Безжалостный соперник (ЛП)

— А если бы я это сделал? — усмехнулся он.
— Тогда остановись. Помни, что я тебе равна.
— Значит, я не могу быть добр к тебе?
— Хорошо, да. — Я вышла из бассейна, оставив его позади. — Обманчивым? Никогда.
ГЛАВА 25
Кристиан
Настоящее время.
Дни казались короче после того вечера в бассейне. Гораздо короче их двадцати четырех часов. На следующее утро после того, как я позволил Арье выиграть, судья Лопес вызвала меня и адвокатов Конрада, чтобы обсудить окончание свидетельских показаний. По моим оценкам, это означало, что у нас осталась примерно неделя, прежде чем все это дело завершится. Я был уверен, что присяжным потребуется не более пары дней, чтобы вынести вердикт.
В ту ночь Арья не могла меня видеть. У нее были планы на ужин с клиентом, и, во всяком случае, объяснила она, Джиллиан не знала всей полноты наших отношений. Или отсутствие. Меня это не должно было беспокоить. Что Арья скрывала это от Джиллиан. Я имею в виду — разве не в этом был весь чертов смысл?
Но меня это задело. Конец приближался. И поймать Конрада было не так важно, как иметь возможность наслаждаться его дочерью.
На следующий вечер Арья не могла меня видеть. Снова. На этот раз из-за плохого самочувствия Джиллиан.
— Думаю, я приготовлю ей куриный суп с лапшой и посмотрю с ней повтор сериала «Друзья», — вздохнула Арья, общаясь ко мне по телефону. Я улыбнулся и взял трубку. Что еще я мог сделать? Я не имел права требовать ее времени, ее ресурсов, ее внимания. Мы договорились, что это будет непринужденно, а небрежность означала низкие или несуществующие ожидания.
На третий день — за четыре дня до окончания суда — Арья написала, что ее родители хотят ее видеть, и она не знает, как долго они будут встречаться, поэтому лучше не строить никаких совместных планов. В этот момент я был уверен, что она избегает меня. Я вышел из суда во время короткого перерыва, поймал такси до своей квартиры, распахнул шатающийся паркет под кроватью и достал ее книгу. Я сфотографировал его в руке и отправил ей.
Кристиан: Хватит, Арья. Увидимся сегодня вечером, и никто не пострадает.
Арья: Значит, ты не выше вымогательства.
Я не выше ничего, когда дело доходит до тебя.
Кристиан: У нас была сделка.
Арья: Я не помню, чтобы подписывала какие-либо документы.
Я вальсировал обратно к входной двери. Мне нужно было быть в суде через двадцать минут. На самом деле пришло время лично допросить одного из свидетелей Конрада. Сейчас было не время гоняться за юбками.
Кристиан: Что случилось?
Арья: Я просто не вижу смысла проводить с тобой каждый вечер недели, когда это все равно закончится через несколько дней.
Кристиан: Давай поговорим.
Я использовал время, которое потребовалось ей, чтобы ответить, чтобы вызвать Uber. На всякий случай я написал Клэр, чтобы придумать хорошее оправдание на случай, если я опоздаю. Судья Лопес был крутым игроком, даже если ему нравились мои движения в гольфе.
Арья: О чем?
О погоде. Что она думает?
Кристиан: Я приду к тебе сегодня в шесть вечера.
Арья: Нет. Джиллиан не может тебя видеть.
Опять этот бред. У меня не хватило духу сказать ей, что Риггс и Арсен были почти в курсе каждого оргазма, который мы разделили между простынями — или на моей кухне, в моем душе, в моем джакузи или в ее уголке для чтения — с тех пор, как мы начали встречаться. Я устал быть секретом, даже если я был тем самым придурком, который предложил это в первую очередь.
И по уважительной причине тоже.
Кристиан: Я так понимаю, ты не хочешь вернуть свою книгу.
Арья: Я подам на тебя в суд.
Кристиан: Я знаю хорошего адвоката.
Арья: В аду есть особое место для таких, как ты.
Кристиан: Слышал, юристы получают квартиры с видом на лаву. Будь милой, и я просто позволю тебе жить со мной в загробной жизни. Когда мне тебя ожидать?
Арья: Семь.
Кристиан: Не опаздывай.
 
***
Но, конечно, она опоздала.
Опоздала.
Арья прибыла в 7:23, на ее каменном лице не было ни следа сожаления или смущения. Подбивая ее, я должен был напомнить себе, что у нее есть все основания хотеть разорвать со мной отношения. Я был болезненным напоминанием обо всем, что она потеряла.
Она вошла, бросив сумку на черный кожаный диван, не обращая внимания на приготовленный мной ужин на двоих, который стоял в уголке для завтрака и остывал.
— Ты хотел поговорить? — Она не удосужилась сбросить свои Джимми Чу, что было подозрительно, так как это было первое, что сделала Арья, войдя в мою квартиру после долгого дня.
— Я приготовил ужин. — Я направился на кухню и взял два стакана мерло. Я протянул ей одно. Она колебалась, прежде чем взять его. Оставаться надолго не входило в ее планы.
— Ты сделал это. — Ее взгляд скользнул по моему плечу. — Извини, что опоздала. У меня был звонок с клиентом в Калифорнии. Они не спешили вешать трубку.
— Не проблема. Холодный стейк всегда был моим любимым. Не могла бы ты отнести его на кухню?
Полагаю, это была моя версия поедания скромного пирога. Мне совсем не понравился его вкус. Я никогда в жизни не преследовал женщину и не собирался делать исключение для Арьи, но я не мог смириться с мыслью, что все закончится через четыре дня. Мне нужно было больше времени. Еще несколько месяцев незаконной связи никого не убьют. Кроме, возможно, оставшихся работающих клеток мозга. Когда я был с этой женщиной, я не мог трезво мыслить.
— Знаешь что? Я лучше сделаю это здесь, если ты не возражаешь. — Она уселась на подлокотник моего черного кожаного дивана, скрестив ноги и держа стакан на ножке. Я хотел задушить себя за то, что попал в эту ситуацию. Всего этого можно было бы избежать, если бы я сопротивлялся желанию встретиться с Амандой Гиспен.
Или если бы я просто передал дело кому-то, у кого не было эрекции на Ротов.
Или, если бы я не поставил на Арью, доводя и без того дерзкую женщину до предела.
Или если бы я не соблазнил ее.
Или если бы она не соблазнила меня.
Или если бы я просто сказал ей правду. Что я, Николай Иванов, жив, (в основном) здоров и (возмутительно) одержим желанием залезть к ней в юбку-карандаш.
Но я не думал, что Николай заслужил такую девушку, как Арья, не говоря уже о той женщине, которой она стала.
— Мы уходим, — сказал я, резко вставая. Арья проследила за мной взглядом, немного сбитая с толку. Теперь все вернулось ко мне. Подросток Арья. Маленькая, дерзкая и яростно независимая. Все, чего она когда-либо хотела, это быть замеченной. И я заставил ее пройти через ад. Сначала суд над ее отцом, который все еще не закончился, потом все эти игры. Ставки. Правила. Она хотела выйти из этого с остатками своей гордости. Единственным шансом остановить ее было отказаться от собственного тщеславия.
— Куда? — Она наклонилась, чтобы поставить свой бокал на мой кофейный столик.
— Это сюрприз. — Я схватил куртку. Мне было ясно, куда я ее веду. Подойдет только одно место. Я написал Трауриг, пока мы спускались на лифте. У Траурига был лимузин и личный водитель, дежуривший круглосуточно. В эти дни его дочь-тинейджер и ее друзья-белиберы были главными пользователями этой непопулярной роскоши, но он был должен мне одну или шесть услуг.
Потом я вспомнил, что Трауриг был в отпуске на Гавайях. Я написал Клэр, которая очень усердно работала над тем, чтобы стать его любимым партнером, подрабатывая его личным помощником, когда он отсутствовал, и попросил лимузин. Клэр тут же ответила, что она уже в пути.
Запланирована веселая ночь? — добавила она, как раз перед тем, как я сунул телефон обратно в карман. — Могу ли я присоединиться?
Спасибо, мисс Лесавой.
Это не ответ на мой вопрос, ответила она. Хотя должен было бы.
Извини. Частный случай.
— Это займет много времени? — Арья надела собственную куртку, все еще выглядя как заложница под прицелом.