Дружба народов (СИ)
Ночевали мы всё на той же скале, где приняли бой. Просто присыпали кровавые следы под обрывом песком.
Дров в окрестностях было мало. Костёр развели только один. Мясо решили просто засолить и немного провялить. У нас, конечно, не было двух-трёх недель, чтобы сделать всё чин по чину. Но хоть какой-то шанс, что продукт не пропадёт…
Лагерь нужной группы мы увидели к середине дня. Правда, мои спутники знали только самую маленькую часть правды… И я был им очень благодарен, что они не задавали вопросов в духе: «Откуда ты знаешь, где их искать?» или «Как ты узнал, что надо искать группу?» — ну и тому подобных…
Я, честно говоря, понятия не имел, что в этом случае отвечать. И когда вопросы всё-таки задали Пресня с Пустырником — просто отмолчался.
И, уж тем более, я не мог объяснить тот факт, что при нашем появлении незнакомцы не начали в панике хвататься за оружие.
Боле того, в нашу сторону выдвинулись три человека. Три! И шли они так, будто давно нас ждали.
Вообще-то этот лагерь, раскинувшийся на берегу моря, стоит описать отдельно… Он был не просто рандомным набором палаток и навесов, нет! Он был полноценным маленьким поселением, ещё и с собственным фортом. Центральное укрепление представляло из себя шесть капсул с продвинутой защитой, почти как на моей капсуле. Между ними стояли воткнутые в землю брёвна, образовавшие частокол.
С учётом количества людей, в случае опасности все они могли укрыться в этом маленьком форте. Как я сразу заподозревал, чтобы попасть внутрь, надо было лишь пробраться между брёвнами. Человек это мог. А вот кто-то крупнее — уже нет. А всё, что не сильно больше человека, можно было отогнать ревунами.
И всё в этой конструкции было хорошо. Правда, кому-то пришлось бы рисковать своей капсулой. А я на их месте этого бы не хотел… Во всяком случае, в ближайшие четыре с половиной года. Вспоминая размеры того же тиранозада… И то, как он развалил нам частокол… Подозреваю, он и капсулу мог раздавить. Ну или хотя бы серьёзно повредить.
Навесы тоже оказались интересные… Это были, скорее, не навесы, а палатки североамериканских индейцев. Типи, кажется, они называются… Длинные жерди, расположенные конусом и обтянутые шкурами. Верхняя часть конуса используется для вентиляции и дымохода. Я помнил, что сделать такое не очень сложно. Чтобы собрать типи, вроде как не нужно много сил и времени.
Не уверен, правда, что это жилище защитит от сильного дождя. Всё-таки шкуры — и сразу видно, того ещё качества выделки… А вот от обычной непогоды и ветра — вполне себе спрячешься.
А ещё в лагере хватало и обычных навесов: из палок и свежей листвы. Благо, тут со стороны моря, за широким пляжем, имелась растительность. И довольно густая.
Кроме того, виднелось много простейших коптилен, сушилен и других хозпостроек. И самое главное — весь лагерь был окружён деревянными «ежами» в половину человеческого роста. И это тоже была полезная защита. Ежи были сделаны не совсем обычно: как будто вытянуты вертикально и вкопаны в землю. А ещё все они были связаны верёвкой.
Я не догадался, в чём тут хитрость, а вот Хир-Си сразу оценил:
— Такие штуки по периметру, видите? — он указал на «ежи», совершенно не стесняясь идущих к нам переговорщиков. — Очень умно! Хищники не пролезут. Человек тоже не пролезет. Такие или рубить, или грызть, или перелезать. А это время!
Мне больше и больше нравились эти ребята… Они всё делали с какой-то основательностью и продуманностью. Участок берега, где стоял лагерь, имел естественную каменную косу, об которую разбивалась и ярость волн, и голод местных акул. А чтобы те совсем не сходили с ума, небольшой пролив был перекрыт несколькими глыбами.
На косе — там, где не было риска, что брызгами окатит — стоял навес для рыбаков. Кабинки туалетов были вынесены на край лагеря, а яма для отходов жизнедеятельности располагалась в стороне. И что-то мне подсказывало, что расположение туалетов учитывает розу ветров на данный период времени…
Встречающие тоже произвели приятное впечатление. Все одеты в модернизированные комбинезоны. Все причёсаны, умыты — и даже побриты! В отличие от меня, например. Да и половины людей, пришедших со мной. У нас даже Хир-Си начал отпускать курчавую бородёнку.
Первым шёл коренастый парень с тёмными волосами, круглым лицом и острым носом. Его можно было принять одновременно и за азиата, и за какого-нибудь грека. Но умные люди знают, такой типаж — и в России не редкость.
Русской выглядела и девушка, которая шла справа. Очень серьёзное лицо: сосредоточенное, слегка настороженное. У неё были необычные волосы, отливавшие в золото и немного в медь.
А вот третий спутник…
В нём было что-то неуловимо скандинавское или немецкое. То есть, его можно было бы принять за русского… Но русские так себя не ведут!.. И уж точно не скалятся в два ряда зубов, глядя на незнакомых людей. Чего улыбаться-то? С учётом того, что из оружия в их лагере были только копья, ножи да топоры…
А уж если учесть, что к тебе идёт компания из восьми мужчин с огнестрелом, одной девушки с луком, ещё одной с винтовкой — и двух девушек, вооружённых огромным негром-копьеносцем… Самое время искать пути отступления, а не зубы демонстрировать!
— Добрый день! — приветствовал нас чернявый, который, как нормальный русский, остановился так, чтобы успеть хотя бы попытаться сбежать. — Надеюсь, это вы поможете нам добраться до крупного поселения! Потому что если вы грабители, то порадовать вас мы можем только сотней рыбок… Но они ещё не докоптились!..
— Твою мать, Вано!.. Это же заговор!.. Откуда ты, нахрен, знал, что они тут⁈ Это ведь к ним ты нас вёл⁈ — снова не выдержал Пустырник. — Это, блин, читерство какое-то!..
— Это волшебная жопочуйка от ДерьмоВани! — хохотнула Кострома.
— Простите, а почему ДерьмоВаня? — удивилась золотоволосая, почему-то безошибочно посмотрев именно на меня.
— О-о-о-о! Подруга, ты просто не видела, что он в первый раз запихнул в свой репликатор! — округлила глаза валькирия.
— Да ну хорош! — не выдержал я, не желая позориться. — Что мне ещё надо было пихать? Шкуру и нормальное мясо⁈ Нам тогда жрать было нечего!..
— Меня зовут Семён! — сменил тему чернявый. — А это Злата… Златовласка. А это Фриц…
Мелкий открыл было рот, но скалящийся, которого звали Фрицем, нахмурился и пояснил сам:
— Нет, это есть мой имя!
— Да у вас тут прямо интернационал! — восхитился Пресня.
— Кто бы говорить! — заметил Фриц, покосившись на Хир-Си.
— Я русский! — гордо отозвался тот, хлопнув себя кулаком по груди.
— Как говорить русские: мне-то не гони! Я таких, как ты, видать!.. — не отступал Фриц.
— Каких это «таких»? — Хир-Си раздул ноздри и набычился.
— Людо… людо… Людокушарей! — после долгой паузы выдал немец.
Я чего только не ждал от этой внезапной вспышки дружбы народов… Ожесточённой драки, немедленного убийства на месте бедного Фрица… Но вот хохота Хир-Си не ожидал точно.
Даже его жёны уставились на него, как на психа.
— Ты это, русский подучи, боше! — отсмеявшись, сказал Хир-Си. — А то сам говоришь, как людокушарь!
— Я ошибиться в слове? — растерянно прошептал Фриц.
— В общем, если вам в Алтарное — мы проводим! — решил я перевести разговор в конструктивное русло.
— А если у вас сложности с припасами, у нас есть много мяса, похожего на куриное! — вклинился Чемодан. — Вано зажадничал его выкидывать… В общем, будет очень хорошо, если вы его съедите.
— Это мясо! — возмутился я. — Полтонны отличной ящерятины! Идёт за по серебряной монетке за шмат в пару кило!..
— У-у-у-у! — согласился со мной Русый.
— А ты вообще молчи, троглодит! — покосился на моего питомца Чемодан. — Куды в тебя столько влезает-то?..
— Что ж… Я очень рад, что вы те, кого мы ждали! — радостно заявил Семён, который как-то даже стал вдруг менее коренастым и более расслабленным. — Только прошу: не гоните нас в дорогу прямо сейчас. Давайте выдвинемся завтра утром!..