировали ограбить корабль, и я собиралась провести расследование, — неохотно ответила девушка, но, тут же вздёрнув вверх подбородок, уверенно проговорила, — он потешался над моим желанием писать статьи. Я долго шла к тому, чтобы меня наконец стали воспринимать всерьёз и читать мои статьи. Мне даже пришлось убрать своё имя, иначе все мои слова высмеивали.
— Понимаю, в мире, где господствуют мужчины, женщинам трудно добиться высот. Но ты смогла, ты обвела их вокруг пальца и пишешь то, что считаешь правдой.
— Это и есть правда! Моя информация всегда проверенная, — рьяно принялась защищаться девушка, чуть подавшись ко мне.
— У каждого она своя, — не стала спорить с Амандой, переводя беседу в нужное мне направление, — что у тебя ко мне за дело?
— О тебе болтают в каждом закоулке города, кто-то с уважением, кто-то называет это бабской блажью, — заговорила Аманда, смущённо мне улыбнувшись, — в Ранье ещё ни одна женщина не подавала на развод, только ты решилась это сделать. Обычно это прерогатива мужчин. Узнав об этом, я хотела написать статью о твоей решимости и смелости, но, когда выяснила, с кем ты разводишься, передумала.
— Почему?
— Решила предложить сделку… я хочу уничтожить Сефтона Доумана, — гневно воскликнула Аманда, вскочив на ноги, и заметалась по кабинету, словно разъярённая львица в клетке, — из-за него много лет назад погиб мой отец! На заводе, принадлежавшем Сефтону, обрушилась стена, под её завалами нашли отца и ещё несколько человек! Мой папа был инженером, он предупреждал Доумана о стене, но тот не слушал… моя мать так и не оправилась. С трудом вырастив меня и моего старшего брата, она тихо ушла во сне. А Сефтон даже не удосужился помочь семьям погибших! Он должен ответить за всё!
— Хм… что ж, нам по пути, — успокаивающе улыбнулась девушке, показывая на кресло, — садись, продолжим.
— Ты поможешь? Если ты подала на развод, значит, у тебя к ним свои счёты.
— Верно, но пока не будем о них. Перейдём сразу к делу. То, что сегодня произошло на одном из заводов Доумана, только начало, завтра утром будет ещё один бунт на стекольной фабрике. Надо написать об этом… позже я предоставлю несколько интересных бумаг, их тоже надо обнародовать.
— Я пишу только правду.
— Ооо, поверь, документы будут неподдельными, сегодня к вечеру мне их доставят, — заверила девушку, — их забрали в кабинете Сефтона. Полагаю, мы найдём там что-нибудь интересное для нас.
— Как тебе удалось уговорить работников? Они боялись и рта раскрыть, молча ждали обещания выплаты вот уже на протяжении семи месяцев.
— Среди бунтовщиков нет ни одного работника, — ответила, лукаво подмигнув ошеломлённой девушке, — всё это приглашённые люди, которые дали представление, завтра выступят на ещё одном помосте, через три дня покажут трагическую сцену у дома Сефтона.
— Я подробно опишу в своих статьях турне этой самоотверженной труппы, — озорно улыбнулась Аманда, в предвкушении потирая руки, — это и есть твоё предложение ко мне?
— Не только. К пяти часам в поместье прибудет мсье Паркер. У нас с ним будет один общий проект, ну это пока один. Банк, к сожалению, отказал ему в кредите, друзья не хотят ввязываться в дело, которое, считают, не принесёт ему доход. Я же уверена, что у нас всё получится, но денег и правда на все мои замыслы у нас с ним недостаточно. И я хочу, чтобы ты опубликовала статью о первом банном комплексе, который ещё не видела Вирдания.
— В Ранье их два, что особенного в твоём?
— Расскажу сразу и тебе, и Мэтью, осталось десять минут, мужчина показался мне пунктуальным, — ответила, вытаскивая из шкафа рисунки, чертежи и схемы, и, прихватив договор, поднялась из-за стола, — идём вниз, на первом этаже есть ещё один кабинет для деловых встреч.
Мы едва успели спуститься с последней ступеньки, когда во входную дверь громко постучали, тут же немного приоткрыли и в небольшую щель заглянул Барни. Лудо уже спешил навстречу привратнику, и мы, задержавшись у подножия лестницы, решили дождаться прибывшего гостя.
— Лудо, там мсье Паркер к мадам Делии, — проговорил Барни, не заметив нас, — узнай, пускать его или гнать?
— Пускай, Барни, я его пригласила, — ответила за Лудо, который, обернувшись в нашу сторону, вопросительно на меня взглянул.
— Ладно, мадам, — кивнул здоровяк, широко улыбнувшись Аманде, и быстро скрылся за дверью.
— Ты обязана мне рассказать, как вы познакомились с Барни и что вас связывает, — требовательно проговорила, не прекращая улыбаться, и, чуть помедлив, добавила, — иначе я помру от любопытства.
— Расскажу, — хихикнула Аманда, вновь обратив свой взор на дверь, которую только что распахнул дворецкий перед мсье Паркером.
— Мэтью, добрый день, рада вас видеть.
— Мадам Делия, — поприветствовал меня мужчина, с недоумением взглянув на мою компаньонку.
— Позвольте представить вам мою подругу — Аманда Хоккинс, знаменитый в Ранье журналист.
— Хоккинс… — вполголоса, будто размышляя, протянул мужчина и вдруг, вытаращив глаза, пробормотал, — Хоккинс? Тот самый Хоккинс? Аманда⁈ — почти выкрикнул имя девушки и громогласно расхохотался.
— Пройдёмте в кабинет, — с трудом сдерживая улыбку, пригласила развеселившегося мужчину, покосившись на тотчас насупившуюся журналистку.
— Нет, ну надо же! Аманда Хоккинс, — не успокаивался Паркер, продолжая смеяться в голос, следуя за нами, и только у кабинета чуть успокоился и смог внятно проговорить, — простите, я не ожидал. Мадемуазель, позвольте отдать должное вашему таланту. Ваши статьи — первое, что читают все дельцы за утренней чашкой кофе. А сколько желающих вас встретить…
— Но я надеюсь, Мэтью, личность журналиста так и останется втайне, — чеканя каждое слово, проговорила, пристально взглянув на мужчину. Хоть Кип и выяснил всю подноготную о Паркере и вроде бы он не был замечен в подлости, всё же стоит этот момент уточнить. Хотя Аманда ещё в карете заявила, что пора объявить замшелым мужланам, что Хоккинс — девушка, и была не против личной встречи с Мэтью.